Второй женой не стану или Укрощение строптивого

Глава 9

Игорь

- Игорь, у меня плохое предчувствие - Майя тебя не простит. Готовься к разводу и потере статуса отцовства для вашего общего ребеночка.

- Вика, не высасывай свои мысли из пальца! Майя добрая в отличие от тебя - поймет и простит. Сразу.

- Смешно. Ты эгоист. Так и не понял ее. Она истинная женщина. А истинная - мягкая снаружи и стальная внутри. Не простит! Потому что ты - чертов игрок!

- Что? Я никогда не играл в игры!

- Ты? Ты заигрался чужими чувствами! Ты женщин никогда не ставил выше пьедестала, на котором стоишь сам. Они всегда были где-то там у подножья твоего памятника, воздвигнутого самому себе.

«Я памятник воздвиг себе нерукотворный

К нему не зарастет девичья тропа.

Вознесся выше он главою непокорной

Отцовского столпа».

- На личности попрошу не переходить. Мои отношения с отцом не трогать своими ручищами!

- У тебя же «Комплекс Наполеона» – вякает она.

- Ты не психотерапевт, чтобы раздавать диагнозы, - парирую я.

- Это не диагноз! А констатация факта. Ты же всю жизнь стремился к доминированию и контролю. Ты получил первый капитал от деда. Не сам заработал, заметь! При правильно маркетинговом подходе ты увеличил капитал в сотни раз! Кто тебе помогал все эти годы, забыл? Я всегда была рядом, на подхвате. Я организовала для тебя тыл. Я воспитывала твоих сыновей – Андрея и Сергея, даже Мишку. В знак благодарности, ты выпроваживаешь меня на улицу? Игореша, не боишься остаться один? А-а? Твои амбиции никогда не давали тебе правильно оценить способности –свои и детей. Ты же их просто мучаешь. Особенно, Михаила. Ну нет у него творческой жилки! Он математику любит. Отстань ты от ребенка!

- Я… - хочу защититься. – Я…

Впервые слышу такую длинную и честную тираду от Виктории. От шока и неожиданности не могу говорить.

А Вика продолжает на своей волне.

- Каждый твой шаг делал тебя заложником твоего выбора. С каждой женщиной ты закапывал себя все сильнее и сильнее.

- Причина по которой я отвергал женщин - они были жадные до любви и денег, до опасных взрослых игр, - наконец обретаю голос.

Я боялся, что они вытащат из моей души самые темные стороны. Рядом с ними я чувствовал себя уязвимым. Я боялся любить. Это дурацкое чувство беспомощности. Вот вся правда!

- Нашел себе оправдания! Молодец, - Вика хлопает в ладоши.

- Виктория, скажи, зачем ты лила в уши Майе гадости? Зачем обрабатывала ее?

- Ты рисковал будущим детей - Сергея, Андрея, Михаила, когда влюбился в четвертую женщину. Я почувствовала угрозу.

- Чушь.

- Нет, часто любят больше того ребенка, которого родила любимая женщина.

- Бред. Для меня все дети равны, - спорю с ней.

- Если у нее девочка? Как ты уравняешь ее с мальчиками? Для нее ты станешь не отцом, а папулей. Вырастишь из нее принцессу.

- Девочка? У Майи девочка? - спрашиваю, и тепло разливается у меня в душе.

- Не забывай, ты выгнал ее из дома и из сердца! - Вика вонзает нож в грудь.

Настоящий кошмар.

Я выгнал из дома собственную дочь?

Чувство предательства разъедает меня изнутри.

Любовь и ненависть к Майе и Вике сплетаются в один клубок.

Они подставили меня - благодаря им я стал копией своего отца, предавшего своих детей.

Случилось то, чего я боялся всю жизнь!

Шок выбивает воздух из легких.

Впервые чувствую, что не контролирую события своей жизни.

Считаю до десяти.

Я сильный. Умный. У меня есть деньги.

Я люблю Майю, у нее моя дочь.

Пойду к ней, и признаю перед ней все свои страхи и слабости. Покаюсь в ошибках.

Пускай знает, что я умею быть слабым.

Только перед любящей и любимой женщиной я готов признаться почему отвергал женщин.

Я боялся, что семья, которую создам с ними, в конец концов, распадется и наш общий ребенок останется с мамой - как это обычно бывает.

А я буду никому не нужен - как раньше - в детстве.

Детские страхи сжирали меня долгие годы. Я закрылся от них грубостью и жестокостью. Загнал их под кожу, а кожу нарастил - теперь она как у носорога - непробиваемая.

Я действовал на опережение.

Еще раз взглянул в зеркало - высокий, рельефный, на спорте на позитиве.

Как же я сам себя раздражал сейчас. Ненавидел свою суть.

Небритый. Потный. Изможденный. С поврежденными руками - в ссадинах.

Серые глаза превратились в холодную сталь. В непроходимую мглу.

Мистическая мгла всегда придавала сил. Так произошло и на этот раз.