Второй шанс леди Аддамс

Глава 3. Принятие

Как ни прискорбно, сладкое забвение закончилось быстро. Ее душу буквально выдернули из небытия, заставив вернуться к реальности. Вопреки ожиданиям, Гейл открыла глаза не у дома кузины, а в больничной палате. Яркий свет ударил по зрачкам с такой силой, что девушка невольно застонала.

– Рад, что ты пришла в себя, – где-то поблизости прозвучал голос, который она с трудом смогла узнать. По спине Гейл побежали крупные мурашки, ведь она слышала его только раз и лишь в одном месте. Будто заметив ее волнение, посетитель продолжил, – нам пора поговорить. Твоя отчаянная попытка вернуть прежнюю жизнь привела тебя сюда, а я теперь обязан с этим разбираться.

Девушка нехотя открыла глаза вновь и неуклюже села на неудобной кушетке. Сфокусировав взгляд на госте, Гейл поняла, что не ошиблась. Именно этого мужчину она встретила в лабиринте комнат после смерти. И то, что он был здесь, значило, что все это не было сном. Не было расшалившейся фантазией несчастной школьницы. Она не знала, что испытывает по этому поводу - облегчение или отчаяние.

– Кто вы такой? – тихо спросила Гейл, механически сжимая пальцами край школьного кардигана.

Незнакомец из сна глубоко вздохнул.

– Можешь звать меня Самаэль. Я один из тех, кому поручено сопровождать души между их воплощениями в этом мире.

– Воплощениями… – она опустила взгляд на свои руки, – так я и правда умерла?

Он коротко кивнул.

– Ванесса Аддамс умерла в ночь с 15 на 16 июня 2024 года. Ее жизнь оборвалась точно в срок, такова была судьба.

Пальцы сами сжались в кулаки, Гейл ощутила горячую волну гнева.

– Какая к черту судьба? Меня кто-то убил, а ты говоришь, что так и должно было случиться! Я в это не верю, просто не могу. Это не честно! – она едва сдержалась, чтобы не повысить голос.

Самаэль усмехнулся, и в его темных, как ночь, глазах мелькнула злая искра.

– Тебе ли говорить о справедливости? – в его голосе прозвучала нотка стали, от которой в горле Гейл встал ледяной ком, – той, что годами паразитировала на слабостях сотен людских душ? Ванесса Аддамс не была праведной, и уж тем более не тянула на ангела, чтобы вопрошать о честности.

– Я… Я старалась отдавать не меньше, чем брала! – хрипло возразила девушка, упрямо поднимая взгляд на собеседника, – помогала тем, кто нуждался, не проявляла лишней жестокости. Я не заслужила такого конца! И почему теперь я должна прозябать в этом тщедушном теле?

Мужчина рассмеялся, рассеянно облокотившись на больничную стену.

– Да ты искренне веришь в свою правоту! Поразительная незамутненность… Можно только позавидовать твоей уверенности. А что касается тела… Что ж, это результат твоего же своеволия. Душа устремилась в ближайшее воплощение к прошлой ипостаси. Если бы кому-то хватило терпения выслушать меня на перепутье, ты получила бы шанс на иную судьбу.

– Бред… Эта девчонка ни на йоту не близка к семье Аддамс! – Гейл покачала головой, – что изменилось бы?

– Этого ты уже не узнаешь. Теперь, когда все свершилось так, как есть, ты должна закончить путь в этой роли. Таков урок для мятежных душ, вроде твоей, – спокойно ответил Самаэль, – я здесь для того, чтобы направить тебя.

– Неужели нельзя вернуть все, как было? – с долей отчаянной надежды уточнила девушка, впиваясь взглядом в своего невольного наставника. Сейчас он выглядел так же непримечательно, как в первую встречу, но теперь Гейл могла запомнить черноту холодных глаз, бледность кожи, исполосованной мелкими морщинами и мелкую проседь в густых волосах мужчины. Его лицо выражало вселенскую усталость и едкую усмешку.

– Нельзя. Ты должна забыть о жизни Ванессы Аддамс. Не вмешиваться в нее, не вспоминать и не пытаться изменить. Теперь ты Гейл Филлипс, так проживи этот путь достойно. Возможно, однажды ты поймешь, что это не наказание, а шанс.

“Забыть, кем я была? Это абсурдно! Смириться с тем, что теперь я ничего не стою, после того как у моих ног был почти весь мир! Нет, это не по мне. Я достойна большего!” – девушка шумно выдохнула и стерла испарину со лба.

– А что если я откажусь? – наконец спросила она после долгого молчания.

Самаэль сверкнул холодными глазами и жёстко ответил:

– Столкнешься с последствиями.

Гейл вздрогнула, но не отступила.

– Допустим. Могу я задать последний вопрос? – дождавшись положительного кивка, девушка тихо спросила, – Как именно умерла Ванесса Аддамс? Я должна знать, кто причастен к этому. Прошу…

Взгляд мужчины потемнел.

– Это больше тебя не касается, Гейл, – новое имя прозвучало, как издёвка, – оставь это дело. Убийство Ванессы не имеет отношения…

– Так это было убийство! – воспрянула духом девушка, – я так и знала!

– Это не важно, дитя. Запомни мои слова, твоя задача в этой жизни пройти иной путь. А сейчас отдыхай. Твоя мама скоро будет здесь, – Самаэль встал.

Она ничего не ответила. Во-первых, ей не хотелось давать никаких обещаний. Слова жнеца лишь убедили ее в том, что можно попытаться все исправить, пусть и в обход его предостережений. Во-вторых, говорить с ним более она не видела никакого смысла. Слушать бредни о судьбе и шансах от бездушного проводника казалось пустой тратой времени.

Вскоре Гейл осталась в палате одна. Кроме тиканья настенных часов в помещении висела оглушающая тишина. Сейчас девушка была этому рада. Это отличная возможность подумать над услышанным и составить план.

На данный момент этому телу всего 15 лет. Если верить календарю и словам Самаэля, до смерти Ванессы у Гейл было четыре года на подготовку плана. Она не верила в непоправимость ситуации, и с каждой минутой, проведенной в одиночестве, преисполнялась надеждой на успех.

“Я должна приблизиться к Аддамсам, насколько это возможно. Для этого придется потрудиться – мать не обладает связями, но я могу получить их, если пробьюсь на стипендию в колледж, который спонсирует мой отец. Он всегда питал слабость к большому уму и покровительствовал тем, кто мог добиться высот. – размышляла Гейл, – ещё можно попытаться сблизиться с Фредериком. Вдруг он причастен к убийству? Все случилось накануне помолвки, что если…”