Вынужденно женаты. Замуж за майора

Глава 3 

Выходим из кафе. Майор пикает брелком и его внедорожник приветливо моргает фарами. Хм…

Он точно майор?

Я достаю телефон и фотографирую номер машины.

– Хотите пробить, Татьяна?

– Пробить…? Нет, хочу подружке отправить. Если вы меня изнасилуете и убьете, она найдет и заявит на вас в полицию.

И сразу отправляю фотку.

– Татьяна, сегодня точно без убийств, – кладет руку на грудь, мол, клянется, – у меня завтра смена. Мне зачем себе лишнюю работу делать?

Не сдерживаюсь и усмехаюсь.

Нажимаю микрофон и наговариваю голосовое.

– Ален, я сейчас еду с майором полиции подавать заявление в ЗАГС. Если я вечером тебе не перезвоню – знай, это он меня похитил. Номер машины я тебе скинула, зовут Грачев Евгений Александрович, можешь сразу писать заявление. Не тяни, ладно?

Вообще у меня нет знакомых таких, которые бы в случае чего подъехали и помогли, поэтому я отправляю сообщение самой себе.

Убираю телефон в карман.

– Предусмотрительно, – чуть склоняет голову и кивает. – Надо было еще…

Открывает дверь и подает мне руку, помогая залезть в машину.

– Отправить мою фотографию. Фас, профиль. И особые приметы.

– Уставший и склонный к фиктивным бракам? – сажусь на сидение.

– В точку, – подмигивает мне и захлопывает дверь.

Аккуратно тут, чисто. Оглядываюсь на всякий случай, мало ли труп какой или… палец там отрезанный как улика валяется.

– Ну что, Татьяна, поедем совершать самое подозрительное преступление из возможных?

– Какое?

– Брак. Страшно? – заводит машину.

Киваю.

– Всегда страшно, когда не знаешь, чем закончится, – выезжаем со стоянки.

– А чем брак еще может закончится, кроме как разводом.

– Нуу… есть еще вариант долго и счастливо.

– Это не про нас с вами, Евгений. Это про людей без ВНЖ и проблем с жильем. Нам же с вами надо на какой-то срок договориться?

– Вид на жительство у вас закончился из-за развода?

– Да. Был привязан к браку.

– А ребенок чей?

– Бывшего мужа.

– Гражданство оформляла на себя?

– Хотела, но так и не успела.

– Вроде сейчас с ребенком это просто делается.

– Просто, только долго. Сначала надо было родить. Я родила. Потом первый год… – делаю паузу, подбирая слова. – Он вообще как будто пролетел. Я была в каком-то отдельном пространстве с ребенком. Потом вышла на работу. Начала собирать документы.

– Угу, – слушает сосредоточенно, как будто уже думает, как решить мою проблему.

– Сначала не хватило одной бумажки. Я ждала несколько месяцев, пока мне ее там, на Родине, сделают и пришлют. Потом подала снова – не хватило другой. А там сказали, что архив сгорел, справку выдать невозможно. Потом еще что-то. В итоге это превратилось в бесконечную волокиту. Как будто просто тянут время.

– И дотянули, – резюмирует он.

– Да, – выдыхаю. – До сегодняшнего дня.

– Значит, распишемся. Я помогу тебе с гражданством. Не переживай. Тут больше волокиты не будет.

Я поворачиваюсь к нему.

– Правда?

– Правда.

– А так можно?

– Для своих у нас другой подход. Тем более ты будешь замужем за представителем государственной системы обеспечения порядка и безопасности.

– Если бы миграционная служба знала, она бы уже подписывала документы.

– Когда развелась?

– Несколько недель назад был суд.

– В общем проверять тебя не должны, но кто знает, кто там попадется. Могут и проверить.

Подъезжаем к ЗАГСу. Евгений выходит первым, я открываю замок и толкаю дверь. Высоко. Ух.

Я открываю дверь сама, делаю шаг – и тут же ухожу по щиколотку в сугроб.

– Ух…

Евгений уже рядом.

– Татьяна, – подает руку и захлопывает дверь, – давайте договоримся сразу. Если мы куда-то приезжаем вместе, вы из машины сами не вылезаете.

– Почему это? – отряхиваю снег с сапога.

– Потому что, во-первых, я мужчина и открываю дверь своей жене. А во-вторых, со мной это безопаснее и аккуратнее. Я сначала проверяю, куда вы наступаете.

– Я пока не ваша жена.

– Это мы с вами сейчас поправим, – подает мне локоть.

– Хорошо, майор. Буду ждать разрешения на высадку, – беру его под локоть.

– Вот и отлично, привыкайте. Это не худшая из привычек.

Подходим к двери, Евгений дергает, чтобы пропустить меня вперед.

А дверь закрыта.