Вынужденный брак изменивший их судьбы

Глава 1

Глава 1. Роза на краю пропасти

Графство Рок, окраина Империи.

Ночью ударил первый снег. Под тяжелым, свинцовым небом сад при поместье виконта де Гранта казался вымершим. Старая сосна в углу двора, придавленная снежной шапкой, сгорбилась, словно дряхлый старик, доживающий последние дни.

Здесь, в крошечной, продуваемой всеми ветрами пристройке, жила шестая дочь виконта — Элиза.

Элиза проснулась от очередного кошмара. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица, а на лбу выступила испарина. Несмотря на бледность, её лицо в тусклом свете луны казалось фарфоровым, безупречным. В свои шестнадцать она уже цвела той хрупкой, почти болезненной красотой, которая в их краях часто приносила не счастье, а беду. Тонкая талия, изящная линия шеи, густые волосы, разметавшиеся по подушке — всё в ней выдавало девицу, рожденную для шелков и теплых залов, а не для стылой лачуги.

Она сжала холодными пальцами шерстяное одеяло, пытаясь унять дрожь.

С того дня, как она провалилась под лед на пруду, сопровождая мачеху в паломничестве, всё пошло не так. Сначала её правый мизинец начал источать странную влагу — прозрачную, без запаха, но исцелявшую любую рану за считанные часы. Это можно было бы счесть божьим даром, если бы не кошмары, преследовавшие её каждую ночь вот уже полмесяца.

Ей всегда снилась одна и та же женщина. Лицо в гримасе безумной ненависти, глаза, полные ярости, и холодные руки, толкающие Элизу в ледяную, мутную пучину реки.

«Ты заняла моё место! Ты украла моё счастье! Ты — воровка, ты — позор этого дома! Умри!»

Голос женщины звенел в ушах, как скрежет металла по камню. Перед смертью, в своих видениях, Элиза всегда видела эти глаза — налитые кровью, безумные, торжествующие. Каждое пробуждение было пыткой.

Кто она? Почему она называет Элизу воровкой? Что она имела в виду под «украденной судьбой»? Элиза ломала голову, но в памяти не всплывало ни одного знакомого лица.

Рок нельзя было назвать процветающим краем. Это был глухой пограничный уезд, где законы писались сталью, а не королевскими указами. Виконт де Грант, отец Элизы, занимал должность местного управителя, поэтому их дом считался «благородным», пусть и бедным.

Однако в дворянских гнездах правила были строги, а иерархия незыблема.

У Элизы было пятеро старших братьев и сестер. Старший брат, наследник титула и скудных земель, смотрел на сестер как на досадную обузу. Старшие сестры от первого брака виконта уже были либо выданы замуж в дальние земли, либо готовились к этому, пользуясь всеми привилегиями своего положения.

Элиза же, будучи дочерью от покойной второй жены, находилась в самом низу пищевой цепи.

Она с детства усвоила простую истину: для бастарда и нелюбимой дочери путь к выживанию лежит через смирение. Её единственной надеждой была мачеха. Элиза старалась не попадаться на глаза, прилежно исполняла все поручения и ждала, что однажды та соизволит выдать её замуж за кого-нибудь из мелких дворян или зажиточных купцов, лишь бы вырваться из этого холодного дома, где её красота была для всех не благословением, а красной тряпкой.

Её единственным желанием было не разделить участь наложницы, а стать законной супругой, достойной уважения. И судьба, казалось, смилостивилась: незадолго до её пятнадцатилетия она получила предложение, о котором другие могли только мечтать.

Год назад в поместье прибыли представители благородного рода графов Пей из соседнего края, подыскивая невесту для третьего сына, лорда Эдмунда. Элиза мало что знала о нём, лишь однажды слышала, как её сестра Изабелла упоминала его имя с восторгом.

Эдмунд с детства славился острым умом: в юности он учился у лучших наставников, а когда ему едва исполнилось восемнадцать, в одиночку удержал оборону городского форта во время мятежа, убедив союзные войска отступить без боя. Его слава достигла столицы и сам монарх пригласил его ко двору наставлять принцев. Однако, пробыв там три года, он неожиданно подал в отставку и уехал.

Элиза никогда не надеялась на такое замужество. Она была всего лишь нелюбимой дочерью, рожденной от второй жены. И всё же лорд Эдмунд выбрал именно её. Свадьбу назначили сразу после её пятнадцатилетия.

Даже не смея верить в такую удачу, Элиза повела себя как прилежная невеста: она сшила для суженого полный комплект одежды, вложив в каждый стежок свои надежды и отправила подарок в его поместье. Судя по вежливому ответу и ответным дарам, лорд Эдмунд остался доволен мастерством будущей жены. Это дало Элизе покой, которого ей так не хватало.

Но теперь, после того злосчастного падения в ледяную воду, всё пошло прахом.

Элиза сидела на кровати, когда в комнату, освещенную дрожащим пламенем свечи, вошла её кормилица, старая Клэр. Лицо няни выражало глубокую тревогу.

— Опять кошмары, милая? — Клэр села рядом и прижала её к себе, поглаживая по спине. — Как же так? Ты просила не поднимать шум, но это становится опасным. Завтра я схожу к лесной знахарке, пусть даст тебе отвара или амулет от злых духов, чтобы успокоить душу.

Элиза уткнулась лицом в плечо кормилицы, чувствуя, как холод страха сковывает сердце. — Клэр, мне так страшно.

— Не бойся, — уверенно прошептала та. — Через полмесяца твой день рождения, ты станешь взрослой, а там и до свадьбы рукой подать. Род Пей славится честью, а лорд Эдмунд человек достойный. Ты станешь госпожой собственного дома и забудешь этот ад.

Но слова кормилицы не принесли покоя.

На следующее утро, когда Элиза только закончила утренний туалет, пришла экономка леди Маргарет. Она была доверенной служанкой мачехи и её появление никогда не предвещало ничего хорошего.

Элиза, сдерживая дрожь в руках, последовала за ней в главный зал. По пути она столкнулась со старшими сестрами, Изабеллой и Беатрис. В глазах Изабеллы Элиза прочитала странную жалость вперемешку с насмешкой. Беатрис же, как всегда, не скрывала злорадства.

— Сестрица, — пропела Беатрис, — кто бы мог подумать, что тебя ждет такой «сюрприз»?