Выход за рамки

Пролог

Ночь была беспокойной – подготовка к предстоящему отъезду сдавила виски, лишив покоя и сна. В голове то и дело мелькали мысли о работе, которую придется оставить на три дня…
Боже! Кому я вру? Развернувшись лицом к окну, я долго смотрела туда, откуда открывался вид на миллионы мерцающих звёзд, вспыхивающих яркими огоньками среди бескрайнего пространства ночи. Эти звёзды были словно отражением моей души, наполненной воспоминаниями и мечтами....
И вот, закроешь глаза – вновь возникает образ Влада. Хотелось верить, что сейчас, в эту самую минуту, он тоже смотрит вверх, размышляя обо мне. Ведь там, вдали от шумного мегаполиса, небо открыто, чисто и свободно.
Я прикрыла глаза, мечтая воскресить в памяти его дерзкую улыбку, которой он одаривал меня в те далекие времена, когда мы непринуждённо наслаждались взаимным вниманием, не обременённые обидами, словами боли и резкими ссорами.
Остро вспомнилась наша по-детски наивная и безобидная «Приватная сотня». Сколько раз Влад использовал её, чтобы выведать секреты, заставляя меня раскрываться больше, чем хотелось бы. И этот кофе в его квартире, который я получила в наказание… Как же приятно было отбывать подобные наказания в компании Ярцева. Зачем-то память пыталась выцарапать из глубины информацию, на каком вопросе мы остановились. Ведь мы так и не потратили всю сотню на наши секреты. Ни я, ни он.
Плотно прикрыла глаза, чтобы прогнать очередное наваждение, но поняла, что это все тщетно. В горле пересохло. Я посмотрела на крепко спящего Павла и позавидовала его беспечному сну.
Нет, не смогу уснуть! Надо было из головы выветрить все ненужные мысли. Потому решила пройти в гостиную и включить телевизор, выпить чай с ромашкой. Или хотя бы утолить жажду холодной водой.
Плотно закрыла дверь в спальню, стараясь не нарушить чужой сон. Мне была необходима эта тихая, уютная ночь, полная спокойствия и одиночества.
Когда устроилась за высоким островком с бокалом минеральной воды, моя рука непроизвольно потянулась к телефону. Что-то подталкивало меня заглянуть в мир новостей и проверить, какая свежая информация появилась о приключениях Ярцева.
Закрыв глаза, испуганно замерла перед нахлынувшими мыслями. Нет, Аня, остановись уже! Не позволяй своему сердцу вновь погрузиться в размышления о нём. К чему терзания, зачем разрываться болью от назойливых воспоминаний?
Я положила телефон рядом и устремила взгляд в одну лишь точку на поверхности стены, в которой разглядела едва различимую тонкую линию трещины. Улыбка тронула губы, словно случайность судьбы хотела подчеркнуть всю горькую иронию момента – ведь именно теперь, когда жизнь раскололась на части, внимание привлекла столь мелкая деталь. Эта крохотная трещинка стала символом наших с Пашей отношений, хрупкости взаимопонимания между нами.
Резко дернувшись от неожиданной вибрации телефона, я медленно опустила взгляд на светящийся экран. Сердце тревожно сжалось, стоило увидеть знакомое имя. Невероятно, разве возможно такое совпадение? Словно злая игра собственного сознания, мои мысли о Владе вдруг материализовались в этот настойчивый звонок.
Ночная тишина внезапно наполнилась тяжелым биением сердца, которое гулким эхом отдавалось внутри меня. Это действительно был Влад, звонящий посреди ночи, когда я одна погружалась в бессмысленные и болезненные воспоминания о нем.
– Слушаю, – шепотом ответила я, принимая звонок дрожащей рукой. Голос предательски дрогнул вслед за моими нервными пальцами.
– Привет, – бархатный тембр словно спичкой чиркнул, зажигая в душе маленький огонек. Я прикусила губу, пытаясь заглушить рвущуюся наружу боль и отчаяние. Столько дней прошло после статьи и вот сейчас, когда услышала любимый голос, самообладание катилось в пропасть, уступая место эмоциям.
Влад замолчал, заставляя мою душу содрогнуться от невыносимой тяжести и боли. Молчала и я, слушая его тяжелое дыхание в трубке и позволяя своим чувствам свободно блуждать в глубине пустоты.
Я склонила голову, коснувшись кончиками пальцев лба, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Никогда бы не подумала, что молчание обладает такой сокрушительной силой, способной ранить острее клинка, проникающего в сердце, и звучать оглушительнее дикого животного рева.
– Что тебе надо, Влад? – наконец выдохнула я, чувствуя, будто собственное терпение исчерпалось вместе с бесконечным тягостным молчанием, пустым и бессмысленным.
– Хотел услышать твой голос, – твердо ответил Влад, лишая меня кислорода. Я почувствовала, как мое самообладание и выдержка стали трещать по швам. На глаза навернулись слезы. Эти проклятые слёзы не появились тогда, когда я читала статью, не показались даже при просмотре фотографий, но теперь, услышав лишь один звук его голоса, моё хладнокровие дало роковую трещину.
– Услышал, – мертвым тоном вырвалось из меня, натянуто изображая спокойствие, которое превратилось в ледяной панцирь, скрывающий настоящую боль. – Уже ознакомилась с новостями, ты отлично отдыхаешь.
К чему скрывать, что я не видела эти статьи и не интересуюсь его жизнью? Мне уже было все равно, что подумает Влад, посчитает ли мои слова случайностью или обвинит в назойливом внимании к его жизни. Эта новость стала очередным напоминанием, какой глубокой стала пропасть между нами. Возможно, эта пропасть и всегда была…
– Зато папарацци работают на славу, – сухо проговорил Влад, словно его абсолютно не тронули новости. Хотя с чего они должны его беспокоить? Это я как дура маниакально мучаюсь со своей любовью, которую не скрыть, не забыть, не сжечь и не выбросить прочь.
– Судя по твоему тону, тебя нисколько не беспокоило, что я увижу это собственными глазами, – сквозь комок в горле горько прошептала, едва сдерживая горячую слезу.
– Меня беспокоит все, что связано с тобой! – уверенно ответил Влад, даже не раздумывая. Вот только в голосе читалась невыразимая грусть и боль.
– Тогда почему допустил это? – сдавленно простонала я, ощущая, как глаза наполняются слезами, готовыми захлестнуть меня целиком.
– Так получилось... – прошептал он, а я чувствовала, как поток слез уже душит меня, ввергая в пропасть. Только сейчас я поняла, насколько мне больно, насколько эта статья мелкими насечками искалечила мое сердце, которое уже ничто не сможет вылечить. И никаким бинтом не замотать эти кровоточащие раны. Слезы одна за другой капали на стол, образуя маленькое озерцо моих чувств, которое чуть позже я смахну полотенцем и… умру.
– Ты не мог не знать, что до меня это дойдет, – тихо выдавила я, слёзы катились неудержимо. Влад издал тяжёлый вздох, словно почувствовал всю глубину моей боли. – Хотел свести счёты и раздавить меня окончательно?
– Хотел растормошить твои чувства! – твёрдо признался Влад, обрушивая на меня вселенское чувство отчаяния и пустоты.
– Влад, ты их окончательно убил! – я закончила разговор, сбросив вызов, и прикрыла губы ладонью, рыдая навзрыд. Больше не имело смысла что-либо говорить. Рассказывать о своих переживаниях, рассматривая эти фотографии, казалось верхом цинизма. Я не имела права любить его, вспоминать, ревновать, терзаться сомнениями и мечтами о нём.