Выбери дверь

Вход

- Сколько времени? — спросил парень с тёмными волосами и очками. В его голосе чувствовалось нетерпение, пальцы нервно теребили край рюкзака.

— Без пяти минут восемь. Ответил брюнет в белой рубашке, бросив короткий взгляд на дешёвые часы с потрескавшимся циферблатом.

— Отлично, время идеальное, — сказал тот же парень в очках, обводя друзей улыбкой. Сырой воздух бункера уже начал пробираться под куртки, но это лишь добавляло азарта.
— Парни, добро пожаловать в заброшенный бункер времён СССР. Продолжил он, разведя руки в стороны, будто показывал дорогую недвижимость.
— Я надеюсь, никто не забыл наш спор? Хитро прищурился он, стёкла очков блеснули в свете фонариков.
— Даня, прекращай а? Мы просто пришли на богом забытую заброшку. Тут нет уже ничего ценного. Произнёс скучающий блондин, ковыряя носком кроссовка осыпавшуюся штукатурку.
— Тьфу на тебя, Вань, всю атмосферу испортил. Буркнул на него Данил, поправляя очки.
— Короче, условие такое: ходим по парам и ищем чего-то интересное. Как мне сказали, тут всё ещё можно найти артефакты старой эпохи. Я с тобой, Ваня. А ты, Дима, будешь с Валерой. Указал он на брюнета и ещё одного темноволосого парня с хорошей комплекцией, который до этого молча разглядывал трещины на стенах.

Дима и Валера просто пожали плечами: мол, без разницы.
Их спокойствие выглядело почти театральным в этом сыром полумраке.

— Ну погнали, чё стоять-то? - бросил Валера и первым шагнул в левый коридор.

Вот так, парами, ребята разошлись по разные стороны, предварительно договорившись встретиться в главном коридоре через час. Шаги затихли в бетонных переплетениях бункера.

***

Некоторое время спустя.

— Тц. Где они, ё-моё? Буркнул Даня, беспокойно теребя лямку рюкзака. Уже время к десяти движется, где их носит? Тишина давила на уши, только редкие капли воды срывались с потолка.

— Может, с ними случилось чего? Место то старое уже.
Задумчиво произнёс Ваня, и в его голосе впервые за вечер промелькнула тень тревоги.
— Да... ты прав, дельную мысль привёл. Пошли глянем. Произнёс Даня, решительно сворачивая в развилку, куда ушли его друзья ранее.

Двигаясь по коридору, Даня и Ваня вышли в большой зал, где не было ничего, кроме одной старой дубовой двери с уже потрескавшейся от времени белой краской. Она выглядела чужеродно посреди голых бетонных стен.

— Ого. Произнёс Ваня, удивлённо такой планировке.
— Я бы привёл другое слово, но в целом это так. Почему здесь только одна дверь на весь этот огромный зал? Это же бункер, как бы, не? Задумчиво произнёс Даня, подходя ближе. Краска на косяке пузырилась и отслаивалась целыми пластами.

Ваня просто украдкой глянул на друга и двинулся к двери.

— В любом случае, парни только сюда могли пойти. Двигай ногами.

У Дани от его тона дёрнулся глаз, но он молча последовал за ним. Возле порога было холоднее, чем в коридоре. Ваня медленно открывает дверь, та со скрипом петель, похожим на древний скрип, открывает им вид на.. офисное помещение?

— А это как? — протянул Даня, застыв в дверном проёме. Пальцы сами вцепились в дверной косяк, будто ноги отказывались шагать дальше.

Оглянувшись через плечо, он увидел всё тот же пустой бетонный бункер позади — голые стены, ржавые подтёки, эхо капающей где-то воды. А впереди… Впереди раскинулось помещение, которое кричало каждой деталью: "Я — офис, и я точно не отсюда". Никаких серых перекрытий, никакой осыпавшейся штукатурки. Ровные бежевые стены, ряды столов с перегородками, чёрные кресла на колёсиках. Контраст оказался настолько диким, что сознание на секунду застыло, пытаясь склеить несовместимое.

Даня протёр глаза, больно ущипнул себя за предплечье под курткой. Кожа отозвалась тупой болью — всё по-настоящему. Галлюцинацией тут и не пахло. Он покосился на Ваню: блондин замер рядом, приоткрыв рот и вытянувшись в струну. Если бы это был сон, Ване он точно не приснился бы — не та фантазия. Их ошарашенные лица подсвечивались дрожащими лучами фонариков, которые выхватывали из темноты то край стола, то угол монитора.

Ваня обернулся к Данилу, нахмурил брови, отчего на лбу прорезалась складка, и медленно, будто пробуя слова на вкус, спросил:
— Это что у тебя за информаторы такие были? Они тебе вообще ничего про ЭТО не рассказали? Тут даже все компьютеры с мониторами на местах! — Он ткнул лучом фонарика в сторону рабочих столов, и свет запрыгал по пыльным корпусам, выхватывая из мрака целое море техники. — Это точно заброшка? Или мы в музей какой-то вломились?

Даня принялся машинально протирать очки краем футболки — привычка, въевшаяся в подкорку ещё со школы. Пальцы двигались сами, пока мозг лихорадочно перебирал варианты происходящего.
— Понятия не имею… Я сам в ауте, поверь. — Он запнулся. — Погоди. Компы?

Он отодвинул Ваню плечом и почти бегом ринулся к ближайшему ряду офисных столов. Огороженные перегородками, они тянулись вперёд метров на тридцать, исчезая во мраке, куда уже не доставал луч фонарика. Подошвы кроссовок застучали по линолеуму — здесь даже пол был постелен, в отличие от бетонного крошева в бункере.

— Да ну насмерть! — выдохнул Даня, хватая ближайший системный блок обеими руками. Пластик оказался желтоватым, грубоватым на ощупь. — Ты вообще глянь, что за компы! Такими лет двадцать никто не пользуется! А мониторы — смотри! — Он развернул к Ване квадратный экран размером с приличный ящик. — Квадратные! Да тут только ЭЛТ-трубки, старьё полное! Мы словно в прошлое провалились.

В тот самый момент, когда Ваня приблизился к нему, обходя перегородку, позади раздался глухой удар — и входная дверь с металлическим грохотом захлопнулась, отрезав путь назад. Звук прокатился по офисному залу, отразившись от стен, и замер где-то в дальних углах.

Парни обернулись синхронно, словно по команде, и бросились обратно к двери. С этой стороны она оказалась красной, с деревянной ручкой на пружине и крупной надписью «EXIT» белыми буквами прямо по центру. Даня схватился за ручку, налёг всем телом. Дверная ручка не сдвинулась ни на миллиметр.
— Эй! Что за шутки?! — он дёргал раз за разом, но механизм словно заклинило намертво. — Не открывается! Вообще!