Выдыхай меня не спеша

ВЫДОХ ЧЕТВЕРТЫЙ

Открываю глаза. Свет улицы заливает комнату, на часах семь утра. В распахнутую форточку залетает свежий осенний ветер. Надо вставать в школу, но не хочется. От чего я чувствую себя такой разбитой? Этой ночью меня не тревожили лишние мысли и уснула я довольно быстро, но ощущаю себя так, будто ворочалась всю ночь без сна, будто я много плакала и проснулась опустошенной. Такое было только когда у матери были сложные времена. В последнее время я не чувствовала подобного.

Сажусь на кровати и тру руками лицо. Надо брать себя в руки и подниматься, ничего не произошло, это пройдет. Я не слезаю, а скатываюсь с кровати, больно стукнувшись о тумбочку. Мамы уже нет, значит, сегодня она с шести утра до шести вечера. В доме пусто и чисто, на столе готовый завтрак. Я смотрю на все это, пытаясь отвлечься оттого, что происходит внутри меня. Что за чувство пустоты? Я думала об этом вчера, на встрече с Лерой и Алексом, но никак не пойму, что последовало их возвращению. У меня все хорошо. Так в чем дело?

Стоя в проеме, смотрю на тарелку с омлетом и разгребаю в себе все. Наверное, такое бывает с человеком, что он просыпается без настроения без причины. Может, это пройдет, как только я окончательно проснусь? Ощущаю босыми ногами насколько холодный кафель на кухне, прикрываю глаза и топаю в ванную.

В моей голове появляются мысли, которые совсем не должны быть, когда у тебя все хорошо. Ощущая стук капель по своей спине и опираясь о стену руками, я продолжаю пытаться найти источник проблемы. Когда ты находишь его, тебе становится легче, мысли становятся по местам, ты видишь, как одно последовало за другим, где звено. Но сейчас, как не пытаюсь, не могу понять. Непонятное чувство будто чего-то не хватает, заставляет озираться по сторонам, и чтобы этого не делать, я зажмуриваюсь. Оно пройдет. Такое бывает и обычно накатывает неожиданно.

Я ем омлет, но не чувствую вкуса; собираю рюкзак, но практически не вижу, что кладу в него; одеваюсь, но мне абсолютно безразлично, как я выгляжу. И даже когда полностью просыпаюсь, это не проходит. Тогда я понимаю, что мне остается смириться и ждать, когда пройдет. Отец оставил мне это состояние, оно было нормальным некоторое время назад, и стоит быть готовой к тому, что периодически будет накатывать. Я вовсе не считаю себя негативным человеком или полной пессимизма личностью, но у всех бывают плохие времени и не всему есть причина. Может, мой мозг иногда возвращается к тому, что он пережил и из-за этого меня выбрасывает в такое состояние?

Оказавшись на первом уроке, осознаю насколько глупо было собирать рюкзак с «закрытыми» глазами, потому что мне не хватает пары нужных тетрадей. Мне хватило сказать Лере «привет», чтобы она поняла, что я в дерьмовом состояние, и теперь весь урок она старается узнать, что за ерунда у меня произошла. Самое тяжелое, когда ты не можешь объяснить, что у тебя происходит, потому что сам не знаешь, что за ересь с тобой творится. Это сложно. Сложно не понимать самого себя. Если ты не понимаешь сам себя, значит, не сможешь взять под контроль. Я ненавижу плыть по течению, но не всегда могу что-то сделать с этим.

Одним ухом я слушаю преподавателя, а другим просьбы Леры поговорить с ней. Но разговаривать я не собираюсь, и не только потому, что не знаю, что сказать, но и потому, что сейчас не время. С каждым словом учителя мне удается хоть немного отвлечься от своих мыслей. Мозг по-прежнему пытается найти проблему, которую сам и создал. За окном светит осеннее солнце, но в моей голове самая настоящая туча и не знаю, когда прорвется дождь и насколько сильным он будет.

Когда звенит звонок, все быстро записывают домашнее задание и покидают кабинет, и только Лера, я и пара учеников, собираемся не спеша. Я не смотрю на подругу, когда она, с накинутым на плечо рюкзаком, прожигает меня взглядом. Стоит нам выйти из кабинета, как посыплются вопросы. Сейчас я готова к ним, последние минуты урока помогли мне понять, как ей все объяснить. Хотя, вряд ли она поймет хоть что-то, однако мое тело просто сделать вид, что мне небезразлично ее беспокойство.

Безразлично ли оно мне на самом деле? Оно просто ничем не поможет. Лера как никто другой знает, что она может выслушать, но не поддержать. Когда я что-то говорю, мне не нужен совет в ответ, я нуждаюсь лишь в том, чтобы меня послушали, желаю поделиться тараканами, а не получить идеи, как истребить их.

— Ты чувствовала пустоту не из-за чего? Просто накатывало и все? — говорю я, прежде чем она успевает задать хоть один вопрос.

Коридор полон учеников, некоторые задевают меня плечом, несясь на следующий урок. Скоро прозвенит звонок, но мы совсем не спешим. Следующим у нас физкультура и учителю будет совершенно плевать, кто опоздает, а кто нет. В главном коридоре тише, никакой суеты, и только тогда Лера находит, что ответить.

— Ты чувствуешь пустоту просто так? Это, правда, ни с чем не связано? — я качаю головой и смотрю ей в глаза, чтобы она убедилась в моей правде. Лера вздыхает. — Да, бывает такое. Скорее это не пустота, а безразличие ко всему. Ну, просто нет настроения. Это проходит быстро, стоит мне перестать находиться наедине с собой. Люди или дела помогают отвлечься.

— У меня так не получается, ты знаешь, — она кивает. — Я все утро думала, что это за ерунда, но так ничего и не надумала, мы с мозгом сошлись на том, что само пройдет. Просто обидно, что такие вспышки не дают нормально жить и конкретно давят.

Я хочу отделаться оттого, что чувствую, с каждым словом ком в моем горле становится все ощутимее и это пугает меня. Пугает из-за того, что ненормально ощущать подобное не из-за чего. Я часто моргаю, сжимаю руки в кулаки и выдыхаю. Желание зареветь спадает. Мне необходимо что-то сделать с этим. Но что?

— Тебе надо хорошенько отвлечься, загрузиться так, чтобы не осталось мыслей. Пиши сочинения, переводи зарубежную музыку, читай легкие романы или поиграй во что-то. Помоги загрузиться своему мозгу чем-то, требующим полной концентрации, тогда полегчает. Это не совет, а факт, если что.