Выходи за меня замуж. Сборник рассказов

ПОЕЗДКА В ЦИРК

Единственный раз всей семьей в цирке они были два года назад, когда сыну было пять лет.

И с тех пор на все его просьбы съездить на представление, мама и папа не раз обещали: вот уж в следующем месяце они соберутся и поедут...

Одно представление сменяло другое, но каждый раз им что-нибудь мешало. Мальчик уже перестал надеяться, что этот праздник – поездка в цирк, когда-нибудь состоится.

И все-таки этот день настал.
Все сложилось – выходные дни у мамы и папы совпали, были свободные деньги, погода, настроение, отсутствие неотложных дел.
«А может, просто мама и папа сами захотели съездить в цирк?» - думал мальчик.

Цирк находился в соседнем городе, до него было почти двести километров. Билеты на первый ряд заранее купили по Интернету.
Когда мальчик своими глазами увидел распечатанные  билеты, он  на маленьком календарике  стал каждое утро зачеркивать число, уменьшая дни до поездки.
 Рано утром мама, папа и сын сели в машину и поехали. Папа за рулем, мама на переднем сидении, сын сзади.

Проехав больше половины пути, сделали привал. 
Рядом с дорогой было оборудовано специальное место, стояли лавочка и столик.
Мама постелила скатерть  и разложила на разовые тарелки взятую из дома еду.
А папа с сыном в это время пошли вглубь леса прогуляться.

Через несколько минут мама услышала хруст веток и родные голоса.
И вскоре увидела совершено счастливое, прямо-таки сияющее лицо своего сына, который держал на руках небольшого щенка – черного с коричневой мордочкой и светлой грудкой.
Сзади шел смущенный папа.

Щенка папа и сын нашли на поляне, он  сидел там дрожащий и испуганный.

У папы в детстве, когда он жил в деревне, был рыжий пес Тузик, дворянин.  Поэтому он  считал, что в собаках разбирается. И сейчас папа авторитетно заявил, что этот щенок – мальчик, может быть, даже породистый, и ему меньше, чем полгода.

Как-то сразу было видно, что щенок не бродячий, а домашний. Шерстка у него была короткая и блестящая. Щенок не был толстеньким, но и худым он тоже не был. В общем, средней упитанности.

Мама в принципе хорошо относилась к животным. Но в их однокомнатной квартире никогда и никого из животных – ни рыбок, ни черепах, ни кошек, ни собак не было. Завести их сыну она не разрешала: «Самим места мало!», а папа ее в этом молчаливо поддерживал.
 Сейчас мама промолчала, сказала только:
 – А вдруг у него лишай!?
 – Ты что, видно же, что собака домашняя, – ответил папа.

Мальчику пришлось спустить щенка с рук, чтобы вымыть руки и поесть. Но поел он очень быстро, выпил сок и сказал, что больше ничего не хочет.
Ему не терпелось снова взять на руки щенка и  покормить его.
Щенок поначалу колбасу не брал, смотрел испуганно, а потом освоился. Съел несколько кусочков и закусил печеньем.

Сидя на руках у мальчика, щенок все время переводил взгляд с мамы на папу и обратно. Не видя этого, то же самое делал и мальчик.
 Пока мама с папой ели, они говорили о каких-то отвлеченных вещах, но ничего – о собаке. 
Разумеется, мама чувствовала: что-то назревает – зная, как их сын любит и жалеет всех  животных. А уж о собаке он мечтал половину своей жизни.

Но мама делала вид, что не понимает, чего хочет сын и, наверное, в глубине души, муж.
 Наконец она демонстративно посмотрела на часы и преувеличенно встревоженным голосом сказала:
 – Ой, смотрите, всего-то два часа до начала представления осталось, а нам еще ехать и ехать.
 Она принялась собирать оставшуюся еду в пакет. С чувством удовлетворения, что уж их семья мусор в лесу не оставит, сложила остатки еды, скатерть и разовую посуду в другой пакет. Все это уложила в сумку.
 При этом мама говорила:
 – Хорошо бы нам хотя бы за полчаса до начала представления в цирк пройти. Все рассмотреть. Помните, как там раньше красиво было? А может, еще и успеем в цирке тебе что-нибудь тебе купить, – обратилась она к сыну. – Что захочешь. Может, нос, как у клоуна, на веревочке? Или такие рожки, что в темноте светятся? А помнишь, как в прошлый раз, когда мы в цирке были, тебе сахарная вата понравилась, и какие у тебя руки липкие от нее стали?
 – Нет, я ничего этого не хочу, – тихо произнес мальчик.

Он боялся сказать, что сейчас не было в мире ничего, абсолютно ничего, что могло бы сравниться с ЕГО собакой. Боялся, потому что чувствовал, что родители, особенно мама, не разрешат ему забрать щенка домой.
 А так… хотя бы еще несколько минут у него на руках будет сидеть такое теплое, уже родное существо.

 – Наверное, он потерялся, и его ищут, и за ним приедут, – сказала мама, обращаясь к сыну.
 – Да нет, видно же, что его бросили здесь специально, завезли в лес и бросили. Скорее всего, и не сегодня, а вчера, – ответил на это папа.
 Мама сердито посмотрела на него, досадуя, что он ее не поддержал, и сказала:
 – Значит он какой-то больной, поэтому и бросили.
 Всё это она говорила для сына. И он, почувствовав фальшь в ее словах, произнес:
 – Щеночек здоровый.

 Мама поняла, что если они сейчас начнут разглагольствовать, то в цирк не успеют и дорогие билеты пропадут.
 – Всё, мы едем, – жестко сказала она.
 Мальчик молчал, только крепко-крепко прижал к груди щенка, крест-накрест обхватив его руками.
 – Отпусти собаку, – строго сказала мама, – и садись в машину.
 Она решила, что как она скажет, так и будет.
 – Сынок, – сказал папа, – ты понимаешь, вот если бы у нас был свой дом, или хотя бы двухкомнатная квартира. Ну не можем мы сейчас взять собаку.
 – Ему же совсем мало надо места, он же маленький, – с надеждой сказал мальчик. – Я с ним буду гулять, и  кормить его, ну, пожалуйста… ну, мамочка, ну папочка…
 – Нет! – резко ответила мама.
 – Пожалуйста, – в голосе сына послышались слезы.
 – Хватит канючить, – оборвала его мать. – Да что же это такое? Все хорошо, собрались в цирк, и на тебе…
 – Отпусти его немедленно! – уже закричала она на сына.