Второй шанс для бывших

Глава 1

Алексей

Настоящее

Машина мягко тормозит у стеклянного здания в центре города. Слишком большое и современное для этих мест, оно выделяется среди невысоких домов с облупившейся штукатуркой, словно напоминая о том, что времена меняются даже там, где, казалось бы, остановились.

В зеркале заднего вида мелькает усталое лицо. Недельная щетина, которую так и не успел сбрить из-за бессонной ночи. Машинально провожу ладонью по коротким светлым волосам, пытаясь придать им приличный вид. Кожа на костяшках пальцев еще хранит следы вчерашнего раздражения, когда в очередной раз грохнул кулаком по рулю, застряв в пробке на въезде в город. Галстук давит на горло, словно удавка, и я расслабляю узел, с облегчением выдыхая.

Двенадцать лет. Целая жизнь уместилась в это время. Чужой город, карьера, женщины, которые мелькали, не оставляя следа. И вот – снова здесь. На знакомых до боли улицах, где каждый поворот хранит воспоминания. Воспоминания о нас. О ней.

Выхожу из машины, разминая затекшую спину. Ключицу неприятно тянет – старая травма дает о себе знать перед сменой погоды. Город встречает пронзительным ветром, бьющим в лицо, швыряет в глаза мелкую пыль. Инстинктивно щурюсь, прикрывая глаза ладонью. Воздух пахнет выхлопными газами и свежей выпечкой из пекарни напротив – тот самый запах, который вызывает странную ностальгию каждый раз, когда приезжаю сюда навестить сына. Будто город говорит: «А ты думал, будет легко, Ворохтин?»

Охранник у входа – мужчина с густыми, кустистыми бровями – почтительно кивает, распахивая стеклянную дверь:

– Алексей Николаевич? Вас уже ждут.

В лифте невольно одергиваю пиджак, глядя на свое отражение в зеркальной поверхности. Под ложечкой неприятно сосет – странное чувство. Чашка крепкого кофе, выпитая натощак, бунтует в желудке. Никогда не волновался перед переговорами на миллионы, перед встречами с акционерами, даже перед увольнением сотрудников. А сейчас... Сейчас какое-то детское беспокойство. Слегка подрагивают кончики пальцев, и я сжимаю их в кулак, пряча в кармане. Словно снова опоздал на урок к Марине Игоревне и придумываю на ходу очередную неуклюжую отмазку.

Цифры на дисплее мигают: 5, 6, 7... Звуковой сигнал, и двери открываются.

Стеклянные двери с гравировкой «Директор филиала» распахиваются, и меня встречает высокая брюнетка с идеальным каре, в строгом костюме, подчеркивающем фигуру. Цоканье ее каблуков по кафельному полу отдается эхом в просторном офисе.

– Алексей Николаевич! – улыбка у неё отработанная до автоматизма, профессиональная, не затрагивающая глаза. – Анна Белова, ваш заместитель. Рада приветствовать вас в нашем филиале.

Рукопожатие у нее крепкое, не по-женски сильное, с ухоженными длинными ногтями, окрашенными в бордовый цвет. Легкий аромат сандала – дорогой, ненавязчивый, но отчетливый. Взгляд оценивающий – быстро пробегается по костюму, задерживается на драконе, выглядывающем из-под воротника рубашки, и снова возвращается к глазам. В ее зрачках мелькает что-то, похожее на одобрение, смешанное с любопытством.

– Коллектив уже собран в конференц-зале для знакомства. – Она поправляет прядь волос, заправляя ее за ухо с маленьким бриллиантовым гвоздиком. – Если хотите, могу провести краткий инструктаж по ключевым фигурам.

– Спасибо, Анна, но предпочитаю составлять мнение самостоятельно, – голос звучит хрипло, и я откашливаюсь, скрывая неловкость.

По дороге в конференц-зал она продолжает говорить о показателях филиала, но я едва улавливаю смысл. Взгляд цепляется за мелочи – потертый уголок ковролина у двери, неровно висящую картину с видом морского пейзажа, чей-то забытый шарф на спинке кресла. Эти детали почему-то успокаивают. В идеально прилизанной обстановке всегда есть что-то фальшивое.

Конференц-зал встречает напряженной тишиной. Около двадцати человек – руководители отделов и ключевые специалисты. Лица с интересом рассматривают нового начальника: кто с опаской, кто с любопытством, кто с плохо скрываемым недовольством. Кто-то нервно постукивает ручкой по столу, кто-то усиленно делает вид, что увлечен своим смартфоном.

– Доброе утро, – голос звучит увереннее, чем ощущаю себя внутри. Язык словно прилипает к небу, и я делаю глоток воды из стакана, заботливо подставленного Анной. – Алексей Ворохтин, с сегодняшнего дня возглавляю филиал. Не буду утомлять долгими речами – их вы еще наслушаетесь. Скажу только, что головной офис поставил серьезные задачи, и решать их будем вместе. Поэтому предлагаю познакомиться – коротко, по существу.

Знакомство идет своим чередом. Отмечаю про себя амбициозного Павла Рубцова – сидит, скрестив руки на груди, смотрит исподлобья, явно недоволен назначением. Когда представляется, в голосе скользит едва уловимое пренебрежение. Ногти на его руках обкусаны – признак нервозности, которую он тщательно пытается скрыть за маской самоуверенности.

Анна держится рядом, иногда ненавязчиво комментируя особенности сотрудников шепотом, наклоняясь так близко, что ее дыхание щекочет мое ухо. От нее пахнет дорогими духами, и она стоит ближе, чем того требует деловой этикет. Локтем чувствую тепло ее тела через ткань пиджака.

Пальцы нервно постукивают по столешнице из темного дерева. Под кожей бьется пульс, неестественно частый для простого знакомства. Странно, но больше всего сейчас хочется сбежать отсюда, сесть в машину и гнать куда глаза глядят. Туда, где нет ни ответственности за проваливающийся филиал, ни необходимости встречаться с прошлым лицом к лицу.

После знакомства – обход отделов, бесконечные рукопожатия, одни и те же вопросы: «Как вам наш город? Надолго к нам?» Кто-то из женщин в кредитном отделе смущенно хихикает, наблюдая за татуировкой на шее. Выгоревший на солнце край дракона выглядывает из-под воротника, и я машинально поправляю рубашку, скрывая рисунок.

К вечеру голова начинает болеть от информации, бесчисленных цифр и имен. Виски сдавливает тупая боль. Язык ворочается с трудом, а губы пересохли от бесконечных разговоров. Сажусь в машину, ослабляю галстук полностью – к черту эту удавку – и расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки. Откидываюсь на спинку сиденья, прикрывая веки. Перед глазами плывут разноцветные пятна.