Выбрать свободное небо

Глава тридцатая

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ.

- Ну, ты и козел! - Степан стоял на пороге квартиры самого красивого актера российского кино и по совместительству начинающего режиссера Владимира Зубова.

Директор по развитию сначала очень долго звонил в домофон – никто не открывал. Потом он просочился в подъезд с какой-то молодой дамой, помогая ей с коляской. Поймал на себе подозрительный взгляд охранника – хорошо еще, что не пришлось объясняться… Наверное, охранник решил не связываться с представительным, дорого одетым господином, но все равно было неприятно.

- Ты козел и урод! – с еще большим укором сказал Степан бывшему однокурснику.

- И козел, и урод, - меланхолично согласился тот, - водку будешь?

- Буду, - злобно ответил друг.

Они прошло на кухню. Одинокая початая бутылка стояла на столе. Еще одна, пустая, примостилась под столом. Пепельница была полна окурков. Хорошо еще, что сизый дым не клубился – иностранная вытяжка  справлялась великолепно.

- А потом мы еще обижаемся, когда видим, как нас иностранцы изображают… - оглядел все это великолепие Степан. - Штампы, говорим, клише! Русские и водка! Однако как ты тут «истерзанную душу» лечишь?.. Значит, ничего они не приврали…

- Ну да, это с матрешками они перебарщивают, - закусывая огурцом из банки, хмыкнул в ответ Зубов. Сизая щетина пробилась по скулам «безукоризненной лепки». - Хотя, погоди… - Владимир вышел из кухни и вернулся… с матрешками. - Есть они у меня, сыновья Терезы подарили… пошутили.

- Замечательно, - упоминание о Терезе настроило Степана на решительный лад, - вот как раз о ней давай и поговорим.

- А у меня выходной, - гордо ответил Владимир - После пяти дней премьерных спектаклей подряд. Успех… - он воздел руки и  скорбно окончил: - полный.

- Ну да, все заговорили о твоих потрясающих актерских способностях, а не только о твоей красоте.

На лице Зубова проступила пьяная дурашливая ухмылка:

- Только со мной Марина не разговаривает.

- Марина – это твоя любимая партнерша, с которой вы производите фурор незамысловатым, в общем-то спектаклем про Одиссея и Пенелопу?

- Точно. А еще она девушка одного из Туров! И она почему-то убеждена, что я – исчадье ада и виноват во всем. Я с ней на сцену боюсь выходить, она же донна Анна… У меня, бедного дон Гуана, почти нет шансов дождаться статуи, чтобы меня добили. Она меня сама задушит рано или поздно. А счастье у нее в глазах, когда я кричу: «Я гибну, гибну, донна Анна!». Так же нельзя, она же мой друг!

- Скажи еще, что вы с Туром подрались у нее на глазах.

- Конечно! У нее на глазах, у тебя на глазах. У всех на глазах! А доброхоты видео уже на «Ютуб» выложили, – Зубов засунул руку в банку и попытался выловить последний огурец.  - Так что я знаю, что я козел и урод. И все это знают! – наконец он поймал огурец и  захрустел им.

Поскольку хозяин дома целиком погрузился в свои мысли и поедание последнего огурца, Степан нашел чистую стопку и сам себе налил. У него организм тоже требовал алкоголя. Что он, не человек что ли?.. Сам нашел, сам разлил: Зубов уже слабо реагировал. Однако когда Степан потянулся к своей рюмке, хозяин опрокинул и свою.

- Ты бы хоть чем посерьезнее закусывал, - скривился друг.

- У меня нет задачи поесть. – Снова включился Владимир. - У меня есть задача – нажраться!

- И как? Получается?

- А то! – актер щедро, через край плеснул водки по стопкам. - Я всегда добиваюсь поставленной перед собой задачи. - Зубов поднял палец и медленно выговорил: - Я… целеустремленный! И популярный! Пять тысяч просмотров на Ютубе за вечер... – он закатил глаза.

- Точно, - Степан, не дожидаясь хозяина, вылил водку внутрь организма и прислушался к своим ощущениям. - Слушай, может быть, ты мне еды какой-нибудь дашь? Я весь день на ногах. И как обычно, без обеда… Еда-то у тебя есть, популярный ты мой?

Владимир решительно закивал и, пошатываясь, отправился исследовать недра своего огромного двухкамерного холодильника. Открыл, внимательно посмотрел вовнутрь... Закрыл дверцу, прижался к ней лбом.

- Что же я наделал? – пробормотал он.

- Сядь, - велел ему Степан, - я сам.

- А у меня выходной, - негромко ответил ему актер.

- Понял я, понял, - директор по развитию извлек из недр холодильника кусок запеченного мяса, подозрительно его обнюхал – нормальный вроде. – У тебя выходной. А до этого ты несколько дней подряд потрясал всех неземной игрой. А до этого подрался  на глазах изумленной публики с этим родственником Терезы Тур. - Степан нашел еще огурцы и помидоры, прекрасно… - И все бы ничего. Ну, дал ты Туру в торец.  Неприятно, конечно, но мало ли, бывает! Но ты еще раскрыл рот и наговорил такого, чего не стоило говорить ни при каких обстоятельствах. Ты порадовал всех подробностями своего романа с Терезой Тур. А как ты комментировал ваши отношения! И при этом ты еще и не выбирал выражений! И был весьма убедителен и экспрессивен. И, как ты справедливо заметил, все это выложили в Интернет… - с этими  словами Степан поставил банку на стол.

Владимир негромко, но тоскливо завыл, глядя на банку… Степа тем временем сунул мясо греться в духовку, помыл и крупно порезал овощи:

- Ты когда заведешь кого-нибудь следить за своим хозяйством?

- А? Нет, спасибо… У меня специально обученные люди наняты продуктов купить, убраться, приготовить. Главное условие – чтобы они тут не отсвечивали. Чтобы я их не видел.

- Замечательно, - отозвался друг, - и поэтому я у тебя в роли буфетчицы. А как было бы хорошо: молодушка в кружевном передничке, на твоей кухне… Ладно, оставим мои эротические фантазии в покое. Давай поедим – и я буду тебе новости сообщать.