Выдающийся модельер Собакин.

Часть седьмая. Мы ушли... Продолжение.

Выдающийся модельер Собакин. Часть седьмая. Мы ушли… Продолжение.

… Пошел охотник в лес, нашел берлогу…

Из старого анекдота про охотника, который нашел берлогу. Залезает, а там медвежонок на горшке сидит.

- Отец есть? - Спрашивает охотник.

- Нету. - Отвечает медвежонок.

- Мать есть? - Спрашивает охотник.

- Нету. - Отвечает медвежонок.

- Ага! Попался! - Обрадовался охотник.

- БАБУШКА - А - А!

Вместо эпиграфа…

...Маленький щеночек проходил через просторный и пустынный школьный двор. Здание школы состояло из нескольких запутанных входов - выходов, разделённых между собою системой еще более сложных пришкольных крыле́ц, с пандусами и плавными подъемами к дверям школы, а где - то и с простым крыльцом со ступеньками и обычными перилами.

Не отвлекалась. Искала сквозной проход - выход между школьными корпуса́ми для себя, щенка, своего ребенка.

Щеночек маленький, уставши вместе со мною ругаться, визжать и мне же, той самой, злобной, тетке и похитительнице щенков на меня жаловаться, у меня на руках смирно сидел.

Я шла и шла между узкими переходами школьных пристроев и зданий, которые раньше были внятной и четырехугольной коробкой здания, оформленного под школу, для обучения детей, но постепенно прирастали добавлениями и пристроями, физкультурными поля́ми, тренажёрами - козла́ми на этих полях. Добавились газонами, колючими кустарниками по бокам газо́нов и выросшими от времён строительства школы большими и тени́стыми, теперь уже старыми и ветви́стыми, деревьями...

Искала выход, но спотыкалась о надпись:

- Мы ушли, но память осталась. - Большими и полуметровыми буквами кричала надпись на асфальте. И добавляла таинственности и конспирологичности для всего происходящего процесса ещё более крупными, уже метровыми, буквами:

- 9Е. 2025. - Щербатый асфальт переставал быть неровным. Асфальт вокруг надписи приобретал загадочность.

Вокруг всей надписи были разбросаны ладошки, не то очень маленькие детские, не то очень большие кошачьи. И в каждой такой ладошке была прорисована буковка:

- «М», «Д», «Л», «Е»… - Я начинала вертеть головой в поисках полуоткрытой двери, где существующие здесь, при школе, завсегда́таи, профессионалы, специалисты, могли бы мне происхождение этой надписи и всю завязку истории объяснить и рассказать…

Но тих и пусты́нен был в эту пору школьный двор, а все бронированные двери в школе и вокруг неё, оставались плотно закрытыми.

Но возникало нечто в душе. Тайна надписи на асфальте прорастала внутрь организма, как новая, почти детективная история расследования или происшествия и требовала своего объяснения.

- Возьми, пожалуйста! Подержи! - Не ожидая этого сама от себя, я всунула щеночка ребенку на руки.

Щеночек, от неожиданности, вздохнул, затем облизал крошечным язычком ребенку нос. Ребенок, от неожиданности, забыл, как сильно он боится собак, присел на ступеньку, щеночка на ручках держал.

Сидели два малыша, человечий и собачий, в обнимку, вдвоем, на ступеньках бесконечной школьной лестницы…

- Вот так и делаются Великие Педагогические Открытия! - Отмечал на самом краешке сознания, какой - то посторонний, очень ехидный голос.

- Самый Великий Педагог Прошлого Мака́ренко, мог бы тебе позавидовать! - Наверное, это и был тот самый ехидный и цинический Глас Рассудка, который возникает в момент, когда не рассуждать, а действовать надо!

А Глас Рассудка продолжал меня внутри собственного разума возмущать:

- Вот захотела излечить подобное подобным! Вот захотела избавить ребёнка от страха перед злыми собаками, вот они два щеночка недорощенных, рядом с тобой, в обнимочку, на школьном крыльце сидят!

И,кажется, никто из детенышей, ни человеческий, ни собачий, друг друга уже не боятся!

Не отвлекаясь на размышления, тем более, на препирательства, с собственным разумом, я продолжала действовать.

Бежала мимо нас по школьному двору молодая женщина. С трудом от наушника в ухе собственном освободилась, с трудом мое обращение услышала.

О выходе прямом и коротком со школьного двора женщина подсказать мне могла. Про надпись на асфальте ничего не знала, происхождением надписи не заинтересовалась. Вся женщина, вместе с наушником, очень быстро мимо прошла.

Ковыляла мимо Очень Пожилая женщина. Постукивая по неровностям асфальта своею клюко́й. Опрошенная тщательно, женщина пояснила, что живет она рядом. А через школьный двор проходит в магазин за продуктами.

И о происхождении надписи мне пожилая женщина тоже не могла сказать ничего.

Бежала молодая мамочка. А рядом с ней бежала ее собственная маленькая дочка. Бежали так быстро, спешили и торопились куда - то, что всех моих вопросов не услышали.

Но сандале́тки девочки звонко простучали по самому хвосту надписи протоптанной людьми тропы, посреди затоптанной множественными шагами конца надписи.

И я, только тогда, обратила внимание, что надпись не заканчивается восклицательными знаками, тех, кто ушёл навсегда, надпись продолжается. Оставался справа, совсем незамеченным мною, разноцветный рисунок, кот или тигр.

Очень Большое, Напольное, точнее, Наасфальтное, Творчество, изготовленное в мультяшном стиле, держало в крепких лапах всю надпись, доносило её до читателя!

Я не сильна теперь в современном мультяшно - интернетном монстрообразовании.

Росла вместе со своими детьми, развивалась понемногу. И, время от времени, выходила на охоту по магазинам разных игрушек. Искала, по требованиям детей, Того Самого Монстра, в которого нынче тот или другой мой ребенок, был, оказывается, давно и тайно влюблен!