Вы ошиблись няней, дракон!

Глава 2

В понедельник мошенники должны были прийти снова. На этот раз подписывать какой-то договор.

Я была уверена, что это или какая-то мутная доверенность или вовсе купля-продажа квартиры. Но наивная Рая никак не хотела слушать мои аргументы.

— Не веришь мне, поверь своим глазам! Они дали мне отвар, который сработал. Даже врачи вынуждены подтвердить, что мне намного лучше, — говорила она и отворачивалась.

Дурацкие сектанты забили ее голову чушью про перерождения и магические элементы. Общеизвестно, что никакой отвар не может излечить от рака, но похоже к разуму Раи взывать было бесполезно.

Я решила ее спасти не смотря на протесты.

И тут как раз врачи были моими помощниками. Всего-то надо отправить Раю на внеплановое обследование на то время, когда назначена встреча с мошенниками.

И подменить себя ей.

За окном раскинулось два старых каштана, широкие листья которых практически лишали нашу палату света. Мы и днем включали лампочку, чтобы не ходить в полумраке.

Я отправлю Раю на процедуры, надену ее очки, косынку, выкручу лампочку и лягу на ее койку! Лысый скелет от лысого скелета не слишком-то отличается. Я еще раз посмотрела на себя в зеркала и поморщилась. Ну да, круги под глазами, бледные губы, белая кожа. Может сработать.

Главное действовать быстро и решительно. Терять-то все равно нечего.

Я дождалась, когда Рая уйдет в душ, и быстро направилась к кабинету дежурного врача.

— Простите, Любовь Валерьевна, можно к вам, — спросила я, впрочем уже заходя в кабинет, — я по-поводу Раи.

— Я уже сказала, что не могу запретить посещения потому, что вам кто-то из ее родственников не нравится, — буркнула врач, смотря на меня поверх очков.

— А я не об этом, — фыркнула я, — Вот мы ее убеждали в один голос не рисковать с народной медициной, а она нас не слушала. В итоге у нее все выходные ноги сводило. Может прокапаете ей магнезию?

— Странно, мне ее жалоб не передавали. Пусть сама приходит…

— А она не придет, а ночами стонет и спать мне не дает.

— Ладно, выпишу ей назначение, пусть вечером идет в процедурный. Анализы сдали?

— Сдали.

Я вернулась в палату, испытывая облегчение и тревогу одновременно. План казался простым, но в любой момент что-то могло пойти не так.

Рая как раз вернулась из душа, завязывая свою яркую косынку и тихонько напевая что-то веселое. Глядя на нее, я снова ощутила укол совести. Но другого выхода не было.

— Рая, — стараясь говорить спокойно и буднично, сказала я, — тут заходила Любовь Валерьевна.

— Ой, что-то случилось? — насторожилась Рая, встревоженно глядя на меня.

— Да нет, ничего особенного. Она сказала, что тебе снова нужно капельницы поделать. Ты же жаловалась, что ноги сводит, помнишь? Только сказала идти в процедурный кабинет. И еще добавила, что тебе после капельницы обязательно нужно зайти к гинекологу, прямо там, на этом же этаже.

Рая поморщилась и тяжело простонала:

— Ох, опять эти процедуры. Думала, уже отвязались от меня со своими капельницами…

— Ну, зато спать будешь нормально, — бодро добавила я, стараясь не выдать себя волнением.

— Ко мне прийти должны.

— Я им скажу, чтобы тебя подождали.

— Спасибо.

Я отвернулась, скрывая облегчение и чувство вины. Пока Рая сделает капельницу, пока отстоит очередь к гинекологу, чтобы выяснить, что ей не назначено, пока пойдет уточнять, я уж с мошенниками справлюсь.

Суну диктофон под подушку. Планшет поставлю так, чтобы на его камеру записать их визит. А потом можно и полиции передать материал.

Мне осталось самое важное — добыть очки и косынку. С очками было проще простого: Рая надевала их только для чтения и обычно оставляла на прикроватной тумбочке.

А вот косынка была настоящей проблемой. Рая носила её постоянно, и яркий, узнаваемый рисунок выделял её среди всех пациентов отделения. Без этой косынки даже я могла не узнать подругу.

Нужно было что-то придумать.

Я глубоко вздохнула и сделала вид, что потянулась за тарелкой, стоящей на тумбочке за спиной Раи. Сердце тревожно застучало, но назад пути уже не было. Одним быстрым движением я зацепила ножом кусочек масла и нарочито небрежно обернулась, аккуратно отправляя масляный комочек прямо на косынку подруги.

Рая вздрогнула и недоумённо оглянулась:

— Ой, что это такое?

— Аааа, прости! — поспешно воскликнула я, изображая искреннее огорчение и досаду. — Неуклюжая я какая! Это же масло! Давай я постираю, пока пятно не въелось окончательно!

— Да ладно тебе, Оль, ерунда.

Но я уже была непреклонна, вытягивая руки к косынке:

— Нет-нет, мне ужасно неловко. Я всё сделаю сама. Снимай давай быстрее…

Рая со вздохом стянула косынку и неохотно вручила её мне:

— Только аккуратнее, пожалуйста, это моя любимая…

Я с облегчением забрала косынку и поспешила к раковине, демонстративно застирывая масляное пятно и тайком наблюдая за реакцией Раи. Она тихо покачала головой, потом порылась в тумбочке и достала запаной платок, на этот раз бледно-голубой. Мысленно я победно улыбнулась.

До самого обеда мы лежали молча. Я притворилась спящей, чтобы избежать лишних вопросов. Рая же углубилась в чтение книги, тихонько переворачивая страницы и время от времени вздыхая.

Когда санитарка принесла обед, мы молча разложили подносы. Уже приступая к супу, Рая вдруг спросила тихо, будто между делом:

— Оль, а на что бы ты была готова ради выздоровления?

Я нахмурилась, отложив ложку в сторону.

— Ну это же глупо. Ты же знаешь, чудес не бывает.

Она помолчала немного, а потом снова тихо спросила, глядя куда-то в стену:

— А если бы чудо требовало жертвы? Если бы кто-то предложил тебе выздоровление взамен на чужую жизнь? Это… ужасно?

— Ты про что? — я напряглась, рассматривая её внимательнее. — Типа обмена заложников? Мне кажется, на такое невозможно ответить, пока сама не окажешься перед таким выбором…