Вторая жизнь Нефритовой Лисы

Глава 17.3. Песня, Веер и душа.

Ледяной ужас накрыл меня с головой и я отшатнулась назад при виде такой решимости Шан'вэйя. А ведь, ещё недавно, я на несколько мгновений чуть не поверила, что у нас могут сложиться дружеские отношения. И возможно… В дальнейшем… Если найдётся способ…

Но нет!!! Всё это лишь самообман от действия чар Песни Сердца!

Разумом я это чётко понимала. И всё же сердцу было очень больно. Очень…

Видимо эта боль и заставила меня нервно говорить, почти крича, будто обвиняя темного мастера:

- Не понимаю тебя! Ты же хотел помочь мне!... Я думала, что ты хорошо ко мне относишься… И даже посмела подумать, что я для тебя больше чем друг! Но ответного укуса от тебя не последовало… И я понимаю! Для нас на это наложен запрет. Да и, судя по всему, у тебя нет Песни Сердца ко мне! Ее чарам не возможно сопротивляться… Но всё же… - я в растерянности нервно потерла лоб, собственные слова обжигали мне горло и душу.

Щёки пылали как два сигнальных костра. Я старалась не смотреть на Шан'вэйя, но не смогла удержаться от такого соблазна, а увиденное окрасило мой мир в серые тона отчаяния…

Он смотрел на меня из под лобья, а глаза горели фиолетовой ненавистью, как и его мечь. Мастера тьмы трясло от гнева и ярости, готовых сорваться в любую секунду. Что его удерживало, оставалось загадкой…

Моё душевное равновесие пребывало в великом смятении и я решилась на последнее, что могла сказать ему. 

Я должна была сказать ему! 

И пусть это Песнь Сердца, игра судьбы или ещё что-то, но я не могу не сказать ему об этом:

- Я тебя люб…

- НЕТ!!! – криком ярости остановил меня Шан’вэй, а от его мрачной энергетики, недавно ожившая сакура стала осыпаться белоснежными лелепестками.

А в следующую секунду, в след за выкриком, оружие мастера тьмы вспыхнуло багровыми искрами и превратилось в неземной красоты черный веер с фиолетовыми и багровыми узорами древних магических надписей.

Это был мой родной язык, а магия в этом ужасающе красивом, могущественном веере принадлежала моему мужу Хаосу…

Сердце сжалось от воспоминаний и схожести ситуации. Голова пошла кругом от осознания, что в руках Шан’вэй держит веер в котором заключена не просто страница тёмного гримуара, а как минимум его половина!

Да, что же происходит?! Как такое возможно?!

Нефритовый Дракон, в отличае от меня не растерялся и сразу всё понял:

- Вот она истинная форма твоего духовного оружия! И это причина твоей силы равной демонам! – он быстро притянул меня за локоть, к себе.

- А может и сильнее… - пискнул светлый комочек, сжавшись от страха у меня на плече.

Холодея от открывшегося ужаса, я пробормотала:

- Вот почему ты пережил испытание Небесного Суда и остался жив… Небеса и Темные Глубины не принимают тебя… Ты не принадлежишь ни к одной стороне.

Тун шокированно добавил:

- Они его боятся! Я же говорил, что этот тёмный, настоящий гад! Только понять не мог, что конкретно с ним не так. Все думал почему после прохождения Небесного Суда он в демона не превратился. А теперь понятно!

- И почему же?... - спросил Шан’вэй, каким-то рычящим шипением.

Зелёный дух икнул от неожиданности, но ответил:

- Хозяин Темных Глубин врядли захочет видеть в своих владениях такого сильного демона. А у Небес, видимо, силёнок не хватило убить тебя…

-От части так… И я остался жив на твоё несчастье!

Шан’вэй посмотрел на меня с особой, прожигающей ненавистью, но в глубине этих глаз таился целый водоворот отчаяния и боли. Я поняла, что он больше не может себя сдерживать и умоляюще выкрикнула:

- Ещё возможно всё изменить! – но кажется я и сама в это не верила, смотря на древнее порождение магии Хаоса в его руке. – Я правда тебя люб…

- Замолчи! – взревел чёрный лис, в тот же миг частично трансформируясь. 

Выдвинулись черные когтищи на руках, уши сменились на чуткие звериные, а рот превратился в клыкастый звериный оскал. Мы не успели опомниться, как Шан’вэй с силой взмахнул веером и в нас понеслась магическая волна, сверкающая диким смешением цветов темной магии – черно-багровая с фиолетовыми прожилками молний.

Нефритовый Дракон подхватил меня за талию и прыгнул за широкий ствол белой сакуры, а духи сидящие на моих плечах больно вцепились в мои волосы, пытаясь удержаться. Магическая волна ударилась о дерево и была разрезана на две части – ствол полный жизни и напитанный моей магией небытия невероятным образом выдержал, защитив нас от гибели.

Исен Рё крепко прижимал меня, словно собрался вдавить в себя, но мне не было до этого дела. Я слышала лишь голос Шан’вэйя, кричащего в негодующей ярости:

- Не смей произносить этих слов! Не хочу слышать их от Древнего Зла! Ты не умеешь любить! Из-за тебя моя жизнь была обречена с рождения! Ты создала все ужасы этого мира! И ты должна заплатить за это! Заплатить окончательной смертью! Пока ты так слаба и можешь умереть в этом теле! Надеюсь ты никогда не переродишься! Иначе я найду тебя и снова, и снова буду убивать пока ты не исчезнешь!

Слезы лились горячими потоками по моим щекам и я почти ничего не соображала от боли разрывающей мне сердце и душу. Вцепившись, изо всех сил, в Нефритового Дракона, я подвывала от отчаяния.

Песнь Сердца вполне могла и сама справиться с моим убийством – слова сказанные муэри (*тот к кому испытывают Песнь Сердца) были смертоноснее любого духовного оружия. А Шан’вэй всё продолжал говорить и яда в его словах хватило бы для уничтожения целого войска:

- Будь проклята эта Песнь Сердца! Ведь её тоже придумала ты! – он рубанул воздух ребром веера, посылая ещё одну волну, но сакура устояла и в этот раз, правда ствол издал жалобный скрип. ‐ Мне хватило и Сорики! Эта стерва, будь проклята её душа, воспользовалась моей Песнью! Она приказала мне организовать её похищение! Эта гадина, быстро смекнула, что надменный Нефритовый Дракон совершенно не будет с ней считаться и не поддастся на ее чары! И тогда она втравила меня в эту дикую историю со своим похищением, погоней и созданием своего клана в Темных Землях! Но из-за Песни Сердца я слова ей возразить не мог! Я ненавидел её и одновременно дышать без неё не мог! И такой её создала, ТЫ!!!