Вы не в моём вкусе, ректор!

Глава 1. Худший день в моей жизни?

— Адептка Лисицына!

Громовой рык ректора Академии Высших Рас разнёсся по всему двору, заставив вздрогнуть даже каменные горгульи на крыше. Я замерла с куском булочки на полпути ко рту и медленно обернулась. Ну всё, приплыли.

Ректор Дамиан Торн стоял на ступенях главного корпуса, и вид у него был такой, будто он только что проглотил лимон. Целиком. Вместе с косточками и веточкой. Высокий, широкоплечий, с гривой иссиня-чёрных волос, стянутых в небрежный хвост, и глазами цвета грозового неба. От одного его взгляда у первокурсниц подкашивались коленки, а у выпускников начинался нервный тик.

А я? А я его просто терпеть не могла.

— Да, ректор Торн? — пропела я самым невинным голоском, на который была способна, и спрятала булочку за спину. Не хватало ещё, чтобы он и её у меня отобрал. С него станется.

— Ко мне. В кабинет. Немедленно.

Он развернулся на каблуках своих начищенных до блеска сапог и скрылся в здании, оставив меня наедине с сочувствующими взглядами однокурсников. Моя лучшая подруга, эльфийка с дивным именем Ландыш, подскочила ко мне.

— Деля, что ты опять натворила? — прошептала она, округлив свои фиалковые глаза.

— Понятия не имею! — честно призналась я, дожевывая несчастную булочку. — Я сегодня была тише воды, ниже травы. Даже на лекции по зельеварению ничего не взорвала. Скукота!

— Может, это из-за того случая в библиотеке? Когда ты пыталась с помощью левитации достать «Запретные ритуалы оборотней» и уронила весь стеллаж на магистра теней?

— Пф-ф, это было на прошлой неделе! — отмахнулась я. — Он уже отошёл. Наверное.

Вздохнув, я поплелась в логово зверя, морально готовясь к худшему. Кабинет ректора внушал священный ужас. Огромный, с высоченными потолками, стенами, заставленными древними фолиантами, и столом из чёрного дерева, за которым мог бы разместиться целый отряд гномов.

Ректор Торн стоял у окна, заложив руки за спину. Его идеальный профиль мог бы украсить любую монету, но я знала, какая язва скрывается за этой привлекательной оболочкой.

— Адептка Лисицына, — начал он, не поворачиваясь. Его голос был низким, бархатным, но с отчётливыми стальными нотками. — Вам известно, что в нашей академии обучаются представители самых знатных родов? Наследники престолов, дети верховных магов, альфы сильнейших кланов…

— И я, — бодро вставила я. — Аделина Лисицына. Сирота, человечка с мизерным магическим даром. Лучшая на курсе по боевым искусствам и худшая по поведению. Что-то ещё?

Он наконец обернулся. Его серые глаза впились в меня так, что по спине пробежал холодок. Но не от страха. От чего-то другого… раздражающе-непонятного.

— Ваше чувство юмора когда-нибудь вас погубит, — закончил он, медленно обходя стол. — И, боюсь, это случится на моей территории.

Я прикусила губу, чтобы не ляпнуть что-нибудь вроде «так вы меня похороните под своим столом?». С ректором Торном шутки плохо заканчивались. Хотя, если честно, иногда мне казалось, что он просто ищет повод меня увидеть.

— Я получил отчёт от магистра зельеварения, — продолжил он, опускаясь в кресло. — В нём сказано, что вы пытались использовать нестабильный катализатор в учебной лаборатории.

— Это был эксперимент! — возмутилась я. — Научный!

— Это был взрыв, — сухо уточнил он. — И если бы не защитный купол, половина факультета сейчас пахла бы, как жареная лисица.

Я фыркнула. Ну да, фамилия у меня обязывающая, но не до такой же степени.

— И что теперь? Отчислите меня? — спросила я, скрестив руки на груди.

Он посмотрел на меня так, будто взвешивал варианты. Потом медленно покачал головой.

— Нет. Вы слишком… полезны.

Слово повисло в воздухе, плотное и тяжёлое, как запах озона после грозы. «Полезны»? Я? Для него? Это было что-то новенькое. Обычно эпитеты в мой адрес варьировались от «невыносима» до «ходячая катастрофа».

Ректор Торн откинулся на спинку своего массивного кресла. Кожа тихо скрипнула под его весом, единственный звук в оглушительной тишине. Он медленно, почти лениво, соединил кончики пальцев, образуя острый шпиль. Его взгляд, тяжёлый и пронзительный, скользнул по мне с головы до ног, задерживаясь на растрёпанных рыжих волосах, на старенькой, но чистой форме, на сбитых носках моих боевых ботинок. Я почувствовала себя экспонатом под увеличительным стеклом. Неприятное, щекочущее ощущение заставило меня невольно выпрямить спину.

— Полезны? — переспросила я, и мой голос прозвучал чуть более хрипло, чем я рассчитывала. Я сглотнула, пытаясь унять внезапно пересохшее горло. — В каком смысле? Буду служить дурным примером для первокурсников? «Дети, не делайте так, как адептка Лисицына, а то станете сильными, независимыми и слишком саркастичными».

Уголок его губ едва заметно дёрнулся. Я была почти уверена, что это была попытка сдержать улыбку, но она тут же утонула в привычной маске ледяного безразличия.

— Ваше остроумие утомительно, адептка. Но речь не об этом.

Он расцепил пальцы и положил ладони на полированную поверхность стола. Я заметила, какими длинными и сильными были его пальцы, с ухоженными, коротко остриженными ногтями. На безымянном пальце правой руки тускло блеснул массивный серебряный перстень с чёрным ониксом, на котором был выгравирован оскалившийся волк. Знак главы клана. Знак Альфы.

— Как вам известно, через месяц состоится ежегодный Бал Пяти Кланов. Важнейшее политическое событие, на котором собираются главы всех ведущих родов оборотней, — его голос стал глубже, официальнее. Он говорил медленно, чеканя каждое слово, словно вбивая гвозди в крышку моего гроба. — В этом году честь принимать его выпала нашей академии.

Я молча кивнула, не понимая, какое отношение я, человечка-недоучка, имею к их великосветским волчьим игрищам. Я планировала провести этот вечер в библиотеке с книгой или в тренировочном зале с манекеном. Оба варианта были куда привлекательнее, чем толпа напыщенных аристократов.

— По традиции, ректор принимающей академии должен явиться на бал… с парой.