Вулфаир: тропа неминуемого выбора

Глава 4

Когда мне было пять лет, мама всегда твердила мне, что самое важное в жизни — быть счастливым. Когда я пошел в школу, меня спросили, кем я хочу стать, когда вырасту. Я написал «счастливым». Мне сказали – «ты не понял задание», а я ответил — «вы не поняли жизнь».

Джон Леннон

Глава IV

После праздника посвящения и нашего с Мериель разговора по душам, я то и дело ворочалась и не могла уснуть. Наша беседа в конечном итоге не задался. Гномша так и не захотела принять факт моего скорого ухода. Она очень старалась, но не смогла преподнести мне ни одной причины остаться.

Хоть, по прикидкам уже была глубокая ночь город Депеш так полностью и не смог погрузиться в темноту. Находились ещё личности, что пытались до этих пор праздновать посвящение шестого старейшины. Дворфы поистине любили выпить и пошуметь. Обычно в такое время я уже крепко спала, но не сегодня.

Можно было бы сослаться на шум, но истинные причины были вовсе другими. Слишком много мыслей не хотело покидать мою голову, найдя себе в моих мыслях укромный приют. Впервые за столь долгое время у меня было такое мысленное буйство. Неразрешимых вопросов, как обычно, ещё больше.

– «Здравствуй», – внезапно прозвучал в моих мыслях мужской немного огрубевший голос.

От удивления я резко перевернулась на кровати, упав на пол и больно ударившись локтем. Я немного замешкала от боли, ещё больше меня остановила внезапность мысленного приветствия Шона. Его мысли отозвались в подсознании, как будто мы толь вчера последний раз поддерживали связь мысленно – общаясь.

– «Шон?» – не веря своему разуму послала я мысленный запрос.

– «Кто же ещё… Не схож?» – сомнений быть не могло, это был отдающий эхом в мыслях именно его голос.

Его слова звучали немного не уверенно, но решительно. В голове всплыл новый вопрос, адресованный им:

– «Как вы? Все живы?»

Чувствовалась его отдаленная тревога. Ответ на высказанный ним вопрос схоже его интересовал на данный момент больше всего. В разы больше, чем общение со мной спустя столь долгое время. Но даже так, я пребывала в неимоверной радости.

– «С нами всё хорошо», – я ответила, справляясь с трусцой в руках.

Хотелось кричать от счастья. Это он… Как же я соскучилась за ним… Не смотря на наше общения, ещё больше хотелось его увидеть, услышать и вовсе задушить в объятиях. Спустя год он объявился и мое чувство наладившейся связи не оказалось игрой подсознания. Сейчас, меня вовсе не волновала причина его исчезновения. Я лишь хотела оказаться с ним рядом.

Невольно я прикрыла лицо руками, чувствуя, что оно становится пунцовым от волнения. На глаза накатило с трудом сдерживаемые слёзы.

– «Ты жив…» – только и смогла выдавить я, обращаясь к нему мысленно. Я пыталась блокировать град нахлынувших эмоций, не дав Шону почувствовать свое истинное состояние. Но мои не высказанные эмоции струйкой просачивались через не крепко выстроенный мною блок. Волнение мешало мне контролировать себя в полной мере.

– «По-другому мы бы более не общались. Ты ведь…», – его мысли на краткий миг прервались. – «Жива», – констатировал он.

Звучало как явное утверждение. Его фраза имела смысл, ведь наши жизни связаны. Пока он жив, жива и я. Магии, что смогла бы разрушить условия наложенной мной печати не существует.

Нет сильней магии, чем магия за цену которой платишься своей жизнью без остатка.

Все мои вращающиеся до этого в голове вопросы в раз пропали. Голову заполнили мысли только о Шоне.

– «Где ты сейчас? Почему так долго отсутствовал?»

– «Я сам не сильно понимаю, где именно сейчас нахожусь. Знаю только, что на материке Крибрум. Более точно ответить не могу. Ориентиров тоже не имеется. Об остальном…» – мысли Шона прервались.

Хотя бы стало понятно, что мы на одном клочке земли. Но почему он тогда ранее не связался со мной? Почему я не ощущала его столь долгое время?

Из-за долгого его молчания я разволновалась, что он опять исчезнет.

–«Шон!» – взволновано обратилась я.

–«Что?», – переспросил он.

Я вздохнула. Сердце вырывалось из груди. Было трудно принять, что мы вновь можем общаться мысленно, как и прежде. Я ощущала нашу связь, но боялась, что в какой-то момент снова буду испытывать чувство, что Шона как будто не существует в этом мире. Хотелось нагрубить, из-за его столь явного спокойствия в выражениях. Прошел год, а он ведёт себя как будто мы вовсе и не разлучались!

– «Ты…ты можешь объясниться? Разве мне нужно с тебя выуживать по слову?» – прошедшее время изменило его манеру речи. Я ощущала, что это был он, но я не могла принять то, что его первое слово после столь долгого отсутствия было: здравствуй.

– «Извини. Я до сиих пор не знаю с чего мне начать. Если честно, я не смогу объяснить всего», – огласил он.

– «Тогда просто открой свое подсознание и дай мне прочесть всё самой», – попросила я его.

– «Не могу», – печально ответил он.

– «Ты вновь так поступаешь! Вновь закрываешься! Здравствуй. Здравствуй! И всё?! После всего произошедшего!» – мой поток мыслей пришел в буйство. – «Ты хоть знаешь, что мне пришлось пережить за прошедший год? Ты знаешь, чем сейчас занят Коготь с Хенриком? Ты…ты!»