Второе дыхание

Глава 17

Прошла неделя после соревнований. Интернет кипел от обсуждений нового, яркого фигуриста, который не остался незамеченным. Видео с его выступлениями набирали тысячи просмотров, а комментарии были в похвалах и восторженных отзывах.

Однако, сам Матвей сейчас чувствовал себя отвратительно. Он заболел, свалившись с температурой и кашлем. Тело ломило, голова раскалывалась и единственное, чего ему хотелось – это лежать в постели и ни о чем не думать. На тренировку, конечно, он не пришёл.

Маргарита Юрьевна позвонила ему утром, выразила обеспокоенность и посоветовала хорошенько отлежаться. Но ни её слова, ни сообщения от друзей не могли поднять ему настроение. Обида на Яну продолжала грызть его изнутри, не давая покоя.

Днём раздался стук в дверь. Матвей, с трудом поднявшись с кровати, поплёлся открывать. На пороге стояла Яна. Он удивился, увидев её, но постарался не подать виду. Он сохранил на лице абсолютно равнодушное выражение, словно ему было совершенно всё равно, пришла она или нет. Он пытался скрыть свои истинные чувства, но в глубине души надеялся, что она заметит его боль, поймёт, как сильно он разочарован в ней. Обида засела внутри, как заноза и как бы он ни старался оправдать её, она продолжала колоть и ныть. Он не мог понять, почему она не пришла поддержать его на соревнованиях, почему не сказала ни слова о его выступлении. Все эти вопросы терзали его, и он не знал, как на них ответить.

– Привет, – улыбнулась она, протягивая ему пакет с фруктами и лекарствами. – Маргарита Юрьевна сказала, что ты заболел. Вот, решила тебя проведать.

Она проехала в комнату, осматриваясь. Её взгляд скользнул по его небольшому пространству, задерживаясь на разбросанных вещах, книгах, стопке дисков. Она словно пыталась понять его, заглянуть в его внутренний мир. Матвей же молча поставил пакеты на тумбочку и не говоря ни слова, улёгся обратно в постель. Он закрыл рукой свои глаза, пытаясь спрятаться от яркого солнца, которое просачивалось в его комнату сквозь неплотно задёрнутые шторы.

– Ты же теперь звезда! – поддразнила она, разрушая неловкую тишину. – Тебе срочно нужно завести страничку в соцсетях, чтобы фанаты знали, как ты себя чувствуешь. – подъехала она к нему и сложила руки в замок.

– Не стоило приносить мне лекарства, сам бы справился.

– Я вижу, как ты тут справляешься, лежишь как умирающий лебедь и мечтаешь, как бы побыстрее сдохнуть. Какая у тебя температура? – она потянулась к нему, чтобы потрогать лоб.

И вдруг их взгляды пересеклись. Встретились, словно два случайно столкнувшихся метеорита, выбросив в пространство искры напряжения и невысказанных слов. Он, утомлённый болезнью и обидой, и она, с тревогой и сочувствием в глазах. Его лоб был как горячий раскалённый камень под жарким солнцем, об который можно было обжечься. Она осторожно коснулась его лба. Её маленькая хрупкая рука охлаждала его, принося мимолётное облегчение.

Она невольно почувствовала, как её взгляд зависает на его глазах. Карие глаза, обычно такие мягкие и тёплые, сейчас напоминали глаза бурого медведя, готового растерзать любого, кто посмеет вступить на его территорию. Она увидела в них боль, разочарование и скрытую ярость. Мысли пошли в не то русло, опомнившись, что они смотрят друг на друга слишком долго, она резко отдёрнула руку с его лба, словно совершила что-то непристойное.

Но тут же её рука была схвачена крепкой горячей рукой и бережно положена обратно на лоб. Она услышала, как Матвей тихо вздохнул, прикрыв глаза, наслаждаясь от облегчения головной боли. На её лице выступил лёгкий румянец, и она отвела взгляд в сторону окна, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

– У меня жутко раскалывается голова, – прошептал он хриплым голосом, не открывая глаз. Его голос звучал слабо и устало.

– Я вижу… – смущённо ответила она, стараясь скрыть волнение. – Давай я тебе чай заварю? – не дожидаясь ответа, она подъехала к тумбочке, где располагался электрический чайник.

Яна принялась хлопотать вокруг него, заваривая чай, проверяя температуру, укрывая его одеялом. Матвей хмурился, наблюдая за её заботой из-под полуприкрытых век. С одной стороны, ему было приятно её внимание, тепло её рук, её искренняя забота. С другой – он твердил себе, что у неё парень, хоть и урод, но она не должна за ним ухаживать. Не должна давать ему ложные надежды, даже если она заботится о нем по-дружески. Яна ему не друг.

– Слушай, я не сказала тебе насчёт твоего выступления, – начала она, чувствуя вину за своё невнимание и пытаясь её загладить. – Всё как-то закрутилось, ещё и ваша перепалка в раздевалке с Глебом. Нет, ну ты зачем вообще к нему полез? Кто тебя просил?

Матвей хмурился, сжимая одеяло в руках. Знала бы она правду, знала бы, какие гадости он говорил о ней за спиной, она бы так не наезжала на него. Но рассказывать ей сейчас об этом он не хотел. Ему казалось, что это только усложнит ситуацию.

– Ты хотела что-то сказать насчёт моего выступления, – проигнорировал он слова Яны о Глебе, пытаясь вернуть разговор в нужное русло.

– Иногда ты меня так бесишь, что хочется закопать тебя где-нибудь в лесу. Но ты красавчик, сделал даже лучше, чем на тренировках! – вдруг заявила она с улыбкой, и Матвей, заметив её улыбку, почувствовал, как что-то внутри ёкнуло. Неожиданно его сердце сделало кульбит, и он резко отвёл взгляд на стену, пытаясь скрыть своё смятение. Ему не стоило видеть её улыбку, не стоило слышать её слова похвалы. Это только делало все сложнее. Он запутался в своих чувствах и не понимал, что ему делать дальше.