Выбрать свободное небо

Глава первая

ГЛАВА ПЕРВАЯ

 

Почему в гостиничных номерах всегда чувствуешь себя другим человеком? Непохожим  на себя? Может быть, потому, что это место хранит память о целой череде индивидуумов. Счастливых, несчастных, возбужденных, опустошенных, злобных, радостных, довольных всем и уставших от всего.

 Ты – всего лишь один в череде таких же, как и ты… Они словно здесь же, с тобой. И хорошо, что с тобой, потому что больше нет никого… Ты, телевизор и коньяк. Даже закуски нет, не говоря уже о людях. Проливной дождь за окном в качестве собеседника.

Странно, у нее же есть семья, есть друзья. Есть поклонники и есть коллеги. Но сегодня почему-то она осталась одна. Она чувствовала это одиночество, была рада ему. Пожалуй, жаждала ощутить его… Да она в эту поездку отправилась в основном для того, чтобы побыть одной, потому что вдруг почувствовала, что ее не стало. Она попросту растворилась в тех, кто ее окружал. В их заботах, потребностях, склоках. В их любви и непонимании…

И вот сегодня Тереза настигла, наконец, свое одиночество. И попыталась найти в нем саму себя …

Она выпила коньяк, налила еще, поискала пульт, чтобы выключить телевизор, - он мешал ей. Важная мысль, которая помогла бы объяснить, что не так с ее на редкость благополучной жизнью, вертелась в голове. Но Тереза никак не могла ее сформулировать…

-  Накануне в нашем городе был показан спектакль по пьесе Артема Казанского «Одиссей и его Пенелопа». Он рассказывает о светлой, чарующей любви на все времена. Эта постановка стала символом возвращения на театральную сцену Владимира Зубова, знаменитого сериального актера, - услышала она. Палец замер на красной кнопке пульта. - Актера, которого еще называют самым красивым мужчиной российского кино. Владимир, как вам наш город, наши зрители?…

- Надо же, - обратилась Тереза к экрану, откуда ей что-то энергично вещал ее любимый актер, - как занятно… - и она все же нажала кнопочку. Экран погас.

На том же этаже, в той же гостинице, самый красивый мужчина российского кино тоже взял пульт и раздраженно стал щелкать, переключая каналы. Нет, надо было затащить в гостиницу эту девочку-ведущую, как он и планировал вначале. Но она так старалась оказаться в его койке, так настойчиво предлагала себя, что в какой-то момент ему стало противно.

К тому же Зубову наконец стало ясно, что он лично всех этих девочек: и эту конкретную, и тех, что были у него до этого -  интересовал мало… Вот Одиссей, который рассказывал о любви так, что у всего зала на глазах были слезы – это да.

 А он сам… Получается, что он сам особо никому не нужен… Одинокий, холодный. Раздраженный, капризный, голодный… Да, еще и голодный.

Тур по большим городам России, которым его соблазнили за большие – даже для него – деньги, был организован из рук вон плохо. Например, здесь, в одном из южных городов, их просто-напросто забыли покормить. В гостинице же в этот час был открыт бар, спиртного было – хоть залейся. Но в ресторан обслуживал лишь  проживающих и только по часам. Время ужина прошло, до двенадцати их подождали, а  дальше… Всё закрыли и, кажется, даже опечатали. Магазинов поблизости не было. Гостиницу – как он и просил – предоставили тихую, на отшибе… Судя по тому, как долго их везли, еще и за городом.

Владимир выпил еще коньяку, утешая себя тем, что там много калорий. С тоской вспомнил шоколадку  из мини-бара, вкусную и маленькую…

- Ну, что, еды нет? – в номер вошла его прекрасная Пенелопа. Сейчас, с хвостиком, без грима, в изысканно драненьких джинсах и коротеньком топике, она была похожа на девочку-подростка. Страшненькую, надо отметить. - А что ты ведущую к себе-то не позвал? Она же местная, организовала бы нам питание. А ты бы расплатился бы за еду телом, - ехидно добавила актриса.

Владимир зарычал, залпом допил коньяк:

- А почему это за еду для нас я должен расплачиваться своим телом? А ты?

- Так и я расплатилась бы, но особо никому не надо… - вздохнула Марина.

- Наши-то молодцы, - перевел он тему разговора, - уехали к родственнику помрежа, едят там…

- Они-то молодцы, а мы-то с вами – звезды, - обрадовалась она возможности заговорить о другом. Вспоминать о щемящей, горькой любви к Зубову Марине совсем не хотелось. К тому же эта любовь оказалась ему совсем не нужна…

- На что это ты намекаешь, Марина?

- Я? Намекаю? Я прямо говорю, что ты включил звездность, поэтому все уехали. А ты – и я с тобой за компанию – сидим здесь. Злые и голодные… Зато звезды. Гордые до невозможности…

- Ладно, давай напьемся. Вусмерть.

- Ага! – она взяла бокал. - И будем завтра болеть…

Он выпил, благодарно улыбнулся и стал опять нажимать кнопочки пульта.

- В наш город, в рамках презентации новой книги «Атлантида, любовь моя…» прибыла известный писатель-фантаст Тереза Тур. Она, как никто другой, умеет смешать в своих произведениях грани разных реальностей… 

- «Грани реальностей»! – фыркнул Владимир и выключил звук. – Представляешь, у нее там «произведения»!  Какой пафос!

- А мне она нравится, - вдруг возразила Марина. - И книги ее, и выступления. Практически моноспектакль. И поет она хорошо.

- Ты еще скажи, что на эту самодеятельность ходила!

- Нет, но в Интернете смотрела, вполне ничего. Вполне грамотно кто-то ставит.

- Б-р-р... Все по Преображенскому: разруха. А все потому, что каждый занимается не своим делом. Повар не кормит, менеджер – урод… Кстати, и телефон у него выключен. А писатель… Творить хорошо, скорее всего, не умеет, а людей удивить чем-то надо. Вот и поет.



Тереза Тур

Отредактировано: 01.02.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться