Вторым кругом

2

- Оль, расслабься. Ну, что ты вся зажалась? Отпусти себя. Ну не грустить же ты сюда пришл, – обратилась к подруге Надя, - Смотри лучше, как все наши отрываются.

Оля, с трудом покинув свои тяжелые мысли, перевела рассеянный взгляд на танцпол. И поневоле начала подзаряжаться бьющей через край энергией сокурсников. Там, на танцполе, все эти солидные уже отцы и матери семейств под любимые ритмы вели себя, как зеленые бесшабашные студенты. Все прожитые проблемы, заботы и трудности остались где-то за бортом памяти в этот вечер воспоминаний поры студенческой беззаботности.

- Девчонки вы мои любимые! Хватит вам уже болтать. Пойдемте лучше танцевать, – подхватил и потащил их за собой захмелевший уже Сашка Семенов.

Смеясь вместе с ним, Оля с Надей присоединились к танцующим. Оля, все такая же стройная и изящная, как и в юности, с легкостью и удовольствием двигалась. Она самозабвенно отдалась танцу под знакомые со студенческих лет ритмы, чуть прикрыв глаза от приятного погружения в музыку. И в какой-то момент ощутила на себе лежащий тяжелым грузом чей-то взгляд. Она догадалась об его источнике. Ну, как же тут без него? И, открыв глаза, убедилась, что напротив нее танцует Истомин, поедая ее уверенным взглядом. Танцевал он также, как в юности, немного вальяжно и небрежно, уверенный в своей бесспорной мужской неотразимости. Да-а-а, внешний вид его до сих пор не посрамил бы самые привередливые требования к мужской внешности. Своей внушительной уверенной статью, своим поведением и манерами он непроизвольно рассылал направо и налево авансы своей сексуальности. Одним словом – самец! И сейчас своим взглядом пытался восстановить на Оле клеймо ее принадлежности ему. Оля почувствовала в груди нарастающее раздражение. Кто бы сомневался в его маниакальной самоуверенности! Она включила все свое хладнокровие, спокойно и слегка пренебрежительно рассматривая его в ответ, настойчиво удерживая свой взгляд. Но давалось это ей с большим трудом. Выглядел Истомин гибельно для любой женщины, а уж тем более для когда-то сильно любившей его Оли. Продолжалось это испытание до конца музыкальной композиции. По окончании танца ее отвлекла Надя, предлагая выйти на улицу остынуть, что означало, что Наде пора это дело перекурить. Оля, сильно уставшая от такого напряженного внимания, согласно пошла за ней к выходу на улицу. Но чья-то настойчивая рука задержала ее за локоть. Обернувшись, Оля натолкнулась на самоуверенный взгляд Истомина.

- Потанцуем, Оля, – слегка нахально улыбался он ей.

- Да неужели! Уж и не знаю, хочу ли я с тобой танцевать?! – холодно обратилась Оля к нему.

-Хм-м! Был уверен, что ты скажешь что-то подобное, – все так же улыбаясь, говорил Истомин, - но что тебе стоит подарить мне один только танец. Если, конечно, не боишься оказаться со мной рядом, в моих руках.

Оля аж дернулась от возмущения.

- Чего-о-о? Ты всерьез полагаешь, что я могу этого бояться?

Глаза его уверенно подтверждали, что он именно так и считает.

Оля зло сощурилась, гадая, как ему ответить.

- Ну, хорошо, пошли, потанцуем. Если, конечно, точно не боишься оказаться рядом со мной. Смотри, твоя выдержка не даст сбой? – и она решительно направилась на середину танцпола.

Оля положила руки ему на плечи, мысленно дав себе установку ни под каким видом не показать своего волнения. Истомин обхватил одной рукой ее талию, а другой накрыл ее руку, спуская ту к своей груди, прямо на свое сердце. Сердце же Оли гулко екнуло от такого привычного жеста Максима. Они закружились. Несколько первых мгновений совместного танца они молчали, невольно прислушиваясь к тому, как привычно их тела сомкнулись в единый сгусток, ощущая себя единым целым.

- Ну, здравствуй, Оля! Я так рад тебя видеть! Ты прекрасно выглядишь. Нисколько не изменилась за эти годы. Скажу даже больше, ты стала еще красивее, чем раньше, – неторопливо, с интимными интонациями начал разговор Истомин.

Оля подняла на него свои нетерпимые глаза.

- Ой, вот не надо этого. Я тебя умоляю! Не включай, пожалуйста, свой мастер-класс обольщения. Проходили, знаем. И не стоит так легкомысленно растрачивать свой запас комплиментов на меня, прибереги их лучше для других. На меня не подействует, – уверенно проговорила Оля.

- Сил же нет удержаться. Любую красавицу затмишь.

Оля на эти слова скривила слегка саркастичную ухмылку.

- Да ладно, это может только здесь. Опомнись! Здесь, в нашем уже слегка застоявшемся за все эти годы пруду, для такого знаменитого рыболова, как ты, вся рыбка уже немного с душком, как говорится. Так что не принижай передо мной свои рамки требований к женской манкости. И я, и ты их помним. Зато уже завтра с утра сможешь убедиться, что вокруг тебя полно новых водоемов с самой свежей рыбкой.

- Ну, я бы с полной уверенностью сказал, что ты как раз и затмишь любую из самого ухоженного водоема. Поверь уж знатоку, каковым ты меня и считаешь.

- Истомин! Спокойно! Тебе ли это говорить? Может у тебя со зрением проблемы? Ты случайно не забыл дома очки? Нет? Тогда сделай скидку на это не сильно яркое освещение и свои градусы за воротником. Они тебе явно глаза застили.

Истомин легко и непринужденно рассмеялся.

- Оль! Ты, как всегда, остра на язык. Я и забыл, как мне всегда это нравилось в тебе, – и Истомин томно-чаруеще улыбнулся ей своей улыбкой грешника, который осознает свою неотразимость и со всей снисходительностью осознает всю ее силу.

У Оли все больше внутри росло глухое раздражение.

- Максим! Тебе что, сильно скучно на встрече с нами? И ты, я полагаю, решил за счет меня немного развлечься? – Оля с многозначительным выражением помотала головой, - Уверяю тебя, пустые хлопоты. Обратись лучше за этим к одной из своих бывших. Посмотри ка вокруг, сколько глаз напряженно за тобой наблюдают. Вот уж с ними тебе точно скучать не придется. Уверена, в любой момент сможешь получить самый полный спектр развлечений. Ты как вообще попал сегодня сюда? На прошлых встречах тебя же не было с нами.