Вы умрете только, если успеете пожить.

Глава 7

Легкое сотрясение и кровопотеря несколько снизили приоритеты образования клеток. Организм Эрназара пустил ресурсы на синтез ретикулоцитов - клеток матерей эритроцитов, дабы поскорее востановить объем циркулирующей крови, что в свою очередь снизило образование назойливых клеток иммунной системы, которые так сильно мешали моему росту. Наконец все это позволило мне прорасти поглубже в кору больших полушарий. Легче всего было захватить сенсорные и асоциативные зоны. Благодаря ним я могла подавлять или искажать все чувствительные импульсы. В первую очередь мне хотелось лишить мою ненаглядную жертву головных болей, а также срезать чувство дискомфорта на той кровати, так как власть над его осязанием я тоже имела. Но все эти мелочи просто меркли на фоне самого сладостного дара - сознания. Как оказалось, сознание не находится в определенном участке мозга и скорее является продуктом коллективного труда самых разных структур. То есть для того чтобы человек осозновал как сильно хочет набить свое брюхо холестериновым месивом, которое похотливо называет "fast food", или в очередной раз ломался пытаясь завязать с убийственно бесполезным курением и трусливо протягивал трясущиеся пальцы к далеко непоследней сигаретке, нужно чтобы работало множество структур, от подкорковых ядер до всей коры. Миллиарды нейронов напрягаются - пропускают и обробатывают импульсы, только ради того чтобы смазливый подросток мог лениво ченить  культурный геноцид в соц. сетях от безделия томными вечерами. К счастью я уже успела прорости в базальные ядра. День за днем я методично подвергала мутации клетки чечевицеобразного ядра и даже успела дойти до ограды - тонкой вертикальной оболочки в белом веществе большого мозга, там наконец я замкнула весь каскад структур отвечающих за сознание и могла приступить к дальнейшему прямому взаимодействию с моим подопечным. Осваиваться в этой зоне было очень тяжело, ведь малейшие нарушения могли привести к неприятным последствиям в виде потери сознания, извращения вкуса,запаха и восприятия в целом, а если дернуть не за те ниточки, то можно создать очаги для дальнейших неврозов или вовсе вогнать парня в кому. Однако словно молодой скрипач, изучающий нотную граммоту, я начала изучать все тонкости работы многочисленных синапсов и к концу мая овладела всеми навыками и отыгравала собственные сонаты на нотках его рассудка. Начиная с легкого дальтонизма я дошла до полного искажения воспринимаемых образов. Некоторые недочеты в прекрасном лице очаровательной Заремы ,будь то едва заметная морщинка на лбу или суховатость на губках, в глазах Эрика я замазывала, также спокойно могла придавать манящую насыщенность любым цветам, особенно пурпурному, любимому цвету моего ненаглядного. Ненавистный, сверлящий шум городской суеты я любезно подавляла. Но самая приятная возможность, которую я только могла обусловить, заключалась в блокировке стрессовых состояний. Ее суть в кратковременном появлении очага, более сильного ,чем очаг провоцирующий постоянное напряжение - то есть стресс. В двух словах это просто щелчок, отвлекающий человека от дурных мыслей. Но это не означало что я управляла им.
Когда Эрик вновь встал на ноги и уже находился в хорошем расположении духа, Коля решил устроить ему сюрприз. Он нанял четырех приватных танцовщиц, владеющих грациозными телами и навыками намертво приковать к себе мужской вгляд. Коля даже умудрился заказать торт, из которого вылазила одна из девиц, с надписью на груди "Принадлежу только жмурику!". Однако Эрназар хоть и удивился, но почувствовав жуткую неловкость и чувство вины перед своей девушкой, поспешил закончить празднование и спровадил барышень к выходу. Николай был в недоумении от происходящего.
- Спасибо, Коль, но я так не могу.
- Парень, ты засохнешь быстрее чем колосья на полях! Успей насладиться!
- Для трех лет и одной женщины достаточно.
- Хочешь утонуть пришвартованный к этой бабе?!
- Хочу сохранить честь... Во всем! Даже с женщинами.
- В могиле твоя честь ничего не будет стоить.
- Знаю... Но так надо! Пойми.
- Хорошо, делай ,что знаешь.
Колю это немного расстроило. Оно и понятно, когда все твои труды просто обесцениваются, расстройство становиться спутником твоего настроения очень на долго.
Наконец таки убедившись в том ,что внук не появлялся в университете целый семестр и усмерив обиду на него, Курманбек решил посетить берлогу "неукротимого" Эрназара. Предварительно позвонив ему, нагрянул в гости. Зайдя в съемную квартиру, беглым вглядом осмотрел все вокруг, проведя пальцами по полками убедился в чистоплотности Эрика и с максимально спокойным видом сел за стол.
- Я смотрю жизнь в тебе бьет ключом. - ненавязчиво подметил дед.
- Уж точно лучше ,чем раньше.
- Неужто учеба так сильно душила?
- Отнюдь.
- Неужто и я был к тебе так несправедлив?
- Сложно сказать. - все с тем же страхом в глазах произнес Эрназар.
- Я что похож на твоих баб?! Скажи уже прямо!
- Прямоте... - шепотом начал Эрик.
- Не люблю когда бубнят! Ты же знаешь. - перебил его старик.
- Прямоте ты меня никогда не учил! - остервенело утвердил мой подопечный. - Ты всегда порицал все что я скажу! Ты не научил меня отстаивать свое мнение, ты подарил мне страхи! Страх перед авторитетами, страх перед чем-то новым, я даже боялся тебя расстроить... Ты архитектор моего несчастья! И давай будем честны. Ты просто забил свою башку ценностями прошлого столетия и не хочешь признавать свою слепоту в настоящем. А твой заржавевший моральный компас указывает только на злобу...Которую ты выливал на меня все эти годы. А теперь хочешь ,чтоб и я прошел по пути неудачника и замкнулся на твоих взглядах.
- Это ты выбрал чертову медицину!
- Потому что ТЫ промыл мне мозги, ублюдок!!!
- Ты... Прав. - смиренно закончил Курманбек. - Твои родители не хотели бы ,чтоб мы с тобой так собачились.
- Но мы собачимся. Единственный родственик и тот вынуждает себя ненавидеть.
- Единственный внук и тот оказался разочарованием.
- А мне глубоко насрать...
- Ладно. Если не хочешь меня слушаться, то бог с ним. Но когда вернешься в мой дом за помощью, пожалеешь, что не слушался.
- Проще пулю в рот пустить ,чем к тебе вернуться.
Дед спокойно встал и вышел из квартиры, по правой щеке его стекала одинокая слеза, а его гладко выбритое лицо, посыпанное морщинами не выдавало ничего кроме раззочарования.
После нелицеприятного разговора Эрназар загрузился тяжелыми мыслями, просидев несколько часов уткнувшись в стену. Каждые секунды размышлений были сочно облиты сожалением и горечью, сердце жутко колотилось о ребра, мышцы сводило судорогами, а он лежал неподвижно, глядя на серую стену. И как бы я не пыталась его отвлечь воспоминаниями о пьянках с Колей или о замечательных прогулках с Заремой, все мои старания скатывались в трубу. Я дергала за все нейроны пуская короткие и ритмичные болевые импульсы по всему телу, но ему было плевать, потому что медленно захлебываться потерей родного человека невероятно тяжело. Наконец у него просто не осталось сил раздувать свое самобичевание и он заснул. В этот момент уже я решила навестить его рассудок. За время захвата всей коры я изучила эллектрические ритмы сновидений и их локализацию в коре головного мозга, а самое главное научилась их искажать. Теперь я наконец могла создавать для моего дорогого Эрназара самые разные сны, какие только пожелаю. После ругани с дедом было бы логично заявиться в его сон в образе бабушки. Так я и поступила. Она была невысокого роста, с каштановыми кудрявыми волосами, ее густые реснички хлопали с особым изяществом, а кончик гладкого ,прямого носа легко приподымался при ее грациозной улыбке, в ее тонких блестящих губках не было ничего особенного, они были просто красивы. Я погрузила все действие на морское дно, "отрисовала" побольше скатов и кашелотов чтобы придать жизни моей Затерянной Атлантиде, провела не мало длинных тяжей тянущихся к верху и придала им бирюзового блеска. Для полноты картины не хватало лишь сладкоголосых сирен, да огромного коралового замка. Но это сыграло бы не в пользу погружения Эрика, он бы не поверил даже в таком состоянии, поэтому их я не стала добавлять. Приплывши к его лениво распластанному на дне телу я произнесла:
- Ты злился на себя целых 20 лет и все равно не опускал голову, но стоило разозлиться на деда, как сразу свернулся бубликом и покатился прямиком в апатию.
- Бабуль, ты же знаешь как тяжело с ним...
- Я знаю как тяжело, когда вы не понимаете друг друга.
- Почему он не хочет признавать то ,что и у меня есть голова на плечах? Почему он слышит лишь то , что хочет слышать?
- Потому ,что он старый ,ворчливый консерватор, не видящий в переменах ничего хорошего... - с нотками сарказма произнесла я.
- Можно ведь сказать то ,что я хочу услышать, вместо того, чтобы дразнить.
- Ты сам знаешь ,что нельзя.
- Ты права...
- Посуди сам. Он всю жизнь трудится не на свое благо. Все годы посвятил семье...
- Которой не стало!
- От того и злоба.
Наш сеанс был коротким ,и все сны Эрназар имел привычку забывать. Однако если простимулировать работу гиппокампа в определенный момент, то можно добится того ,чтобы сновидение в мозгу крепко отпечатолось. Встав с постели Эрназар усмерил свою бушующую горечь с чувством вины и нежно присыпал это чувство удивлением от красот нашего морского погружения. Затем он побежал сломя голову к дедушке, попросить  прощения. Быстренько добравшись до дома он увидел как Курманбек в торопях выходит из подъезда не замечая все вокруг. Намерения зарыть топор войны с невероятной скоростью перешли в желание проследить за ним, подогретое острым любопытством. Ведь в эту пятницу как и во все другие пятницы старик куда - то пропадал, Эрик всегда думал что он идет в какой нибудь кабак и напивается. Сейчас же он хотел в этом убедиться. Эрик аккуратно крался за ним всю дорогу, пока они не дошли до одной частной клиники для психических больных. Удивлению моего подопечного не было предела, любопытство набрало небывалые обороты ,купив в ближайшей аптеке маску и скрыв прическу под капюшоном он решил забежать прямо за Курманбеком. Внутри его встретила холодная атмосфера, давящие серые стены и тщетные старания персонала скрывать свое ,годами заработанное, равнодушие. Дед зашел в одну палату, вышел через 30 минут и быстрым шагом ,вытирая слезы прошел к кассе. Шокированный Эрназар встал на месте не испуская и вздоха, его удивленный вгляд поймал Курманбек и был шокирован в ответ.
- Что ты здесь делаешь? - спросил старик.
- Да... Да просто мимо проходил и увидел тебя. - замешкался Эрназар.
- Ты следил за мной?!
- А чье лечение ты оплачиваешь?
- Т...Тво...(кашель) Твоей бабушки.
- Что? Ты же сказал мне что после аварии...
- Я тебе соврал.
- Почему?
- Потому ,что мне больно об этом говорить .Понимаешь?! И незачем было грузить твой некрепший мозг такими вещами. И вообще я не обязан сейчас отчитываться перед тобой, сопляк! Больше не следи за мной и забудь это место!