Вынужденный брак, или Мама для дочки бандита

- 9 -

Паук смотрит сверху вниз, на первый этаж, где мои гости снимают верхнюю одежду под пристальным вниманием Динки.

— Мне кажется, ты знатно переплатил за сделку, — говорит он, прищурив глаза и явно не может оторвать взгляд от девушки – с этого ракурса особенно хорошо видны все достоинства ее стройной, сочной фигуры.

Прижимаю палец к губам.

— Хочу, — объясняю просто.

Мужчина ухмыляется, и эта ухмылка действует на нервы. Пальцы самопроизвольно сжимаются в кулак, и меня охватывает иррациональное чувство злости.

— Мне кажется, ты специально ее выбрал, — он все никак не может оторваться от созерцания девушки. — Потому что ею заинтересовался следком. Чертов Мухтаров, — Паук тихо смеется дребезжаще. — Его порвет в лоскуты, когда он узнает, что ты прямо из-под его носа девчонку увел.

Веду плечом. Не заметить интереса главы следственного комитета на новогоднем вечере вчера было невозможно. Уверен, что он на следующий же день нашел девчонку в городе, для того, чтобы сделать свое особое предложение. Не удивлюсь, если надавил на дочерние чувства – мол, сделает все, чтобы содержание ее отца в тюрьме было в лучших условиях, чем у других. С него станется – это видно по тому, как он среагировал, едва не взорвавшись от злости, когда птичка упорхнула прямо из-под его носа.

Но его интерес оправдан – есть что-то в ней такое, что заставляет теряться на секунду, забывать о времени. Едва только в лифте втянул аромат ее ванильного тела, как тут же почувствовал себя подростком, гормоны которого разгоняются с отметки «ноль» до отметки «тысяча» за одну секунду.

— Пусть порвет, хочу ее и все.

— Ясное дело, кто такую малышку не хочет – тот полный импотент, — не успокаивается Паук. За все время разговора он ни разу не посмотрел в сторону, а только, как лев, наблюдал за движениями внизу, на случай, если что-то может пойти не так.

— За базаром следи, — мрачно и тихо говорю, расставляя акценты, и он тут же меняется в лице.

— Лучше не выпускать ее без охраны, и вообще не выпускать из дома. Времена темные, не все довольны, что ты пришел в город, — тихо произносит он то, о чем знают и говорят все вокруг.

Динка поэтому не ходит в школу, занимается дома, и страшно этим не довольна – какому ребенку хочется находиться в изоляции круглые сутки? Но другого выхода нет.

— Не нравится мне этот Мухтаров, — решаю озвучить свои планы Пауку, и то, только для того, чтобы предупредить о своем следующем шаге, чтобы можно было спокойно действовать. — Надо собрать побольше «звезд» и сгонять в красные коридоры.

Паук смотрит с уважением: не думал, что у меня в правительстве есть такие хорошие подвязки. В том, чтобы собрать больше «звезд» - денег – он не сомневается, все можно сделать, было бы желание, но вот кому передать драгоценный чемоданчик с содержимым – тут не каждый сработает как надо.

— А там уже оплатить нового главу следкома. Этот, думаю, засиделся в кресле, — говорю медленно спускаясь по лестнице со второго этажа, и делаю это вовремя: Динка проявляет опасную грань своего характера и явно грубит гостям.

Паук фыркает над реакцией людей внизу, и я точно знаю, почему: ему нравится Динкин взрывной характер, он даже готов свой именной пистолет дать ей пострелять. Он остается наверху, чтобы не вмешиваться в разговор, и должен обдумать то, что я ему только что сказал: хочу вытрясти из города этого человека, главу следственного комитета, Айдара Мухтарова, пока этого не сделал он…

— Неужели такому богачу, как ты, — Настя обводит окружающую обстановку дома руками и приподнимает в удивлении брови. — Нельзя купить гражданство? Я думала, что сейчас можно все. Даже жену можно купить!

Она ерничает, а ее отец начинает злиться – он боится, что сделка сорвется, и не намерен терять такой подарок судьбы. Для того чтобы наверняка отбить девчонку у следкома, чтобы она уже завтра не оказалась в постели моего первого врага в этом городе, я предложил не только деньги, но и помощь. И если все пройдет так, как я хочу, мужик не сядет после последнего слушания, хотя все идет именно к этому.

— Могу купить, и куплю… — снисхожу до объяснений, хотя могу этого не делать. Отчего-то нравится наблюдать, как эта девчонка, открыв свой полный, влекущий ротик, восторгается всему, что увидела, хоть и не хочет показать вида. Держит лицо…Однако непосредственность все равно вырывается из нее волнами, и это не может останавливать на ней внимание. — Но пока я только пришел в город, и кое-где нужно играть по его правилам.

— Что значит – «пришел»? Это какой-то ваш бандитский жаргон, как у зэков? — она явно нарывается, так и полыхает злым взглядом, обжигая, и отец снова страдальчески морщится.

— Настя-я-я… —девушка в ответ дергает плечом, но все равно тушуется под его взглядом. Послушная девочка…хоть и хочет казаться самостоятельной и взрослой.

— Сама ты – зэк! — не может не добавить Дина и тут же встает на мою сторону, обиженно смотрит из-под полуопущенных век на своего нового врага. Настя же даже не подозревает сейчас о том, что только что приобрела неприятеля в лице восьмилетней девочки. Сжимаю ладошку дочери, и она успокаивается, но настороженность не проходит.

— Нет, мы только недавно приехали в ваш город… — посмеиваюсь про себя от того, какими эмоциями все вокруг искрят. Это ощущение напоминает на вкус первый бокал шампанского, выпитого под новогодней елкой – такое же будоражащее и долгожданное, и именно оно заставляет чувствовать меня живым…

— Добро пожаловать, — рассеянно отвечает Настя.

— И как вам? — добавляет Виктор, но я пропускаю его ответ мимо ушей, мне вообще кажется, что нужно было проводить этот разговор наедине с будущей женой, чтобы больше вобрать в себя ее жгучей энергетики, но не уверен, что тогда бы она согласилась на сделку…

— Мы только приехали, и пока должны играть по другим правилам…Пока не озвучим свои, — завершаю четко и вижу, чувствую, как меняется лицо у моих гостей – и дочь, и отец правильно понимают мои слова и угрозу, которая таится в них. Виктор бегает глазами, будто ищет выход, а Настя сглатывает.