Вверх по серпантину 3

Глава 2.2

- Как же я ненавижу этот песок! – цедила Мари сквозь зубы уже через несколько минут, вытаскивая Малина из ямы в которую превратилось место крушения и куда ребят медленно и верно затягивало. Планета активно утилизировала нежданный космический подарок.

Парни были без сознания. Но чтобы оказать им помощь, требовалось вначале вытянуть их на более устойчивую поверхность. И она тянула изо всех сил безвольные искалеченные тела, стараясь не травмировать их ещё больше.

В мире, который поглощал магию, как измученный жаждой странник, и регенерация сильно тормозила, все целительские способности тоже не действовали так, как полагалось.  И если Догри она, всего лишь, привела в чувство и помогла перекинуться, слушая и так понятное объяснение: «Заживёт, как на собаке…», то с вампиром дело обстояло хуже.

Ричарду досталось основательно, переломало так, будто попал в зубы чудовища. Девушка буквально схватилась за голову от ужаса. Правда, отчаяние никогда не завладевало сознанием больше чем на десяток секунд, разум тут же начинал искать выход из положения, вытаскивая на поверхность сознания все знания и умения.

Полагаясь на способность видеть тактильно, сложила все кости так, как полагалось им быть: осколок к осколку. Даже порадовалась беспамятству вампира: так было легче, боль была бы запредельной, и как бы он перенёс такое – неизвестно. Отерев выступивший на лбу пот, с удовлетворением отметила первые признаки сращивания скелета и заживления внутренних органов.

- Как он? – услышала немного сиплый голос эльфа.

- Жить, надеюсь, будет, - ответила, оборачиваясь. – Сам-то как?

- Могло бы быть и хуже, - меланхолично процедил Малин и потряс всклокоченной шевелюрой. – Повезло нам с тобой…

И совершенно непонятно было: сарказм прозвучал или утверждение.

- Всё-таки, давай-ка я тебя просканирую, - засомневалась она. – Не может быть так, чтобы двоих так поломало, а с тобой всё в порядке.

- А с тобой?- усмехнулся напарник, растягиваясь на песке с неудовольствием. – Вот, ведь, дрянь такая, этот песок, жжётся… - пробормотал какое-то замысловатое ругательство на эльфийском наречии.

Да, песочек был той ещё гадостью. Опустилась на колени и тут же прочувствовала кайф от резкого движения: будто раскалённые иглы впились в тело. Правда, так же быстро боль и прошла. Мари могла лишь подозревать отчего: взять с неё было нечего, скорее наоборот, её сущность радостно воспользовалась огненной магией песчинок. И когда уже поднялась на ноги, получила подтверждение – песок под ней заметно потускнел, став серым и невзрачным.

А пока девушка применила свой целительский дар, водя раскрытыми ладонями над парнем. «Странностей всё больше и больше, - подумала, оценивая происходящее. – Какие-то виды магии планета поглощает, а какие-то – нет. Или это моя магия воспринимается неаппетитной и даже опасной…» Мысли проскочили где-то на подсознании, и разобраться с ними предстояло чуть позже.

Малин был оглушён, но, как не странно, никаких иных повреждений не получил. И на удивлённое радостное восклицание Мари, морщась, признался, что это такое особенное родовое свойство. В экстремальных условиях их тела приобретают некую уникальную пластичность, нечто с родни растениям: гибкость, упругость, тягучесть и прочее. Как канат его поломать нельзя, разве что на кусочки покромсать. И если бы не болтанка в верхних слоях атмосферы, вырубившая его в первые же мгновения, впечатав головой в стенку, то и таскать на себе его тушку Мари не пришлось бы. Удар погрузил его в беспамятство, но одновременно с этим, организм включил защитные свойства.

Хотя бы с ним было всё хорошо, и это не могло ни радовать. Сидя рядом, они обсудили, что будут делать дальше. Однозначно, следовало идти к туманной полоске гор на горизонте. Сколько это путешествие займёт времени? Неизвестно. Всё зависело от разных обстоятельств: от самочувствия Ричарда, до сих пор так и не пришедшего в себя, от Догри, развалившегося на песке с грустной мордой; от неожиданностей, которые наверняка ждут в пути и прочее, прочее.

А дальше наступила ночь. Резко без сумерек и намёков на луну. Даже если у этой планеты и были спутники, то за плотной облачностью их было не видно. Однако темно в полном смысле этого слова не было. Светился песок, создавая непередаваемое зрелище.

Малиновые бока барханов высветлялись к вершине, до нежно розового. Над ними переливалась серебристая дымка, будто плясали, переливаясь теми же тонами, крохотные огоньки. А облака укрывали сверху весь пейзаж плотным покрывалом цвета перезрелой малины и тоже неярко светились. И сравнение по цвету достраивалось в уме бугристой структурой туч. Мари, дежурившей в первую очередь, порой казалось, что она сидит на дне чаши с вареньем, а поверху плавают ягоды малины или ежевики. Даже воздух наполнился слащавостью сиропа. Конечно, это было воображаемое ощущение сахара на губах. Но именно это вызвало жажду.

Странно, а ведь пить до этого момента совершенно не хотелось, даже на ум не приходило! Они в пустыне уже больше десяти часов, а о воде ни разу не вспомнили! И температура воздуха не менялась или ощущалась постоянной: так, ни холодно, ни жарко. И это не свойство зачарованных комбинезонов, совсем нет.

На Земле, как знала Мари, днём в пустыне так прогревается и воздух и песок, что яичницу можно жарить, зато ночью и замёрзнуть можно, температура опускается до нуля.  Здесь же, совершенно ничего не изменилось! Магия? Необычная магия, изменяющая законам физики.

 Девушка приложилась губами к маленькой фляжке, всегда наполнявшейся самостоятельно, обязательному атрибуту комплекта рабочей одежды. Вода показалась, до ломоты в зубах, холодной и кисловатой на вкус, будто в неё выжали лайм. Сделав всего пару глотков, она остановилась: вкус должен был быть совершенно иным – инертным, безвкусным. Почему так? Мари уверена была, что ей-то точно не следует на эту тему переживать – организм переработает себе на пользу любой яд или токсин. А вот как обстоит дело с ребятами?