Выбор: Мир, в котором я слуга

14. Лунная равнина(Часть 2) "Белая бабочка" Тоэля

«Соня медленно покачивалась на волнах, таких, которые разбиваясь о песчаный берег, выдавали бы белую порцию воздушной пены. Прикасаясь всем телом к песку, можно было ощутить насколько он влажный и холодный. Он бы идеально подходил для лепки песчаных замков и прочих фигур. В эту картину не вписывалось только отсутствие тепла и наличие сквозного холодного ветра» И всё бы ничего, если бы девушка внезапно не вспомнила все недавние события: Лен, Лунная равнина, грахи...она распахнула глаза, в которых чёрные прожилки казались ещё насыщеннее.

Первое, что подметила землянка, это то, что она действительно покачивалась. Вернее не она, а круглая клетка, в которой и находилась девушка. Попытка встать в полный рост сразу же провалилась: полукруглая клетка была размером в половину роста Софии, поэтому  приходилось сидеть, да ещё и сгорбившись.

Соня осторожно обхватила прутья двумя руками, они были холодные и влажные, вот откуда было ощущение мокроты во сне.  Присвоенная стала разыскивать взглядом своего спутника Лена.

Клетка висела над голубой водой, которая на вид выглядела густой, и словно с примесью чего-то белого. Судя по всему, висела девушка над небольшим пещерным озером; Соня решила, что этот каменный зал - грот. Свод грота был широкий и куполообразный, было не похоже, что сотворён он силами природы, а по всему периметру, как маленькие светильники, были расположены длинные многогранные цветные кристалы, которые и давали достаточное освещение. Озеро заполоняло большую часть грота, лишь у его узкого входа была каменная платформа, на которой находилась система механизмов, позволяющая, по всему видимому, двигать подвесные клетки.  В гроте стояла тишина, которая нарушалась лишь периодичным звуком падающих капель с потолка, они соскальзывали с концов сталактитов.

 Клеток висело около дюжины: некоторые были пусты, в других же кто-то находился. Справа от Сони была пустая клетка, а за ней, кажется, и Лен, но вот слева была девушка, она не подавала никаких признаков жизни, даже не было видно -  дышит ли она. Бянна с беспокойством посмотрела на неё, но чем она могла помочь? Ведь Софья сама пленница, но пока это неплохо, они с Леном хотя бы живы. Хотя жив ли аратал, нужно ещё проверить.
- Леееен, - шёпотом позвала девушка. Однако тот никак не отреагировал. Повторный зов тоже ничего не принёс. Соня опасливо обернулась на беловолосую девушку слева, та всё также лежала «клубочком», насколько позволяло пространство.

Иномирянка вернулась к своему занятию: она просунула руку между прутьев, в надежде ухватиться за пустую клетку. И если толкнуть её в сторону Лена, она должна удариться о его клетку, возможно этот заставит его очнуться, если он жив, конечно. Но придумать план - легче, чем его выполнить. Для того, чтобы ухватиться за прут соседней клетки не хватало пары сантиметров; девушка сильнее вжалась в прутья собственной камеры, и качнувшись всем телом, всё-таки ухватилась за намеченную цель: голова закружилась,  к горлу подошёл ком тошноты. Прикрыв глаза и сделав пару глубоких вдохов, Соня с силой толкнула камеру, а отпустив оную, девушка стала сильно покачиваться, что вызвало приступ рвотных позывов.

Клетки с грохотом ударились друг от друга, Соня вздрогнула. Кажется, задребезжал весь каменный зал, и с потолка разом посыпался дождь из капель, которые не удержались на концах сталактитов из-за  вибрации воздуха. Однако своей цели она добилась - Лен со стоном начал шевелиться. И, наконец, придя в себя стал громко и с тревогой звать Соню.

- Я здесь, тише. - шикнула она на него, легонько постукивая себя по груди, чтобы уменьшить тошноту.
- Хвала Богам, ты жива. - с облегчением, но уже тише сказал Лен, услышав, а потом и увидев супругу. - Где это мы? - посматривая вниз, громким шёпотом спросил Лен. Правда вопрос был скорее риторический, ведь ответа на него из пары никто не знал.
- Что, снова тошнит? - с сочувствием спросил Лен, наблюдая, как девушка борется с тошнотой.
- Мммм, - промычала она в ответ.
- Тебя тошнило всю дорогу сюда, да и в Лааде тоже. Тебе не кажется это странным? - обеспокоенно поинтересовался Лен, меняя позы, так как прутья, «пола» камеры больно вдавливались в живую плоть под весом тела.
- Нет, но мне кажется странным, что нас не убили сразу, а подвесили сюда. - отозвалась Соня.

- Да беременная ты, - раздалось слева от Софьи, от чего та вздрогнула и повернулась на голос. Девушка, которую Софья уже мысленно похоронила, сидела и смотрела на неё большими ясными голубыми глазами, выражавшими открытость и уверенность.  Длинные белые волосы были грязными, спутавшимися и взъерошенными. Лицо у неё было слишком худое с острыми скулами и синяками под глазами; нос маленький аккуратненький; нижняя губа была разбита, а припухлость от этого обладала своей красотой и шармом. Серое бесформенное платье до пят, напоминавшее мешок, не прикрывало выпирающие ключицы девушки, на которых красовались синяки. Девушка кого-то напоминала Соне, однако момент обдумывать это был неподходящий.

- Что там у тебя происходит? - с тревогой спросил Лен, всматриваясь в пространство между прутьями.

- Говорю, беременная она. - громче сказала девушка, не отрывая взгляда от Сони. Наступила тишина, лишь капля со сталактита упала в озеро.
- Что вы такое говорите? - с некоторым вызовом в голосе, спросила землянка, оглянувшись на Лена.
- «Кровавые дни» как давно были? - устало поинтересовалась девушка со вздохом видавшей жизни старушки. Соня хотела было что-то возразить, но осенившая её мысль не позволила раскрыть рта. «Кровавые дни», как выразилась девушка,  у Сони были два с половиной месяца назад, когда она только прибыла в «Розу»,  а после этого ни разу за два месяца, что она была в пути. Зато, последнее время её тошнило почти каждое утро, да и грудь немного увеличилась, а это значит, что она беременна с вероятностью в восемьдесят процентов. Да ещё и от дира Тоэля, который взял её силой.