Вверх до земли, вниз до Неба

Глава 3.7 Тёмные дороги и одинокий путник

…посадила Смерть тёмный росток, и спрятала она этот росток в месте, известном только ей. Тот росток питали поглощённые демонами души, дурные мысли и нечестивые поступки людей. Листья впитывали тьму Мира Вечного, отчего приобрели чёрный цвет. Вскоре влияние ростка на людей умножилось, и маленькое семечко обратилось гигантским деревом, которое подчинило себе великое множество человеческих душ…

Книга «История Вечного Мира», глава 53 «Древо Тьмы»

Я стояла перед мостом, разделяющим границу поля и леса. Уже никто не мог увидеть меня — на голову был накинут волшебный капюшон. Зато я могла видеть всё. И то, что видели мои глаза, я никак не могла принять.

Это место не просто изменилось — оно полностью стало другим, стерев из памяти прежние пейзажи. Не звонили колокольчики. Потемнела вода в реке, на поверхности теперь плавали мёртвые рыбы. Жёлтые листья опадали с деревьев. Поникли все цветы. Трава засыхала вместе с теми прекрасными воспоминаниями, что были связаны с этой рощей, мостом, деревьями и полем.

Мне всё казалось, будто сейчас из мрака поникшего леса навстречу, как обычно, выйдет фигура в маске волка. И я стояла довольно долго, надеясь, что так всё и произойдёт: воображение воплотится в реальность, я перестану быть одна. Юудей ведь всегда справлялся даже в безвыходных ситуациях. Возможно, то видение, которое показало мне зеркало, — это лишь демоническая иллюзия, чтобы сбить меня с толку. А если нет… то Юудей уже нашёл выход, выбрался, несмотря ни на что. Как бы хотелось в это верить…

Юудей?

На этот раз он не выйдет из лесной чащи…

Только оставшись совсем одна, я поняла, насколько мала на фоне своих же планов. Девочка против целого мира, против монстров и злого рока. Я ещё сильнее возненавидела Князя Тьмы. Как ему удаётся творить такое всеобъемлющее зло? Кто он? Лишь разросшаяся тень. И да пусть эту тень, нависшую над Светлой территорией, осветит солнце, и демон никогда не сможет навредить кому-либо: будь это человек, дух или трава под ногами!

Моя рука не выпускала рукоять меча. Перед началом пути я вспоминала: мысленно палец ведёт по дорогам старой карты, через Нейтральный лес, в обход болота утопленниц и особняка Графини, к озеру перед первым городом грешников.

Решительным шагом я направилась в лесную чащу. Дорога предстояла долгая, и всё расстояние от города Жи до первого поселения Тёмной территории мне нужно было пройти пешком. Поникшие папоротники будто приподнялись, а болеющие деревья, шурша ветвями с оставшейся листвой, из последних сил поприветствовали долгожданного гостя. Кое-где, на удивление, запели птицы. Но их голоса больше не звучали радостно и беззаботно. Наоборот, можно было услышать, как они зовут своих потерявшихся сородичей или оплакивают тех, кого не стало. Прежний лес погрузился в траур. Осматривая результаты нападения Князя, я думала о том, каким образом ему удалось за столь короткий срок полностью уничтожить… единство, которое взращивалось и укреплялось почти с самого сотворения Мира? Как он — демон, не имеющий доступа к свету — смог погасить тот самый свет и распространить тьму?

Теперь всё здесь стало его владением. Спрятаться было не так просто даже с мантией невидимости. Каждый шорох моих шагов был слышен. Дыхание — заметно. Я шла по потускневшим землям медленно, аккуратно, чтобы не издавать лишних звуков. Одна рука не отрывалась от меча, другая — от завязок капюшона. Лес вёл себя иначе, дышал иначе благодаря тем, кто в нём поселился. Я знала, что даже в это безопасное время может появиться нежданный гость.

День прошёл. На удивление, к этой поре солнце смогло вырваться из западни серых туч и напоследок озарить вечереющее небо. Яркий диск, краснея, постепенно скрывался за пожелтевшими кронами деревьев, обрамляя их своими алыми лучами.

Где закончился Светлый лес и начался Нейтральный, я не заметила. Они выглядели абсолютно одинаково с недавних пор, и только с наступлением вечера всё начало меняться. За деревьями, в последних уходящих бликах, замелькали тени. Попадая под лучи, они будто обжигались и старались укрыться в более тёмном месте. Но когда ночь полностью взяла свои права, твари без страха повылезали из укрытий.

Первыми, кого я встретила, были похитители лиц — те самые олени-оборотни. По коже прошёл неприятный холодок. А учуют ли они меня? Паника сдавила грудь, одновременно разрывая её изнутри. Я одна… Я совершенно одна сейчас. И меня окружили. Тело онемело от ужаса. Я задержала дыхание, когда стадо во главе с рогатым вожаком пробежало совсем рядом. Пятнистые бока, озаряемые лунным светом, проплыли прямо передо мной. Влажные ноздри хищников втянули запахи возле моего лица. Я поджала дрожащие губы. Не дышала, не шевелилась. Лишь держала наготове рукоять ангельского оружия.

И морды оборотней отвернулись. Похитители лиц ушли. Почему-то они не заметили меня. Не почувствовали светлую душу или не обратили внимания? Или мантия скрывает не только видимое? В любом случае мне сильно повезло… Через узкую щель между губами вылетел судорожный выдох. Я ведь совсем не подумала о том, что аромат души может приманить демонов и тёмных духов.

Даже зная, что меня никто не может увидеть, я боялась. Дрожь во всём теле не оставляла меня. Нечисти вокруг становилось всё больше, приходилось иногда идти боком и вилять между ночными монстрами, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из них. Все они двигались в сторону Светлой территории, как нескончаемая массивная волна.

Нужно переждать это время, пока толпа тварей не рассосётся…

И я вспомнила об учениях Юудея, когда мы впервые вышли на разведку за барьер: он говорил, что именно ночью самым безопасным местом станут берлоги и канавы. В часы бодрствования тёмных духов они пусты. Именно там я никого не встречу до рассвета.

Некоторое время спустя, заходя всё дальше в лес, я вышла к бурелому. Тишина. Ни шороха, ни хруста ветвей. Толстые вековые ели, превращённые временем в труху, лежали на земле, преграждая мне путь. Здесь уже было пусто — все твари ушли. Цепляясь за разваливающуюся кору, я перелезла через первое поваленное дерево и спрыгнула на трухлявую поверхность. Под ногами хрустнули старые ветви, выдавая моё присутствие. Я притаилась.