Вынужденный брак, или Мама для дочки бандита

- 7 -

— Ну что, по-моему, это более, чем щедрое предложение, — отец откладывает бумаги на стол, снимает очки с носа и переглядывается со своим юристом. Тот важно кивает. — Если слову Салазара можно доверять…то… это даже больше того, о чем я вообще мог мечтать.

— Можно, — поддерживает юрист и я понимаю, что он говорит это специально для меня.

Закатываю глаза и надуваю губами большой розовый шар из жевательной резинки. Он лопается с резиновым хлюпом, и я втягиваю его обратно, скатывая языком обратно в плотную массу.

— Ты серьезно вот так продашь свою дочь? — обращаюсь к отцу, вкладывая в свой голос все свое пренебрежение, всю свою брезгливость, но наивно полагать, что эта демонстрация честности может на него как-то повлиять. — Продашь?

— Дорогая, — он протягивает ладонь, чтобы дотронуться до моей руки, но я одергиваю ее, будто от крадущейся змеи. — Это всего лишь сделка. Можно сказать, что ты даешь в аренду свой паспорт…

— Свой паспорт так в аренду сдавай! — кипячусь я и вскакиваю на ноги. Начинаю хаотично передвигаться по комнате, ероша и без того всклокоченные волосы.

Только я добралась до дома, с трудом согревшись после своего побега от недостойного предложения от этого опасного мужчины из кафе, как дома меня ждет самый большой сюрприз, который только можно предположить.

Отцу привезли большой пакет с документами, который он вскрыл только тогда, когда к нам домой пожаловал юрист. То, что они там обнаружили, заставило меня пересмотреть свои знания о законах мироздания. Я и подумать не могла, что взрослые мужчины в двадцать первом веке могут быть способны на такие поступки. Тем более после того, как девушка залепила твердую, уверенную пощечину после единственного разговора.

— Милая, мой паспорт Марселю Салазару ни к чему… — ухмыляется отец и делает знак рукой подать ему коньяк с фужерами из кухни, чтобы отметить удачное предложение, хотя я бы на его месте так не торопилась… — Потому что он должен заключить фиктивный брак с гражданкой России, чтобы остаться в стране. А я, как видишь, гражданкой не являюсь, — мужчины хихикают над глупой шуткой, а мне хочется по-детски его передразнить.

— Да и сама подумай, — встает отец, видя, что мое внимание просто так нельзя привлечь. — Не знаю, какой мне вынесут срок, хотя Салазар и пишет, что готов вмешаться и помочь, но год я буду отсутствовать точно. Все имущество у нас отобрали, из дома мы должны съехать послезавтра. На банковском счете ни рубля! Ты как жить собралась? На что? А тут…всего лишь штамп в паспорте… Ничего особенного. Никто тебя ни к чему не принуждает. Да и в постель с ним не обязательно ложиться, если уж говорить прямо.

При этом откровении от отца меня всю передергивает. Потому что не далее, как пару часов назад я получила кардинально другое предложение. Да, Наська, видимо, звезды встали в какую-то удивительную линию, от чего все вокруг тебя пришло в такое движение…

Но тут вдруг опять происходит ЭТО. Перед глазами снова встает черная плотная пелена. Я замираю. От испуга дышать трудно, будто бы на груди лежит кирпич. Спустя несколько осторожных вдохов – выдохов, черный туман рассеивается. Черт. Надо от этого избавляться, не ровен час, совсем ослепну и уж тогда точно никому буду не нужна…

Сколько, говорил этот врач, мне нужно? Двести тысяч на первое время? Ну что ж…кажется, пришло время лишить девственности мой паспорт в графе «семейное положение»…Если это действительно так безопасно, как твердят отец с этим пройдохой –юристом.

— Ладно, — вдруг разрежаю воздух своим неожиданным согласием. — Черт, будь по-вашему. Но мне нужно пятьсот.

— Пятьсот? — брови отца взлетают вверх.

— Вообще, вся сделка в соцсетях может стоить всего двести тысяч, — вклинивается юрист. — Но…

— Я сказала: пятьсот – мне, и делайте все, что хотите! — голос мой непреклонен и груб, но другого выхода нет. Я и так не хочу продавать свой паспорт какому-то проходимцу с невероятно красивыми глазами, подспудно ожидая от него какой-то пакости после моей пощечины, но если дело выгорит – почему бы не поиметь с него по-максимуму?!

— Не жирно тебе будет? — возмущается отец.

— А тебе не жирно – помощь от какого-то левого бандита принимать? А вдруг он тебя вообще не защитит, а глубже утащит? Не подумал над этим?

— Хватит! — рявкает отец и хлопает ладонью по столешнице, от чего пузатый бок коньячной бутылки чокается с бренди-гласом, в котором уже покачивается ароматный алкогольный напиток. — Подписывай давай брачный договор, и поехали к Салазару.

— Брачный договор?! — от удивления даже замираю, чуть не проглотив жвачку. Закашлявшись, встаю на месте.

— А ты думала? Брачный договор. Чтобы ты не думала отхватить больше, чем тебе обещали и больше, чем тебе принадлежит, — отец протягивает мне ручку, и я пробегаю глазами по бумагам. Конечно же, половины пунктов в них не понимая.

— Анастасия, — папин юрист успокоительно мне улыбается. — Не переживайте, это стандартный договор, по нему вы обязуетесь не претендовать на имущество и деньги Салазара.

— Да не нужен мне этот ваш Салазар, ничего от его бандитских сделок. Пусть только деньги за брак отдаст, и катится подальше… — бурчу я, выводя ручкой затейливые виньетки свой подписи.