Вынужденная замена

Глава 1

Взбудораженное предвкушение, смешанное с тревогой, заставляло меня ворочаться с боку на бок всю ночь напролёт, и сон оставался столь же недосягаемым, как иголка в стогу сена. Пока я без сна вглядывалась в тёмный потолок, Блейк — мой парень, с которым мы были вместе уже два года, — лежал рядом почти в коматозном забытьи и храпел.

Сердито нахмурившись, я отметила, что с каждой минутой он выдаёт всё более громогласные рулады, что лишь усиливало раздражение. С нетерпеливым вздохом я ткнула указательным пальцем в его непокрытое плечо. Он фыркнул, и храп стих — минут на пять, не больше.

Оставалось только радоваться, что накануне он обошёлся без лишнего пива. Иначе мне пришлось бы спасаться в свободной комнате, подальше от его вспыльчивого нрава и фирменного превращения из доктора Джекила в мистера Хайда. Но и выпитого хватило, чтобы он грохотал, словно товарный состав на всех парах.

Я снова потянулась к нему, упёрлась основанием ладони в голое плечо и толкнула с такой силой, что безвольное тело качнулось вперёд и едва не перевернулось на живот. О, слава богу, храп наконец оборвался.

Приподнявшись на локте, я глянула поверх него на красные цифры будильника, мерцавшие на прикроватной тумбочке. С тихим, но полным досады стоном я рухнула обратно, затылком в подушку. Пытаться урвать хоть каплю сна теперь бессмысленно. Меньше чем через час сработает будильник.

Я закинула руки за голову и лежала так, пока первые мягкие лучи — оранжевые с жёлтым — не начали наполнять комнату рассветным сиянием.

С раздражённым вздохом я отбросила одеяло и спустила ноги на пол, позволив себе короткую передышку на краю матраса, чтобы хоть немного унять нервных бабочек, уже запорхавших в животе.

Новая работа — всегда пугающий рубеж. После пяти лет в одном и том же унылом офисе, за одним и тем же неудобным столом, в роли ассистента чуть ли не при стольких же гендиректорах, моя профессиональная жизнь застоялась окончательно, и я решилась сменить обстановку.

Просматривая сайты кадровых агентств, я наткнулась на вакансию личного ассистента в престижном модельном агентстве. Поддавшись порыву, отослала заявку и резюме в элитное «Sublime Elegance» — и тут же закатила глаза, стоило нажать «отправить».

Какая же ты дура — ни единого шанса, ты только взгляни на себя! Я выбросила этот безрассудный поступок из головы и до конца недели сосредоточилась на тех должностях, где действительно имела виды на успех.

Когда дама по имени Кристин перезвонила с приглашением на собеседование, я остолбенела. Я и не чаяла, что хоть кто-то откликнется.

И уж точно никто не изумился сильнее меня, когда неделю спустя она предложила мне место личного ассистента самого владельца и генерального директора, Джексона Коннорса. Но куда поразительнее было услышать собственный голос, с готовностью принимающий предложение.

Пусть мой послужной список и выглядел достойно, я терялась в догадках, почему выбор пал именно на меня. По-моему, такую должность следовало отдать той, кто станет великолепным лицом агентства, а не тихой простушке из разряда «девушка по соседству» — именно так я себя и воспринимала. Правда, Блейк уверял, что я скорее «гадкий утёнок». Он неустанно напоминал, как мне повезло, что он у меня есть, и не раз повторял, что никому другому я не нужна. Что ж, до модельной внешности мне точно далеко — тут уж никаких сомнений.

С тяжёлым вздохом я поднялась и побрела в ванную, пытаясь унять нервную дрожь.

Когда я закончила и вышла из душа, дрожь лишь усилилась, подкатывая к горлу лёгкой тошнотой. Наспех вытершись и обмотав полотенце вокруг груди на манер саронга, я застыла перед большим зеркалом, вглядываясь в своё отражение.

Бессонная ночь оставила под глазами тёмные тени — к счастью, я знала, как замаскировать их грамотным макияжем. А затем я сделала то, чего обычно старалась избегать: принялась оценивать собственный образ.

Взгляд выхватывал лишь те изъяны, на которые мне постоянно указывал Блейк. Чересчур пухлые от природы губы — будто накачанные. Прямой нос, но слишком длинный и тонкий для моего лица. Уродливая родинка над левым уголком рта. Неправдоподобно огромные небесно-голубые глаза в обрамлении слишком длинных и густых чёрных ресниц. И, разумеется, непомерная грудь.

Дверь распахнулась так резко, что я вздрогнула и выпрямилась, машинально ощетинившись. Лёгок на помине.

— Доброе утро, Утёнок, — буркнул Блейк.

Я внутренне поморщилась, но брезгливости не выдала. Сегодня не время провоцировать скандал с оскорблениями. Как же я ненавидела это дурацкое прозвище.

Стараясь не встречаться с ним глазами, я приступила к макияжу. Он включил душ и стоял, ожидая горячей воды; я чувствовала его взгляд кожей.