Второе пришествие.

Новые люди

-Я смутно помню, когда я заболела. Мне было тогда лет пять. Вернее, я не помню время до болезни. Мне кажется все моё детство прошло на больничных койках с капельницами, облучениями, слезами мамы и задумчивой растерянностью врачей. На какое-то время мне становилось легче, появлялась надежда, потом снова рецидив и больничная койка. Отца я почти не видела, он все время проводил в лаборатории. И вот, когда приговор врачей окончательно убил веру в спасение, он увез меня к себе. Я была на грани жизни и смерти, поэтому не помню абсолютно ничего.
Очнулась уже дома. Хорошо помню, когда открыла глаза, мама отдёрнула шторки и комнату залило ярким летним светом. Но я не зажмурилась, не отодвинулась, я стала жадно впитывать солнечные лучи и первое о чём я попросила, о возможности попасть на улицу. Заплаканная мама готова была выполнить любую мою прихоть и я тут же очутилась в саду, под деревом. Но я упрямо тянулась к солнцу! И каково же было удивление родителей, когда к вечеру я попыталась встать на ноги. С этого дня выздоровление пошло полным ходом. Через пару месяцев уже вовсю гоняла по окрестностям. Так как до этого я была лишена общения со сверстниками, а после выздоровления к тому же очень вытянулась, что служило предметом насмешек окружающих, с детьми сходилась с трудом, поэтому чаще всего пребывала в гордом одиночестве. Еще тогда я заметила одну особенность: летом я себя чувствовала гораздо лучше, чем зимой. Пребывание весь день под палящими лучами солнца было столь приятно, дарило столько сил! В семье тоже заметили эту особенность, но не придали значения, объясняя это тем, что я слишком долго была лишена света.
Это было несколько счастливых лет, которые закончились с арестом папы. Он пытался пробить своё изобретение, но на пути всё время стояли какие-то препоны, потом кто-то сообщил в органы, что он тайно делает эксперименты над детьми. Отец чувствовал, что тучи сгущаются и смог вывезти часть оборудования, уничтожить документы. Его забрали, у нас прошли обыски, в прессе появились статьи о профессоре- убийце. Наше положение было по-настоящему бедственным, на работу маму не брали, пока Нижегорские, твои родители, не предложили ей место.
- Но ведь он вылечил не только меня, были и другие дети. Неужели их родственники не помогали Вам?
- Нет. Трудно осуждать их, они были напуганы происходящим. Мне вообще нечего сказать об этом.
Ну а потом я закончила школу. Выиграла городской конкурс красоты, вышла замуж и укатила в Москву.
- Как ты познакомилась с мужем?
- Он был председателем жюри конкурса.
- Но какого чёрта? Он вообще не имел к этому отношения! Видимо это изначально был план для проникновения в Вашу семью. А как ты попала на конкурс?
- Мне пришло приглашение на электронную почту. Сообщалось, что победители получат неплохой денежный приз, это и было решающим фактором.
- Твоя мама ведь знала, где флешка? Даю голову на отсечение, что у твоего мужа с ней сложились отличные отношения.
- По-началу, да. Но потом они испортились.
- После того как пропала флешка?
- Может быть. Я не помню.
- Интересно, она сама ему ее отдала или он сумел каким-то образом выудить у нее информацию?
- Думаю, если сама, то она рассказала бы мне. Знаешь, я тогда не очень вдавалась в их беседы. У меня открывались блестящие перспективы, кружилась голова и я была на седьмом небе от счастья.
- Ты любила его?- может мне показалось, но в его голосе послышались ревнивые нотки.
Помолчав некоторое время, нехотя ответила:
- Мне казалось, что да.
- А он?
- И ему казалось. К сожалению, нам это только казалось. В столице я попала в самое известное модельное агентство и вскоре заняла ведущие позиции. Но потом рождение сына на какое-то время прервало мою карьеру. Отношения испортились. Ярослав думал, что женившись на скромной провинциалке обретёт послушную и покладистую жену, но не тут-то было! Вопреки его воле я вернулась на работу, ругань и крики не утихали в нашем доме, порой доходило до драк!
- Он поднимал на тебя руку?
- Попробовал бы! Это я частенько запускала в него чем попало, у нас не задерживалась ни одна домработница из-за наших скандалов.
- А с виду Вы были счастливой парой!
- Ему нравилось выходить со мной в свет. Красивая и известная жена поднимала его имидж и даже способствовала росту карьеры. Ты же помнишь, как вдруг стали цениться семейные ценности. Так что на людях мы были душками. Несмотря ни на что, мне совсем не улыбалось с ним разводиться!
Хотя, порой, отношения были совершенно невыносимыми!
Когда он стал членом Тридцати, стало легче. Мы почти не виделись. Каждый жил своей жизнью. Сыном занималась няня.
Перед самой войной, уже зная, что она вот-вот начнётся, Ярослав велел мне собрать кое-какие вещи, сказал, что увезёт их в более безопасное место.Но я бросилась за мамой. Приехав к ней, не смогла уговорить уехать со мной, и уже там мне позвонил муж и сказал, чтобы я срочно выдвигалась в этом направлении, так как няня с сыном уже в пути.
Все, что случилось дальше ты знаешь, мы ехали в одном поезде.
- Как ты выжила?
- Не знаю, сбивались в кучки, искали еду, прятались. Было много насилия, грабежей, разбоя. Как-то удалось избежать всего этого. Потом жила в Колонии, пока не началось деление на Избранных и рабов. У меня ведь характер не очень покладистый, да и внешность заметная, поэтому всякое бывало. Но внезапно появился защитник. Он работал на руднике.
- Но ведь это старые, очень старые заброшенные рудники, там почти ничего не осталось! Что там можно было делать?
- Их расчищали, углубляли, расширяли, строили что-то типа подземного города. Работа не из лёгких, тем более для измотанных и больных людей.
Мы ушли из Колонии. Тогда еще это было можно. Уже не свободно, как первое время, но возможность была. Сейчас за выход из Колонии можно получить смертный приговор, хотя каждый человек на счету и могут просто отправить на самые опасные работы, где и так долго не проживёшь.
Те кто предпочитает свободу, вынуждены прятаться, так как за ними охотятся Ловцы. Мы обосновались здесь, подальше от Колоний, в довольно скудном промысловом месте. Но поэтому более спокойном. Кроме кабанов и грызунов здесь почти никто не водится.
- Вы ели грызунов?
- Ну почему нет? У крысы довольно вкусное мясо, если повезет ее поймать. Мышь почти бесполезна, так как мяса в ней почти нет. Но, когда голоден, все возможно. Ну и насекомые. Одно время появилось много жуков, их сушили, толкли, делали муку и пекли хлеб.
Я вижу, тебе не очень приятно слушать.
- Да уж, нам очень повезло, что мы раскопали склад и, главное, нас там никто не нашёл.
- Я думаю, Вас спас довольно высокий уровень радиации на базе. Так же, как и вокруг этого бункера. Это загадка, которую предстоит еще решить.
Помолчав немного, я продолжила рассказ:
- Несколько лет мы прожили с Рыжим Охотником в землянке. Он обучил меня всем премудростям охоты. Кроме неё было еще несколько убежищ. Но однажды мы попали в ловушку и он погиб, а я узнала, наконец, что для меня солнечные лучи являются спасением, а не смертельной опасностью. И стала жить одна.
- Было трудно? Опасно?
- По разному, но я справлялась неплохо. Как-то снова попала в Колонию, но легко ушла.
Я рассказала, как нашла бункер, а потом о встрече с сыном. Влад был поражен моим рассказом.
- Я уверен, что все не просто так.
- Да. События вдруг стали развиваться с удивительной быстротой.
- Это не может быть простым совпадением. Надо тщательно обследовать местность. Слишком много неслучайных событий. Тебе не кажется, что нас ведет какая-то рука?
- Кажется, не кажется... В это трудно поверить.
Он не стал убеждать меня, просто вдруг его глаза остановились на моем лице и его молчаливый взгляд говорил о многом.
- Послушай, не надо себе ничего придумывать. Твое детское увлечение мной ничего не значит. И не надо так смотреть на меня! Я могу в два счета выкинуть тебя отсюда, и не думай, что ты сильнее меня и я не смогу этого сделать.
- Неужели ты думаешь, что я могу воспользоваться...
- Я ничего не думаю, просто предупреждаю,- перебила я его.
Ты будешь спать в гостиной и даже не вздумай сунуться ко мне!
Он молча кивнул, с трудом отвёл взгляд и вздохнул.
- Хорошо, как скажешь.
Ночью я никак не могла уснуть, переворачивалась с боку на бок, не могла удобно улечься. То вдруг затекала нога, то мешала рука, то сбивалась простыня. В соседней комнате, судя по всему, было тихо. Что не прибавило мне спокойствия. Утром встала невыспавшаяся, недовольная и злая. Больше всего бесила ухмыляющаяся физиономия Влада.
- Идем, я покажу тебе где находятся продукты, готовить будем по очереди. Я не собираюсь это делать одна.
- С удовольствием,- улыбнулся он в ответ.
Когда я вышла из душа, на столе стояли две тарелки с тончайшими кружевными блинчиками, щедро политые смородиновым вареньем. Признаться, я думала он ограничится яичницей.
- Ого! В армии ты был поваром?
- Ты знаешь, у меня было много времени для практики. На складе, где мы обосновались продуктов было море, и времени столько же. Я практиковался в приготовлении разных блюд. Попробуй! - он сунул мне в рот кусочек блинчика. Блин был что надо, хрустящий по бокам и мягкий в середине.
- Вкуусно! А я готовить совсем не умею. Раньше это делала домработница, ну а потом сам понимаешь... Так что предлагаю готовкой заниматься тебе!
- Согласен!- он послушно кивнул головой. Похоже он готов был соглашаться со мной во всем.
- А я мою посуду,- милостиво заключила я.
После завтрака решено было прогуляться по местности. Я нашла для него новую одежду и почему-то долго выбирала себе комбинезон, хотелось, чтобы он сидел на мне, как влитой. Потом несколько раз переплетала косы, но увидев опять насмешливую улыбку Влада, выругалась про себя: веду себя, как полная дура!
Осматривая ближайшие холмы, ничего не увидели такого, что могло натолкнуть на мысль о скрытом убежище. Вернувшись, Влад заявил, что будет варить борщ.
- Для него, если я не ошибаюсь, овощи нужны?
- Не ошибаешься, у тебя стоят на полке банки с консервированными супами. Сварю бульон, вылью содержимое банки и суп готов.
- Ну, можешь приступать,- разрешила я,- чувствую дело не быстрое, пойду подремлю. Кстати, на борщ можешь взять кабаньи рёбрышки в холодильнике.
- Слушаю и повинуюсь, моя госпожа!
Его игривый тон одновременно бесил и был приятен. Но я не показала виду, ушла.
Когда Влад разбудил меня, на столе ароматно дымились чашки с густой бордовой жидкостью, на середине в красивой салатнице причудливо выложенные консервированные фрукты, а в высоких стаканах что-то подозрительно похожее на вино.
- Господи, откуда это все?
- Ты что, не знаешь, что хранится у тебя на складе?
- Я не сильно вдавалась в подробности. Хватало первых попавшихся продуктов. А что там и вино имеется?
- Имеется! Еще будет десерт! Но это пока секрет!
- Ну, тогда стоит переодеться к праздничному ужину!
Я давно раскопала несколько вечерних нарядов, надевала один из них раз, когда навещал Хорст. Сейчас же я выбирала платье с особой тщательностью.
Выйдя к Владу, с удивлением заметила, что и он раскопал где-то настоящий смокинг, который ему невероятно шёл.
Мой выход был встречен восхищенным свистом. Отодвигая стул и усаживая меня, он как бы невзначай приблизился к моему уху и игриво шепнул:
- Признайся, ты специально провоцируешь меня?
От его близкого дыхания по телу поползли мурашки и я с трудом отряхнула охватившее оцепенение.
- Провоцирую на что? - взяв себя в руки, почти спокойно спросила.
- Сама знаешь!
- Не выдумывай. Ты сам затеял этот ужин.
Он вздохнул.
- Конечно, к борщу полагается водка. Но я ее пока не нашёл.
- Надеешься найти?
Он пожал плечами:
- Если ее не выпил предыдущий хозяин, должна быть. Ну приступим,- он протянул мне бокал.
- За что выпьем? За успех нашего предприятия? - я сделала маленький глоток.
- Я предпочитаю за любовь...
- Неуместный тост. И вообще прекрати всё это!
- Скажи ещё, что тебе не нравится?
- Мне не нравится. И не спрашивай почему. Я этого сама не знаю. Просто не хочу ничего. Не хочу больше никакой боли и разочарования.
На его протест я просто бросила ложку и собралась выйти изо стола.
- Прости,- остановил он меня,- больше не буду.
Я злилась. Злилась на него, но больше всего на себя. Да, мне нравился он, мне нравилось, как он смотрит на меня, и не было причин противостоять себе и ему. Но меня это все пугало. Я слишком долго жила одна, я не захотела остаться с сыном, я боялась всего того, что могло нарушить мое внутреннее равновесие. Или я боялась чего-то другого?
Вино ударило в голову, блаженная истома поползла по телу. Влад включил музыку и предложил потанцевать. Я понимала одно, что как только окажусь в его объятьях, не выдержу и может быть сама поцелую его. Проклятое вино дурманило воображение. Хватило сил сказать, что я плохо себя чувствую и уйти. Я хочу сама управлять своей жизнью и мне не нужен никто рядом.