Второй шанс для разведенки

Глава 3

Михаил вернулся домой вовремя, что само по себе удивило Ульяну. Обычно он задерживался на работе или находил повод, чтобы прийти поздно. Но сегодня он открыл дверь ровно в семь вечера, повесил пальто и сразу прошел в гостиную.

— Привет, — сказал он с натянутой улыбкой и подошел, чтобы поцеловать ее в щеку.

Ульяна машинально отстранилась.

— Нам нужно поговорить, — ее голос был тихим, но твердым.

Михаил нахмурился, но попытался сохранить легкий тон:

— Ты такая серьезная. Я о чем-то забыл? Годовщина в прошлом месяце была, – усмехнулся он.

— Кристина приходила, — сказала Ульяна, не сводя с него взгляда. — Я знаю, что ты мне изменяешь. И у тебя будет ребенок.

Михаил побледнел, его лицо застыло на мгновение, прежде чем он смог выдавить что-то вроде улыбки.

— Ульяна, послушай… Это… это просто минутная слабость.

— Минутная слабость? — перебила она, чувствуя, как голос срывается на крик. — Минутная слабость не приводит к беременности! Миша, я видела ее живот. Сколько это продолжается? Год? Два?

Михаил потер лицо руками, будто пытаясь спрятаться от ее гнева.

— Это ничего не значит, — пробормотал он. — Мы с тобой столько лет вместе. Разве это можно выбросить из-за… этого?

— Ты уже это сделал, — ее голос звучал резко, как хлесткий удар. — Я хочу развода.

Михаил сделал шаг к ней, его руки дрожали.

— Нет, Ульяна, пожалуйста. Мы можем все исправить. Это ничего не значит, правда. Только ты важна для меня.

Она посмотрела на него, ее глаза горели гневом, но в глубине пряталась боль.

— А была ли я важна для тебя в тот момент, когда ты спал с ней? Когда сделал ей ребенка, или когда скрывал это от меня? Ты мне лгал, Миша.

Она выдержала его взгляд, холодный и полный разочарования, словно это она ему изменяла, а не наоборот, а затем добавила:

— Как ты это себе представляешь? Кристина с ребенком в соседней квартире, а мы тут, играем в счастливую семью? Так?

Михаил отвел взгляд, его лицо словно застыло. Ему нечего было ответить. Тишина, разлившаяся в комнате, казалась невыносимой.

— Ульяна, я прошу тебя, не делай поспешных выводов, — наконец пробормотал он. — Мы сможем все вернуть. Я не хочу терять тебя.

— Ты уже потерял, — произнесла она твердо. — Завтра я подам на развод. Я больше не могу жить с человеком, который меня так унизил.

Ульяна прошла мимо Михаила, словно он был пустым местом. В груди всё кипело, а руки дрожали от ярости и предательства. Она направилась в спальню, даже не оборачиваясь, чтобы увидеть его реакцию. Дверь захлопнулась с глухим стуком.

Пора поставить точку.

Она подошла к гардеробной, распахнула двери и вытащила с полки два больших чемодана. Гнев толкал ее вперед, давал силы.

Она резко расстегнула молнию чемодана, бросила его на пол и принялась бросать в него одежду Михаила: рубашки, брюки, свитера.

— Ульяна, что ты делаешь? — раздался за спиной голос Михаила, спокойный и холодный.

Она не обернулась. Ее пальцы сжались на воротнике его любимой рубашки, и она швырнула её в чемодан.

— Как видишь, — ответила она через стиснутые зубы. — Помогаю тебе собраться.

Михаил стоял в дверях спальни, скрестив руки на груди. Его лицо было мрачным, губы сжаты в тонкую линию.

— Я никуда не собираюсь уходить, — произнес он ровным голосом.

Ульяна замерла на секунду, а затем, не оборачиваясь, сунула в чемодан его дорогой парфюм и флакон с витаминами. За ним — лекарство от язвы, которое он принимал по утрам.

— Я облегчу тебе выбор, — произнесла она, ее голос был полон ледяного презрения. — Кристина тебя заслужила. Ты сделал ее жизнь лучше. Мою — хуже. Думаю, этого достаточно, чтобы понять, где твое место.

Она захлопнула чемодан с резким щелчком и развернулась к нему лицом. Она была зла. Видеть его больше не могла. Он сделал ей слишком больно. От его присутствия у нее начинала болеть голова и колоть в груди. А еще она с трудом сдерживала слезы.

— Возьми свои вещи и уходи.

Он шагнул вперед, пытаясь удержать остатки контроля.

— Ладно, если ты приняла решение за нас двоих, я уйду. Давай решим это быстро. Поделим имущество и оформим развод. Кристине скоро рожать, я не хочу, чтобы она нервничала. Думаю, будет справедливо, если тебе останется эта квартира, а мне дом. Ты одна, а у меня скоро ребенок будет. Нам троим места побольше надо.

Его слова заставили ее замереть. На мгновение ей показалось, что она ослышалась.

— А не охренел ли ты? — вдруг сказала Ульяна, ее голос был одновременно ледяным и наполненным гневом. — Почему это мы вообще должны что-то делить? Напомнить тебе, Михаил, что эта квартира была куплена на мои деньги? И дом, который ты так жаждешь оставить себе, тоже строился на мои средства. Ты своей зарплатой максимум мог бы двушку в хрущевке осилить. Или я не права?

Михаил нахмурился, его лицо напряглось, но он ничего не ответил. Потому что Ульяна была права. Ульяна за день могла заработать больше, чем он за месяц. Но она никогда не упрекала его этим. Ведь они семья. Ведь они любят друг друга. Деньги есть и хорошо, какая разница кто их заработал?