Выходи за меня замуж. Сборник рассказов

ХОМЯК ЭДИК часть 4

Но всё равно, в глубине души я верил и ждал, что случится чудо. И всё у меня в жизни переменится к лучшему.

И ведь чудо произошло!

Правда, для этого понадобилось, чтобы мать почти на полгода попала в больницу.

Она раздробила себе голень – не удержала тяжелый алюминиевый бидон с молоком, когда на рынке отвязывала его от тележки.  Он обрушился ей на ноги.

Мне так жалко маму было… как ей было больно.

Меня взял к себе на время, когда мать была в больнице, двоюродный брат матери – дядя Юра.  Других родственников у нас в городе не было. У него была жена – тетя Маша. В то время им обоим было слегка за сорок. Своих детей у них никогда не было.

Дядя Юра работал тренером по легкой атлетике в детской спортивной школе, и тетя Маша там же, она была медсестрой. Они меня, конечно, видели несколько раз и раньше, но мать с ними общаться не хотела. Потому что дядя выражений не выбирал – высказывал ей все, что про нее думает.

Я сам однажды слышал, как он ей говорил: «… ты посмотри, в кого ты парня превратила – раскормила, как кабанчика на убой. Сама разъелась… ну это дело твое. А ему же в школу идти, – ему там житья не будет!».

 Я помню, когда эти его слова услышал, так просто охренел! Это если мне сейчас в детском саду так плохо, то что же будет в школе? Неужели ж может быть еще хуже?!

Мать в ответ завизжала на него: «Да кто ты такой, чтобы мне указывать! У самих детей нет, так думают, самые умные! Своих заведи и воспитывай!»

 Она, как я сейчас понимаю, специально старалась уколоть самым больным – что у тети Маши не может быть детей.

Короче говоря, когда мать забрали в больницу, я переехал жить к дяде Юре и тете Маше.

Помню, в первый же вечер я рассказал дяде Юре, как меня обижают в детском саду.

Матери я поначалу много чего рассказывал про сад. Плакал, просил забрать меня, чтобы я дома был.

Потом понял, что это бесполезно,  потому что она в ответ: «Не капризничай, привыкай к трудностям, тебе скоро в школу».

А дядя Юра меня молча выслушал и сказал:

«Давай поговорим как мужчина с мужчиной. Ты хочешь похудеть и  научиться себя защищать?..»

Конечно, я хотел этого больше всего на свете. Но уже не верил, что из меня что-то путное получится.

Дядя Юра дал мне надежду, что я могу измениться сам, и тогда изменится вся  моя жизнь.

Я понял это, только не мог выразить словами.

……………………

По вечерам мы вместе с дядей Юрой  начали бегать по стадиону.

Ох, как же мне поначалу тяжело было. Метров двадцать пробегал и задыхался. Останавливался и опять бежал. Ноги сильно болели.

Через неделю стало чуть полегче.

По утрам делали зарядку. Дядя Юра купил мне маленькие гантели и скакалку. Показал упражнения – их я стал делать самостоятельно.

Через месяц я похудел на три килограмма. Исчез живот, пропал двойной подбородок. Вот тут я впервые поверил в себя!

Питались дядя Юра и тетя Маша совсем не так, как мы с матерью. Жирного и копченого почти не ели. На ночь тоже не наедались как было принято у нас дома.

Поначалу я по ночам от голода не мог заснуть, так мне хотелось что-нибудь съесть. Но терпел – просить еду стыдно было. Потом ничего, привык к такому распорядку.  

 В детский сад, когда мать угодила в больницу, я не ходил больше ни дня.

Так решили дядя Юра и тетя Маша. Мать была этим сильно недовольна, но что она могла сделать?

Очень я боялся в школу идти.

Потому что туда, в первый класс, шла вся наша группа – и что, десять лет мне опять быть козлом отпущения?!

Но дядя Юра и тут мне здорово помог.

Они с тетей жили довольно далеко от нас. От нашего дома надо было сначала минут двадцать идти до автобусной остановки, а потом полчаса ехать на автобусе.

Напротив их девятиэтажного дома стояла школа, в нее я и пошел первого сентября в первый класс. Никого из моих мучителей, там, конечно, не было. Тогда в школы брали по месту жительства. Для меня, по просьбе дяди Юры, сделали исключение.

Тренер по самбо, друг дяди Юры, показывал мне приемы и занимался со мной.

Он говорил мне: «Ты мужчина, ты должен уметь, если обижают, и за себя постоять, и за тех, кто слабее, заступиться».

У меня появились мышцы и ловкость движений. Однажды я даже машинально дал сдачи парню постарше себя, когда шел в магазин и чем-то ему не понравился.

В доме жило много моих ровесников, ребят лет семи-восьми, с некоторыми из них я подружился и играл во дворе.

За лето я сильно вытянулся и похудел на десять килограммов.

«Изверг, заморил мне ребенка!» – на полном серьезе высказывала свое возмущение мать дяде Юре, когда мы вместе с ним навещали ее в больнице.