Второй шанс для Алой Пиявки

Глава 4

После Праздника цветения пионов в резиденции канцлера на несколько дней воцарилась обманчивая тишина. Отец уехал с инспекцией в южные провинции, оставив меня наедине с моими мыслями и тренировками. Мой дебют прошел успешно, даже слишком. Новости о «преображении» Леди Лиюэ разлетелись по столице. Я стала главной темой для сплетен в чайных домиках и на женских половинах аристократических домов.

Версии выдвигались самые разные. Одни говорили, что я тяжело переболела и лихорадка прочистила мне мозги. Другие шептались, что меня тайно наставляет некий даосский отшельник. Самая популярная и, к моему ужасу, близкая к правде теория гласила, что в меня вселился дух какой-то покойной ученой прабабки. Эта версия вызывала у меня холодный пот, но, к счастью, в Нефритовой Империи к таким вещам относились скорее как к забавной байке, а не как к поводу для вызова экзорцистов.

Я использовала это затишье с максимальной пользой. Каждую ночь я до изнеможения гоняла холодную, острую энергию Металла по меридианам. Боль постепенно утихала, сменяясь ощущением растущей силы. Я обнаружила, что могу концентрировать Ци на кончиках пальцев, превращая их в подобие стальных игл. Однажды ночью, в отчаянии от медленного прогресса, я с силой ткнула пальцем в деревянную ножку стола. Раздался тихий треск, и в полированном дереве осталась глубокая вмятина.

Я смотрела на свой палец, потом на стол, и на губах у меня впервые за долгое время появилась настоящая, хищная улыбка. Это было оно. Мое маленькое, но смертоносное оружие. Я была не просто беззащитной девушкой, а становилась клинком, спрятанным в шелковых ножнах.

Днем я продолжала осаду библиотеки. Я перешла от общей истории к военным хроникам и судебным отчетам. Я искала прецеденты. Как судили заговорщиков? Какие улики считались неопровержимыми? Как строилась защита? Я читала о клане Цзинь, о его истории, о той резне, что унесла жизнь родителей генерала, когда он был еще мальчиком. Я пыталась понять своего врага, залезть ему в голову, предугадать его ходы.

Именно за этим занятием меня и застали.

На третий день после отъезда отца в библиотеку вошел дворецкий, главный слуга в резиденции, человек, преданный моему отцу душой и телом.

— Госпожа, — поклонился он, не выказывая ни тени удивления моему местонахождению. — Вас ожидают.

— Кто? — спросила я, не отрываясь от свитка.

— Стража из Ведомства Императорской Безопасности. Они прибыли с официальным предписанием.

Мои пальцы, державшие свиток, на мгновение застыли. Ведомство Безопасности. Карательный орган, подчинявшийся лично императору. Его негласным руководителем, его тенью, был генерал Цзинь Вэй.

Сердце пропустило удар. Он пришел за мной. Раньше, чем я ожидала.

— Где они?

— В главном приемном зале.

Я медленно свернула свиток. Паники не было. Был лишь холод в груди, похожий на мою собственную Ци. «Ты знала, что это случится, Алиса. Ты готовилась. Это просто еще один экзамен».

— Хорошо. Скажи, что я сейчас приду. И принеси мне чаю. Лучшего. Того, что отец хранит для императорских посланников.

Я не спешила. Вернулась в свои покои, переоделась из простого домашнего платья в то самое, цвета зимнего неба. Я поправила прическу, вставив в волосы ту же единственную нефритовую шпильку. Я должна была выглядеть точно так же, как на празднике. Сильной, спокойной, непроницаемой.

Когда я вошла в приемный зал, он уже был там. И не один. По углам зала стояли четверо гвардейцев в черной броне и шлемах, полностью скрывающих лица. Они были похожи на статуи, но я чувствовала исходящую от них угрозу.

Сам генерал Цзинь Вэй стоял у окна, точно так же, как мой отец несколько дней назад. Свет падал ему на спину, скрывая выражение его лица. Он не обернулся на мои шаги. Он ждал.

Я молча прошла к главному креслу, предназначенному для хозяина дома, и села. Слуги внесли чайный столик, расставили пиалы. Я лично взяла чайник из тонкого фарфора и налила две чашки. Одну для себя, другую поставила на столик перед пустым креслом напротив.

— Генерал, — произнесла я ровным голосом. — Не желаете ли чаю, пока ждете моего отца? Боюсь, он вернется не раньше, чем через неделю.

Только тогда он медленно обернулся. И я поняла, почему его называют Нефритовым Тигром. В его движениях была плавная, ленивая грация огромного хищника, который знает, что жертва никуда не денется.

Он подошел и сел в кресло напротив, и на его лице не было ни единой эмоции.

— Я пришел не к канцлеру, — его голос был низким, глубоким. — Я пришел к вам, Леди Лиюэ.

— Ко мне? — я изящно приподняла бровь, изображая легкое удивление. — Чем же дочь канцлера могла заинтересовать главу Императорской Безопасности? Надеюсь, я не нарушила какой-нибудь новый указ о цвете платьев?

Его темные глаза смотрели прямо на меня, и у меня возникло неприятное ощущение, что он видит не мое лицо, не платье, а то, что находится за ними. Мой страх, мою ложь, мою чужеродную душу.

— Несколько недель назад, — начал он монотонно, — была предпринята попытка отравить госпожу Си Хэ, гостью вдовствующей императрицы. Подозрение пало на одну из служанок вашего павильона. Но девушка исчезла прежде, чем ее успели допросить.

Я знала эту историю из романа. В оригинале Лиюэ сама приказала своей служанке подсыпать в чай Си Хэ порошок, вызывающий сильную сыпь. А потом, когда заговор раскрылся, приказала убить служанку, чтобы та не проболталась. Это был один из эпизодов, который укрепил ненависть генерала к ней.

— Какая ужасная история, — сказала, поднося чашку к губам. Я заставила свои руки не дрожать. — Надеюсь, госпожа Си Хэ не пострадала.

— Она не выпила тот чай, — его взгляд стал еще острее. — Что еще более интересно, в тот день вы, Леди Лиюэ, вели себя крайне необычно. Вы не пошли на встречу с наследным принцем, сославшись на недомогание, хотя все знают о вашей… привязанности к Его Высочеству. Вы остались в своих покоях. А на следующий день вы уволили почти половину своих старых слуг. Включая вашу доверенную служанку Лин.