Второй шанс

4

Глава 4. Подозрения и Холодный Расчёт
Павел Фролов сел за стол, но его внимание было приковано к Веронике. Он делал вид, что слушает Николая Смирнова, обсуждающего очередной строительный проект, но каждые несколько секунд бросал на Анну/Веронику настороженный взгляд.
Анна прекрасно ощущала его сверлящее внимание. Она ела нарочито медленно и грациозно, держала осанку и практически не отводила глаз от Павла. Она хотела, чтобы он страдал от этой похожести, чтобы его грызла догадка, которую он не смел озвучить.
Наконец, Инга, устав от молчания падчерицы и сосредоточенности гостя, решила вмешаться, чтобы "разрядить" обстановку.
"Вероника, милая, как ты себя чувствуешь после нашего сегодняшнего разговора?" — Инга сделала акцент на слове «разговор», явно намекая Павлу на «проблемы» вернувшейся дочери.
Анна подняла глаза, полные искусственного недоумения. "Прекрасно, мама. Я ведь просто поинтересовалась, почему в моём распоряжении не находится та часть семейного фонда, которая была завещана мне покойной бабушкой. Ведь теперь я совершеннолетняя и вернулась домой, верно?"
Слова Анны упали на стол, как осколки льда. Николай Смирнов поперхнулся вином. Инга мгновенно побледнела, а Карина закатила глаза.
"Вероника! Какая... нетактичность!" — прошипела Инга сквозь улыбку, предназначенную Павлу.
"Нетактичность?" — Анна, играя невинность, повернулась к Павлу. "Господин Фролов, скажите, пожалуйста, это нетактично — просить у родителей то, что принадлежит тебе по праву?"
Павел, наконец, получил возможность говорить с ней, и он ухватился за это.
"Вопрос не в праве, мисс Смирнова," — его голос был сухим, деловым. "Вопрос в целесообразности. И в доверии. Если вас так долго не было, и вы пережили такую травму, возможно, разумнее доверить управление активами тем, кто разбирается в финансах?"
"А может быть," — Анна наклонилась вперед, и её голос стал тише, опаснее, — "разумнее держать деньги подальше от тех, кто слишком хорошо разбирается в финансах, чтобы не потерять их в сомнительных проектах?"
Павел напрягся. Эти слова, этот взгляд, эта тонкая, едва уловимая издёвка… это было абсолютно Анной.
"Мне кажется, вы слишком много думаете о деньгах, мисс Смирнова. Не лучше ли сосредоточиться на восстановлении?"
"Я восстановилась, господин Фролов. А если думать о деньгах, то, как я слышала, ваш фонд недвижимости переживает не лучшие времена," — парировала Анна, не отступая. Это был тонкий намёк на слухи, которые Глеб Соболев специально распространил.
Павел метнул на неё острый, как лезвие, взгляд.
"Вы откуда знаете о моем фонде? Вы следите за моей работой?" — в его голосе прозвучала первая, едва заметная нотка паники.
Инга попыталась взять ситуацию под контроль: "Павел, не обращайте внимания! Она нахваталась ерунды в своих… пансионах."
Анна проигнорировала мачеху, продолжая смотреть на Павла. "Я интересуюсь всем, что связано с влиятельными людьми, господин Фролов. В том числе и с теми, кто разоряет своих партнёров."
Между ними повисла тишина, настолько тяжёлая, что можно было слышать, как хрустит лёд в бокале.
Николай Смирнов, видя, как рушится важный деловой ужин, резко встал.
"Достаточно! Вероника, немедленно в свою комнату! Извините, Павел, она не в себе. Травма."
Павел, однако, тоже встал. Он смотрел на Анну с необъяснимым, мучительным интересом.
"Нет, Николай. Пожалуй, я поговорю с мисс Смирновой. Наедине. Мне нужно кое-что… прояснить."
Это не было просьбой. Это было требование. Павел чувствовал, что должен либо развеять эту навязчивую, безумную иллюзию, либо подтвердить свой самый страшный ночной кошмар.
Инга пыталась протестовать, но Павел уже взял Анну за локоть — его хватка была сильной и требовательной, как в их прежней жизни.
"Прошу вас, мисс Смирнова. Прогуляемся по саду. Нам есть о чём поговорить."
Анна позволила ему вести себя. Она чувствовала тепло его пальцев, ненавистное и знакомое. Она видела страх в его глазах и знала, что побеждает.
— Наконец-то, Павел, — прозвучал беззвучный триумф в её голове.
Они вышли на тёмную террасу. Ветер холодно обдул их лица. Двое врагов, разделённых пропастью предательства, но связанных одной судьбой.