Второй шанс

24

Глава 24. Власть, Обнаженная
Напряжение в пентхаусе было электрическим. Вызов Анны — её полная, дерзкая готовность — разрушил последние барьеры Глеба. Он хотел властно, почти грубо взять её, чтобы утвердить свою доминацию, но она превратила его намерение в совместный, дикий танец власти.
Её слова, её поза — всё это было чистым, неоспоримым вызовом. Глеб больше не мог думать о правилах. Его накрыло первобытное, нефильтрованное желание.
Он отпустил её юбку, но тут же схватил её за бедра, прижимая к себе. Он повернул ее лицом к стене и, не теряя ни секунды, вошел в нее с силой, которая была сродни их недавней ссоре.
Вместо боли Анна почувствовала чистую, жгучую страсть. Она не кричала, не стонала — она рычала от дикого удовольствия, которое пронзило её после стольких лет эмоционального голода.
Глеб двигался жестко, быстро, пытаясь вернуть себе контроль, но Анна не давала ему этого шанса. В её распоряжении были только руки. Она уперлась ладонями в стену, но тут же с силой оттолкнулась, перераспределяя их вес. Это движение заставило Глеба, который находился за ней, на мгновение потерять равновесие.
"Ты хотел власти, Глеб?" — прошептала она на выдохе, выгибаясь в его руках, так что её тело стало идеальным приемом. — "Возьми её! Или дай мне её!"
Её вызов был адреналином, который Глеб искал всю жизнь. Его движения замедлились, став более ритмичными, более глубокими. Он начал прислушиваться к ней, к её реакциям.
В этот момент инициатива перешла к Анне. Она подалась вперед, упираясь в стену локтями, и этот жест открыл ему доступ к её шее и плечам. Глеб перестал быть завоевателем, став партнером в этом безумном, неконтролируемом ритме.
Он опустил её на ближайший кожаный диван. Здесь, среди роскоши и золота, их тела сплелись в жаркую, неистовую борьбу, которая была продолжением их делового поединка.
Он пытался взять инициативу, пригвоздить её к дивану своим весом, но Анна была неистовой. Её тело отвечало на каждое его движение, но её взгляд оставался властным.
Она вдруг перевернулась, оказавшись сверху. Её руки схватили его лицо, и её поцелуй был глубоким и требовательным, утверждающим, что она не жертва, а участник этой сделки. Она диктовала ритм, силу, и Глеб, подчиняясь этой новой, неведомой ему власти, стонал от удовольствия.
"Нежнее? Или ты хочешь, чтобы я взяла тебя?" — шептала она, и эта провокация заставляла его сходить с ума.
Глеб, человек, который не знал поражений, вдруг почувствовал, что теряет контроль. Он уже не брал её — он отдавался этому безумному, неконтролируемому желанию, вызванному её абсолютной свободой и дерзостью.
Когда волна кульминации накрыла их, это был не просто оргазм — это был взрыв, который стер все их правила, все их маски.
Глеб рухнул рядом с ней на диван, тяжело дыша. Он закрыл лицо ладонью. Он был измотан, но впервые за долгое время — счастлив.
Анна лежала рядом, её сердце колотилось, а на губах играла тихая, торжествующая улыбка.
Глеб повернул голову. Он посмотрел на нее, и в его глазах больше не было хищника. Был просто мужчина, который вдруг понял, что его новый партнер — это его новая одержимость.
"Что это было?" — спросил он хриплым голосом.
"Это был секс, Глеб, только секс" — ответила Анна, переводя дыхание. — "Но мне понравилось."
Она протянула руку и провела кончиком пальца по его челюсти.
"Ты был хорош. А теперь, партнер," — Анна наклонилась и поцеловала его в губы, на этот раз мягко и уверенно. — "Давай обсудим наши дальнейшие бизнес-планы."
Глеб рассмеялся — на этот раз не цинично, а с искренним, диким весельем. Он притянул её к себе.
"Ладно, Анна. Ты выиграла первый раунд. Но игра только началась."