Второй Миф: Хроники Ориона

Глава 22

Глава 22.

Екатерина Лазарева брела вдоль берега, где небольшие волны лизали песок, смешанный с мелкими камнями. Её ноги подкашивались от усталости, глаза слипались, но она заставляла себя идти дальше. Каждый шаг отзывался болью в ступнях, словно песок впитывал силы из её тела. Волны шептали о покое, но для неё это был зов могилы, а не утешение. Сколько ещё она сможет идти, прежде чем упадёт? Страх, что во время привала на неё снова нападут, гнал вперёд, несмотря на изнеможение. Зверолюди давно исчезли из виду, но вдоль побережья всё чаще попадались поселения других существ: высоких, тощих, с серебристой кожей, поблёскивающей на солнце. Их куполообразные строения из белого металла, наполовину вросшие в землю, мелькали вдали, и Катя старалась держаться от них подальше.

Она сама не поняла, как оказалась у моря. Побережье давно стало её ориентиром, и отступать от него казалось неправильным. Припасы закончились: еды не было уже два дня, и хотя без пищи она могла продержаться, жажда становилась невыносимой. Солнце палило нещадно, в воздухе витал резкий запах азота, от которого першило в горле. Браслет на запястье нагревался, выдавая предупреждение: Уровень заражения: 0.38%. Мониторить каждые 6 часов.

Перед ней открылась широкая река, впадающая в море. Её мутные воды текли стремительно, пенясь у берегов. Катя замерла, не зная, благодать это или наказание. Перебраться через реку в её состоянии было почти невозможно, ведь течение было слишком сильное, а сил почти не осталось. Она отошла от берега, надеясь найти мелководье, и вскоре наткнулась на небольшую поляну, усыпанную кустами с ягодами, похожими на земную чернику или голубику. Тёмные, блестящие плоды манили, и Катя, поколебавшись, осторожно попробовала одну. Вкус был терпким, но не противным. Понимая, что выбора нет, она принялась собирать ягоды, жадно закидывая их в рот. Сладковатый сок немного утолил голод, но жажда всё ещё терзала.

Подойдя к реке, она зачерпнула воды ладонями. Браслет не сигнализировал об опасности, и Катя, отбросив сомнения, напилась. Вода была холодной, с лёгким металлическим привкусом. Усевшись на плоский камень у берега, она решила перевести дух. Веки отяжелели, шум волн и журчание реки убаюкивали. Катя не заметила, как её голова склонилась, и она провалилась в сон, обессиленная, с ягодами, всё ещё зажатыми в руке.

— Ну ты и дура. — подумала она перед тем как провалиться в сон.

Екатерина Лазарева вновь оказалась в старом кошмаре, который она почти забыла. Сон обрушился внезапно, словно дверь распахнулась в старую рану. Её сознание провалилось в тьму, и память повела туда, где она меньше всего хотела оказаться. Тёмная избушка в сибирских лесах, запах сырого дерева и земли. Она осторожно вошла на кухню, услышав шум из спальни. Тощая женщина с короткой стрижкой и крупный лысый мужчина возились над телом на полу, телом её отца. В этом сне она всегда видела убийство, но была бессильна. В реальности всё было иначе: она застала их уже в момент, когда они пытались спрятать труп. Зачем все это было, до сих пор оставалось для нее загадкой. Что-то в ней щёлкнуло тогда. Она схватила кружку со столика у двери и швырнула в голову мужчине. Женщина бросилась на неё, но тренировки отца не прошли даром: резкий удар ребром ладони в горло и та рухнула на деревянный пол. Катя подхватила нож со стола, махнув им, чтобы отогнать очнувшегося мужчину. Завязалась драка. К удивлению следователей, прибывших только через неделю, юная девушка расправилась с беглыми преступниками с жестокостью, которая стоила ей нескольких месяцев в реабилитационном центре. Но в том году из тюрьмы неподалёку сбежало не двое. И почему-то все они решили переждать в небольшой избушке. Этот факт до сих пор будил в ней холодный страх.

Катя вынырнула из сна, тяжело дыша, не сразу поняв, где находится. Темнота окружала её, слабый свет пробивался через узкий проём в стене. Она лежала в куполообразном строении жемчужного цвета, одном из тех, что принадлежали высоким, тощим существам с серебристой кожей. Внутри пахло влажным металлом и чем-то незнакомым, горьковато-сладким, как испорченный мёд. Стены словно дышали, отражая слабый свет луны, и на миг ей показалось, что купол живой Браслет на запястье нагревался: Уровень заражения: 0.38%. Мониторить каждые 6 часов.

Она осторожно поднялась, стараясь не издать звука, и приблизилась к выходу. Сквозь проём виднелись три таких же купола, поблёскивающих в лунном свете, и высокая антенна, испускающая слабое гудение. Вдалеке маячил силуэт тощего существа, его пух на голове колыхался в такт ветру и вибрациям антенны.

— Добегалась, — прошептала Катя. — Совсем расслабилась. Так дело не пойдет. Нужно уходить.

Она выбралась из постройки, обошла её по краю и нырнула в лес, двигаясь так, чтобы держать поселение в поле зрения. Лес был густым, с запахом сырости и хвои. Солнце взошло, заливая всё ярким светом. Катя взглянула на него, сориентировалась и двинулась строго на юг. Через пару часов она вышла к очередной реке, не такой широкой, как предыдущая, где она провалилась в сон. Течение было слабым, и она, собрав силы, перешла её вброд, цепляясь за скользкие камни. Ещё через пару часов лес расступился, и она снова оказалась у берега моря. Волны лениво накатывали на песок, в воздухе пахло солью и азотом.

Внезапно браслет ожил, выдавая сообщение: Внимание. Установлено устойчивое соединение с источником связи. Попытка определить местоположение... ошибка... Расчёт расстояния до источника сигнала... 82... 82,5 км. Внимание, попытка установить связь... ошибка... Нарушены пр... ошибка... ошибка...

— Система, — сказала Катя, её голос дрожал от усталости. — Это сигнал от носа шаттла?

Да. Сигнал слабый, но устойчивый. Возможна погрешность в расстоянии. Составляю маршрут... ошибка... сбой местоположения... ошибка.

— Ну и ладно, — пробормотала Катя, вытирая пот со лба.