Вторая жизнь Герцогини. Кровь и Дух.

ГЛАВА 46 УСЛОВИЯ

Я проснулась от ужасного ощущения — словно что-то чуждое, незримое, скользило по моей коже, пронизывало тело, как туман проникает в трещины камня. Это был не мой дар. Это было… другое. Чужое. Обволакивающее, как тончайшие нити, стягивающие запястья, лодыжки, горло. Я не могла дышать полной грудью.

Сердце стучало так сильно, что казалось — оно сейчас разбудит весь замок. Я резко села, накинула первый попавшийся халат, ноги остались босыми. А нити силы, опутывающие мое тело, распались, не оставив после себя следа.

Я влетела в комнату мужа через смежную дверь. Но она оказалась пуста. В комнате не ощущалось следов постороннего присутствия. Но я не могла просто вернуться в свою комнату, как-будто это был просто сон. Интуиция подсказывала мне, что нужно что-то делать.

И когда я открыла дверь в коридор, мне стало по-настоящему страшно.

Стражи стояли по обе стороны моей двери, как ни в чём не бывало. Но я видела, что они опутаны — с ног до головы — теми же самыми нитями, что недавно касались меня. Мелкие, почти прозрачные, они переливались в воздухе, словно паутина под лунным светом, цеплялись за кожу, проникали в плоть.

Стражи даже не замечали этого. Они стояли облокотившись о мою дверь. Мужчины как будто спали, замерли, повисли в воздухе.

Я замерла, и в голове вспыхнула картина: как темный маг — хозяин марионеток — управляет людьми, превращая их в кукол с пустыми глазами. Вспомнилась Селия, сломленная, одержимая, стоящая в темнице с клинком в руках со страшной руной на спине. Это оно. Я была уверенна, что тьма из руны и эти нити схожи.

Сколько таких, как она, уже ходят по коридорам?

Я знала — времени нет. Ждать нельзя. Пока разум ещё мой, пока я ещё дышу, нужно идти к источнику. К тому, кто тянет за нити.

Босиком, дрожа, я рванулась вперёд к источнику нитей. Проскочила мимо стражника, и в этот момент он словно очнулся. Его рука, схватила меня за полы халата. Ткань затрещала, халат соскользнул с плеч, но я не обернулась.

Я слышала, как за моей спиной стражи что-то кричат, уже более отчётливо — может быть, сопротивление началось? Или всего лишь попытка помешать мне добраться до цели?

Мне оставалось только бежать вперед. Окутанной холодом каменных стен, страхом и зреющей внутри решимостью. И каждая нить, что тянулась откуда-то из глубины замка, звенела в воздухе — словно голос.

Я ворвалась в библиотеку — босая, растрёпанная, в ночной рубашке — и застыла. В центре зала, среди аккуратно расставленных фолиантов и тишины, неподвижно сидел старец. Его глаза были закрыты, руки покоились на коленях, а лицо с иссечённой старой руной словно застыло в покое.

Темный маг ждал, пока сила исходящая от него рыскала по замку как дикий зверь. И почему-то был уверен, что никто не потревожит его. Что в замке герцога, полном стражи, ему, темному магу, ничего не угрожает. Как будто он уже всех держал на своих нитях.

Меня пронзила ярость. От страха, от бессилия, от осознания, что я одна — и прямо передо мной враг, тот, кто тянет за нити. Я огляделась. У стены, забытый кем-то из стражников, лежал щит.

Я схватила его — тяжёлый, деревянный, с кожаной отделкой — и изо всех сил ударила мага по голове.

Старик пошатнулся, глаза распахнулись, затуманенные трансом. Пока он приходил в себя, я метнулась к оружейной полке и с трудом выдернула оттуда клинок. Руки дрожали, лезвие оказалось неожиданно тяжёлым, но я вытянула его перед собой, как учил сэр Алдред. Может, я не была мастером меча — но я готова была сражаться до конца.

Маг медленно повернулся. Кровь стекала по его виску, руна на щеке заливалась красным цветом. А потом — он рассмеялся. Глухо, громко, как человек, которому сообщили невообразимую шутку.

В этот момент в комнату влетели стражники — стражники моих покоев— и… герцог Терранс.

Я ожидала, что герцог бросится на мага. Что будет крик, вызов рыцарей, может вспышки магии. Но он… шагнул ко мне. Молча, быстро. Снял с себя плащ и начал закутывать меня, словно я только что вышла в снег раздетой. Его лицо было каменным.

— Что ты тут делаешь? — спросил он низким голосом. — И почему ты в таком виде?

Я моргнула. Сердце все ещё грохотало в груди. И только потом поняла — он всерьёз не понял, что только что произошло. Что я напала на мага.

— Знаете, Ваше Светлость, — подал голос старец, вытирая кровь с головы с почти удовлетворённой усмешкой. — В отличие от вас, ваша жена убедилась, что у меня красная кровь, как у всех людей. — сказал старец, намекая на слухи, что у падших кровь чернее золы.

***

Герцог, не отпуская меня, мягко обнял за плечи и, укутывая своим плащом, повёл к моим покоям. Его шаги были быстрыми, но в голосе звучала вина. Он едва слышно бормотал, почти шепча:

— Я должен был подумать… Предупредить тебя об Истате. Знал ведь, что ты часто бываешь в библиотеке… Слуги говорили. Должен был догадаться, что ты можешь туда заглянуть… Но ты должна была оставаться в своей комнате, особенно сегодня…

Муж злился — но не на меня, а на себя. Его голос становился всё тише, будто он боялся признать вслух, как легко это могло обернуться бедой.

Меня всё ещё не отпускало ощущение ледяного страха, налетевшего в библиотеке. Я медлила, но всё же решилась задать вопрос:

— А ты уверен… что можешь доверять ему? Этому… старику.

Меня, как и любого, кто видел мага, до дрожи пугала его руна. Глубокий шрам на щеке, словно живая печать тьмы, излучал тревогу, даже несмотря на то, что сила в нём, казалось, давно угасла. И я точно знала, что силы магов подбираются к герцогству всё ближе и ближе.

Герцог замолчал на мгновение, прежде чем ответить.

— Я нашёл его на юге… — тихо сказал он. — Он действительно беженец. Пришёл с Севера, но не разделяет их взглядов. Говорит, когда-то творил то, о чём теперь жалеет. И руна на его лице — напоминание об этом.

Феликс на секунду сжал мои плечи чуть крепче, потом продолжил: