Выбери моё сердце

Глава 5. И только?

P.O.V. Юля

– Юля! – позвал меня Олег Николаевич, приветственно махая ладонью.

Немного смутившись от его внимания, я робко помахала в ответ. Мужчина быстро прошёл через зал и оглядел нас с Антоном.

– Помогаете?

– Ага, – кивнула я.

– Про завтра помнишь? – спросил Нарушевич-старший.

Я отвела взгляд, пытаясь вспомнить о том, какой вообще завтра день недели. Однако мысль о том, что сегодня Артёмка умотал к папе, чтобы купить клюшку, расставила всё в моей голове по своим местам.

– А-а-а, каток, – вспомнила я. – Конечно, помню.

– Отлично, заедем за вами часиков в 12, после тренировки, – улыбнулся мужчина.

– Спасибо большое, Артёмка будет очень рад.

– Да не за что, до завтра!

– До свидания! – одновременно с Соколовским сказала я.

Я продолжила аккуратно заворачивать края яркой коробки, думая о том, как красиво будут смотреться коньки в сочетании с моей новенькой шубой, пока из этих романтичных размышлений меня не вырвал Антон.

– А почему ты с батей Стаса на каток идёшь? – спросил он с подозрительным пристрастием в тоне.

Я повернула на парня прищуренный взгляд и внимательно его оглядела. Брови сдвинуты, скулы напряжены. Ревнует, поганец!

– Он нас с Артёмкой позвал, – честно ответила я.

– Сынок его тоже будет?

– Думаю, да.

– Понятно. – Соколовский резким движением бросил коробку в стопку готовых.

Я не стала обращать внимания на эту реакцию. Перебеситься. Мне Нарушевич даром не нужен. Если бы я хотела, то уже давно могла с ним гулять и кататься по кино и паркам. Стасик звал, но такой досуг не входил в поле моих интересов. И Антон это понимает. Должен понимать.

– Может, домой пойдём? – предложила я, проводя рукой по широкой спине и кладя подбородок на плечо парня.

Его тело, кажется, немного расслабилось от этого нежного жеста, и Соколовский повернул на меня сверкающие чёрные глаза.

– Пошли, – ответил он, на мгновенье соприкасаясь кончиком носа с моим. – Проводить?

– Обязательно.

Мы попрощались с мамами, подписали бланки и вышли на морозную улицу. С неба падали пушистые хлопья и мягким ковром укрывали дома, землю и разноцветные макушки прохожих. Соколовский снова обвил мою ладонь и положил наши руки в большой карман своей куртки. Я прижалась к парню и чуть ли не в припрыжку шла по уютным дворам, то и дело, косясь на него с улыбкой. Неужели теперь мы… не просто друзья? Новый статус показался мне настолько нереальным, что я тихонько рассмеялась, глядя на глубокое тёмное небо, покрытое искорками-снежинками. Они тут же упали на мои ресницы и брови, и, обрадовавшись лёгкому покалыванию, я по-ребячески высунула язык, ловя им новую порцию снега.

– Ты чего, Юлька? – рассмеялся Антон. – Проголодалась?

– Очень! – ответила я заливистым смехом. – Мне просто нравится снег.

– И мне. Сегодня он какой-то особенный.

– Весь этот день особенный, – улыбнулась я Соколовскому.

– Забей дату в календаре, – поддержал парень. – Чтобы не пропустить годовщину.

Я глупо уставилась на Антона, размышляя о том, что он имел ввиду.

– Годовщину? – переспросила я, стряхивая снег с ресниц.

– Ну, да. Это же так называется?

– Что называется?

– Ну, Юль! – остановился Антон, разворачиваясь ко мне. – Ты же сама сегодня сказала, что будешь со мной.

– Да…

– Выходит, что через год, в это день будет годовщина того, как мы вместе.

От осознания и шока мой рот приоткрылся. Я быстро похлопала ресницами, сгоняя с них последние снежинки и фокусируя взгляд на парне.

– Год, как я… твоя девушка? – уточнила я, всё ещё не веря в происходящее.

– Ну, конечно! А ты, как думала?

– А я… не думала вообще.

Соколовский радостно рассмеялся и заключил меня в крепкие объятия. Он тут же поднял меня и закружил в унисон движению снегопада.

– Как хорошо, что мы будем вместе! – кричала я. – Ты будешь думать за двоих, Антош!

– Без проблем, Кузёнок!

– Э-э-э-й, а ну поставь! – забрыкалась я.

– Да, щас бы!

Он не сразу отпустил меня, но стоило моим ногам коснуться земли, как я бросилась наутёк, дразня Соколовского и подначивая его погнаться за мной. До самого подъезда мы бежали, и время от времени Антон настигал меня, обнимал, но я неожиданно уворачивалась и старалась как можно дальше унести ноги. Однако у подъездной двери у меня совсем не осталось шансов. Соколовский загнал меня в тупик.

– Дальше некуда, Кузёнок, – смеялся парень, наступая.

– Хватит меня так называть! – с улыбкой сказала я.

– Я подумаю!

Я выставила одну руку, чтобы, если что, в шутку оттолкнуть Соколовского, а второй – полезла в карман шубки, ища ключи. Быстро нащупав связку, я приготовилась к неожиданному исчезновению.

– Давай хоть на прощание обнимемся? – с миром предложил Антон.

– И только? – сделала я жалостливый взгляд.

Соколовский замер от шока и, кажется, покраснел прямо на моих глазах.

Я тихонько вытащила руку из кармана, завела её за спину, стараясь не греметь ключами, и сделала неуверенный шаг навстречу к парню. Он значительно приблизился и положил руки на мою талию. Меня обожгло горячее дыхание с табачными нотками, и на мгновенье затеянная игра показалась мне бессмысленной. На глаза тут же попались приоткрытые губы, изгиб которых был так хорошо знаком. Я потеряла контроль и вспомнила о том старом дурацком сне… Сердце радостно заскакало в предвкушении осуществления мечты, но отчего-то в голове пронеслась та жуткая картина, когда Антон на моих глазах превратился в злорадную Криску. В ту же секунду я вспомнила о их страстном поцелуе у Тины, и взяла себя в руки.

Моя ладонь быстро дошла до замка, и я приложила пластиковый ключ к датчику. Домофон запищал, и от неожиданности Соколовский отпрянул. Воспользовавшись моментом, я быстро залетела в подъезд и побежала по ступенькам, то и дело оглядываясь. Мои шаги отдавались эхом в такт резвой мелодии, что играла Тинка на фортепиано, и это только добавляло комичности всей ситуации.