Выбрать свободное небо

Глава восьмая

ГЛАВА ВОСЬМАЯ.

- Я все же не понимаю твоего увлечения этим человеком, - брезгливо протянул муж.

Тереза стояла перед зеркалом и старательно прокрашивала ресницы.

- Ты ведешь с ним активную переписку вот уже несколько недель. А вчера сообщила мне, что он прибывает в Питер. Ты отправляешь домработницу, чтобы подготовить все к его визиту. Подготовить в твоей же квартире.

- Эта квартира была куплена как раз для этого. Чтобы людям, прибывшим для переговоров, было где остановиться. Чтобы не снимать номер в гостинице – это не всегда удобно. Посмотри, по-моему, хорошо получилось, - и она забавно похлопала ресницами.

- Смешно, - мрачно проговорил Александр.

- И как я выгляжу?

- Достаточно хорошо, чтобы я сходил с ума от ревности.

- Мы уже говорили на эту тему, - она заглянула в сумку, проверяя, на месте ли права, кошелек и ключи.

- Не уходи… Я схожу с ума от мысли, что ты будешь с ним.

- Поехали со мной, - пожала плечами Тереза. - Я не могу отменить встречу: он вырвался из Москвы, чтобы поработать над материалами. Приезжает на два дня. Поехали. Сегодня - воскресенье, ты особо ничем не занят, сценарий знаешь хорошо. Послушаешь, посмотришь… Вдруг мы что-то упустили.

- И буду я при этом выглядеть дураком…

- Какая разница, как ты будешь выглядеть перед незнакомым, несимпатичным тебе человеком, если тебе будет от этого спокойнее? – искренне удивилась жена.

- Ну, уж нет, - ворчливо, но уже не злобно проговорил муж. - Я выпью кофе и отправлюсь писать статью в журнал. Кто-то же должен двигать вперед науку историю.

- Кстати о науке истории и не только о ней. Я еще раз прочитала твою книгу. Подумала… Как ты смотришь на то, чтобы по ее материалам издать серию брошюрок? У тебя там интереснейшие сведения и про Изборск, и про другие крепости Северо-запада. Материалы уникальные. Добавим фотографий, подправим стилистику - и можно издавать изумительную серию об экскурсиях по Ленинградской, Псковской и Новгородской областям. Я уже нашла деятеля, который готов спонсировать – он развивает туризм в этом направлении.

- Ты все хочешь заманить меня в свой бизнес? Бизнес, который пожрал уже одного очень талантливого историка?

- Я все равно буду издавать эту серию… Вопрос в другом: мне надо искать автора или он у меня есть. Причем с готовыми материалами.

- Я подумаю.

- Вот и славно, думай. Мне пора.

Близнецы, которые подслушивали беседу, вздохнули с облегчением – обошлось. С тех пор как родители вернулись из Москвы, жизнь понемногу налаживалась – мама и папа стали разговаривать. Отец начал больше бывать дома и общаться с семьей. Александр как обычно говорил на одну тему – тему истории. Все остальное волновало его мало. Но он изумительно рассказывал и любил, чтобы его слушали. Сыновья на данном этапе готовы были терпеть и такие крохи, лишь бы все было хорошо… А своими радостями и печалями можно было поделиться и с мамой. Конечно, той частью радостей и горестей, которую ей можно было знать…

Тереза приехала на Московский вокзал встречать Владимира. Ей всегда нравились такие места: интересные, живущие своей жизнью. Снующие люди. Запах поездов как символ перемены мест, как стремление что-то изменить… хотя бы на короткое время… Пассажиры казались ей путниками, задержанными на короткое время между Здесь и Там, в каком-то странном междумирье, на границе разных жизней.

- Доброе утро, - поприветствовал Терезу Зубов, который вышел из вагона, остановился перед ней и понял, что она никого вокруг не замечает. Ему стало любопытно, о чем же она задумалась – может, о нем?

- Хорошо, спасибо! – машинально ответила Тереза, потом тряхнула головой. - Доброе утро, простите, я… Как добрались?

- Замечательно, - радостно ответил Владимир неожиданно для себя, хотя до этого собирался ворчать и бурчать. И поезд ехал долго, и спать в вагоне он не умел, и без своей машины чувствовал себя дискомфортно, и после спектакля устал жутко… А увидел ее – и обрадовался.

- Отвезем вещи и посмотрим квартиру или кататься по городу?

- А в квартире есть еда?

- И еда, и кофе. Ноутбук и материалы у меня в машине.

- Поедемте завтракать! Потом работать. А потом уже гулять.

- Отлично.

На них стали оглядываться люди, пытаясь понять, откуда они знают этого красивого мужчину, и Тереза с Владимиром поспешили прочь.

Они вышли с территории вокзала через арку, попали на узкую улочку, всю заставленную машинами. Весенний Санкт-Петербург приветствовал их ослепительным солнцем, сияющим на алмазно-сером небе, обжигающе-холодным воздухом – было минус пятнадцать - и пронизывающими насквозь порывами ветра. Кучи неубранного снега, надпись на доме: «Не ставьте машины близко, возможен сход сосулек», лед на тротуаре.

- Надо же, - проворчал Владимир, поскользнувшись, - а у нас, в столице, такого нет!

- Увы, - улыбнулась Тереза, - в наш благословенный северный город зима и пришла неожиданно, со снегопадами, чего никто не ожидал, и уходить она не хочет…

Машина была не так уж и далеко. Тереза достала из кармана шубки брелок – и огромный черный джип радостно пискнул.

- А кто будет за рулем? – опасливо протянул Владимир.

- Я, - Тереза открыла ему багажник. - Вас что-то смущает?

- Меня ничто не смущает. Боюсь я очень, - честно признался актер и остановился перед пассажирской дверью, пытаясь найти повод, как бы не залезать внутрь. Такого повода не нашлось - пришлось усаживаться.

- Вы же сказали, что ездите на метро, - сказал он, когда машина тронулась.

- По центру Москвы – безусловно.

Вела Тереза аккуратно, но при этом машина достаточно резво пробиралась по узкой односторонней улице с названием Гончарная.