Второе дыхание

Шпионка

«Разве разбитое сердце мешает жить людям? Люди живут с разбитым сердцем, но поют же птицы в клетке. Живут звери в неволе. Никто не задумывается о страданиях бессловесных рабов Божьих. Вот так и человек живет по привычке, или из страха перед неизвестным».

Рауль перечитал написанное. Дожили. Отпрыск знатной бургундской семьи заделался литератором. Когда-то юный Оливье писал стихи. Но Бланка не стала высмеивать вирши сына. Она поступила намного мудрее. Графиня приняла скорбный вид и вслух восхищалась талантом сына. Но тут же Бланка сообщила Оливье, что она неимоверно огорчена тем, что её сын уронил своё дворянское звание, занимаясь литературой. По мнению графини де Ла Шенель, это был удел придворных лизоблюдов и клириков. Да, Бланка отличалась узким кругозором, хотя считала себя незаурядной женщиной. Но преувеличивать свою важность свойственно многим дуракам в подлунном мире.

Теперь Рауль понимал это и не стыдился своей приверженности к философии и литературе. Вся Флоренция распевала песню на стихи Лоренцо Медичи.

«О! Как молодость прекрасна, но мгновенна!

Пой же, смейся, счастлив будь,

кто счастья хочет,

И на завтра не надейся».

Лоренцо Медичи писал также остроумные новеллы. Воистину, этот человек был не только энергичным, но и многогранным, как и многие гении эпохи Ренессанса. Рауль испытывал неподдельное восхищение, глядя на Лоренцо Медичи. Как-то он завёл речь про литературу в разговоре с Франческо Бельтрами.

— Я поражён многочисленными талантами правителя вашего города.

— Почему же? Разве среди Французских принцев никогда не было поэтов? Взять хотя бы Карла Орлеанского.

К нам лето отрядило слуг

Убрать его просторный дом,

Зелено-бархатным ковром

Украсить сад, и лес, и луг,

И певчих приманить пичуг,

И разбросать цветы кругом, —

К нам лето отрядило слуг

Убрать его просторный дом.

Где мучивший сердца недуг?

Растаял он, как снежный ком,

Веселье звонкое кругом,

Сбежал мороз, не стало вьюг, —

К нам лето отрядило слуг.

— Я, как всегда, поражён вашей эрудицией. Я знал о том, что Карл Орлеанский писал стихи. Но мне даже в голову не приходил этот аргумент в споре с моей матушкой.

— Возможно, потому что легче громоздить Осу на Пелион, чем убедить в чём-то упрямую женщину.

После этого Рауль занялся литературой. Он писал стихотворения, новеллы, теперь же юный виконт трудился над романом, жанровое своеобразие, которого он не мог определить. Увы, чудный образ флорентийской красавицы не померк в сердце Рауля. Она была для него путеводным факелом, сердечной болью и музой. Она была для него своеобразной Беатриче, Лаурой, Фьяметтой. Даже Франческо Бельтрами жалел своего незадачливого друга. Рауль познакомился с Еленой и Базилио. Что интересно, маленькие дети его сразу полюбили и приняли. Да и как им было не любить привлекательного, щедрого и любезного сеньора, рассказывающего такие красивые и печальные сказки. По иронии судьбы вскоре Елена узнала о своей беременности. Базилио был счастлив. Но кумушки стали судачить, что без симпатичного чужестранца здесь не обошлось. Рауль подошёл к самым заядлым сплетницам и предложил их обучить азам счёта. После этого женщины резко засобирались на рынок.

— Эх, такая история порушена.

— Ага, что стоило ему приехать чуть раньше.

— Стыдитесь, дуры, — крикнула жена старосты Мария. — Елена — честная женщина. А если вам заняться нечем, то была бы девица, занятие найдётся.

— Да мы это шутейно, — запинаясь оправдывалась самая бойкая сплетница Катарина.

— Смотри, Катарина, не женится на тебе твой Антонио, я же первая начну зубоскалить и тоже шутейно.

Путь до рынка женщины проделали в полном молчании.

Елена на радостях обняла Рауля и пожелала ему счастья. История этого юноши поразила её. Если бы Лука Торнабуони был похож на Рауля, то Елена не познала бы насилия, унижения и боли. Но тут Елена представила себя на месте Фьоры. И она подумала, что вполне могла бы пожалеть такого благородного красавчика. Сентиментальная итальянка утирала слёзы, когда слушала о том, как виконт добровольно отпустил любимую женщину.

— Вы, благородный сеньор, поступили правильно. Вы повели себя, как истинный дворянин.

А затем Елена рассказала Раулю о своём знакомстве с Фьорой и последующих событиях.

— Значит, это правда. Я до последнего надеялся, что это ложь. А Фьора на самом деле падшая женщина. Но для меня это не имеет никакого значения, — Рауль ходил, нарезая круги по убогой крестьянской лачуге. — Скажите, Елена, а это правда, что Фьора проводила время с женщинами?

— Сплетни безжалостны к людям. Но во всяком случае мне нечего сообщить вам. Даже мой муж смотрел косо на Фьору. Но она никогда не делала мне непристойных предложений.

— Что же, я буду считать, что это Хатун наговаривает на Фьору.

— Хатун тоже несчастная девушка. Вы уж не судите её строго, сеньор Рауль. Мне кажется, что вы ей нравитесь.

— Она тоже мне нравится, как младшая сестра, разумеется.

— А мадемуазель Маргарита?

— А все итальянки столь любопытные?

— Нет, только те, чьи мужья в отлучке, — засмеялся вошедший Базилио. — Я ходил к Франческо Бельтрами, он предоставил мне отпуск до твоих родов. Вот это настоящий человек!

Рауль покинул счастливую семейную пару, пребывая в душевном смятении. Никогда он не обретёт такого безмятежного, ничем не замутнённого счастья. Тут внимание Рауля привлекли мальчишки, кидающие крошечный пищаший комочек. Рауль не растерялся и схватил за ухо главаря малолетней банды. Другие мальчуганы позорно дезертировали с поля боя, бросив свой живой трофей.

— Подберите котёнка, благородный сеньор, — сказал мальчик — надеясь на чудо.

Чуда не произошло. Рауль с поразительной быстротой связал малолетнего живодера и подошёл к котёнку. Серый котёнок выгнул крошечную спинку и зашипел, но Рауль умел подражать голосам животных. И вскоре юный котёнок замурлыкал и уснул на руках молодого виконта. Рауль бережно нёс свою хрупкию ношу.