Выпускница для боевого дракона

Полноценный купол

Меня словно окатило ледяной волной. Надо же! Так глупо! Мало того, что целовалась с преподом, так ещё и на глазах у самой Ламбаэрты Твили! Старой девы, ненавидящей всех на свете: парней, за то, что они за ней не ухаживают, девушек, что молоды, взрослых мужчин, за то, что не ухаживают уже много лет, а женщин, что увели у неё жениха.

При ней никто и никому не смел оказывать даже самые простые знаки внимания. Это было опасно. Тех, кого Ламбаэрта уличала в симпатии, подвергались настоящему террору. В прошлом году на сдаче традиционной курсовой работы предвыпускников, она застукала Лилию и Эда.

Что там началось! Она просто не оставляла их ни на секунду в покое. Говорила гадости, занижала оценки. Хорошо, что ребята оба были из наших, из балетных. У станка в танцевальном зале нас так лупили на первом курсе, что обидные слова Ламбаэрты прошли почти безболезненно.

А потом Твили придумала настоящую пакость. Меня аж тряхануло от воспоминаний и опасности, которой мы сейчас могли подвергнуться. Артон принял это на свой счёт. Аккуратно спрятал меня за спину.

- Здравствуйте, госпожа Твили. Артон Ар. Декан боевого факультета к вашим услугам. С выпускницей Мелагри, как я понимаю, вы уже знакомы.

- Но... Как же так...

Ламбаэрта скривила губы, словно съела лимон. Острый кончик её зелёной, имитирующей листья шляпы, задрожал. Она поджала руки, скрючив пальцы, как замёрзшая курица. И даже потопталась так же, нервно переступая с ноги на ногу.

- Вы, уважаемая госпожа Твили, вероятно не узнали меня. Верно? Приняли за кого-то другого в тёмном коридоре.

Артон Ар говорил с нажимом. На последней фразе он неопределённо качнул головой в сторону лестницы. Вокруг горели магические светильники давая столько света, что можно было вышивать зачарованной нитью.

Но Ар давал Твили возможность официально выкрутиться. И она это нехотя приняла.

- Да... Тут... Всегда плохо со светом в дальних переходах... Да и листья начали скручиваться, вот я и поспешила скорее на помощь... Да и грохот был... Я и подумала, что на оранжерею напали... – мямлила Твили. Теперь она ещё старалась растянуть губы в заискивающей улыбке. Хотя светлые глаза из-под зубчатого края широкополой шляпы, напоминающей черепицу из листьев, зыркали враждебно.

- Да что вы, уважаемая? Я уже здесь, не волнуйтесь за свою безопасность. Да и кто же на вас нападёт? На оранжерею? – Ламбаэрта моргнула, потом ещё и ещё раз. – Для этого злоумышленникам придётся преодолеть стену Королевской Академии Магии, потом столкнуться со стражей, с магами основного корпуса, боевым факультетом. И только потом добраться до вашего оазиса красоты и благоухания. – Морщинистое лицо Хозяйки оранжереи разгладилось, словно помолодело лет на 10. Артон полностью завладел вниманием Твили. Говорил с нажимом, но размеренно, словно укачивая – Мне кажется, что это даже настоящему ценителю редких растений это не под силу. Да и глупцов среди них я не встречал. Любители таких растительных шедевров, настоящих произведений искусства, обычно отличаются великолепным вкусом и безупречным разумом. Думаю, что они не стали бы нападать на вашу великолепную оранжерею. Они же не бандиты. Они интеллигентные люди.

В неровном свете магических светильников лицо Ламбаэрты словно треснуло. Рот раскрылся, распахнулись глаза, как у куклы. А взгляд приобрёл приглупетое выражение влюблённой малолетки встретившей избранника.

Декан боевого факультета двинулся в сторону Твили, но та не стала сопротивляться. Безропотно отступила к стене и пошла рядом с Артоном, который, судя по всему, уже вполне сориентировался в пространстве.

У меня очень верующая мама. Она всё время надеется на чудо свыше. Но я точно знаю, что сейчас передо мной было именно оно! Вредная, ненавидящая всех и вся старая дева без враждебности слушала мужчину! И была в восторге! Артон Ар покорил её чёрствое сердце безоговорочно.

И мне это было неприятно. В груди запекло так сильно, что пришлось прижать ладонь к точке, где мерцал родовой жетон. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я почти смогла прийти в себя.

Ламбаэрта теперь лепетала тихим нежным голоском.

- Да я и не боюсь бандитов. Зачем мы им? А вот нерадивых учеников, которые сломя голову несутся помогать предвыпускному курсу – хоть отбавляй. Того и гляди курсовую работу сорвут, нарушив периметр.

- Периметр чего? – дружелюбно уточнил боевик.

- Так оранжереи же. Мы изолированы от внешнего мира, чтобы никто не посмел испортить курсовую работу отделения изящных искусств. Чтобы не лезли с советами и помощью. Да и студентам это на пользу. Они впервые в жизни действуют строго самостоятельно, изолированно, надеясь только на собственные силы.

- Это вы образно говорите, уважаемая Ламбаэрта Твили?

- Что вы? Вполне конкретно! На время создания курсового проекта оранжерея накрыта охранным изолирующим куполом. Чтобы никто не мог войти и выйти для соблюдения магической гигиены и создания творческой атмосферы.

- А купол у вас учебный, с редким плетением?

Последнее Артон спросил с таким видом, словно ему было совершенно всё равно, что ответит ему Ламбаэрта. Но именно по этой интонации я поняла, что вопрос очень важен для боевика. У меня снова запекло в груди.

Твили же ничего не заметила. И с восторгом влюблённой ученицы выпалила.

- Что вы, Артон! Для нас ректор ничего не пожалел! Выделил полноценный сплошной купол! Обеспечил нам изоляцию в лучшей оранжерее королевства!

Голосом Ара теперь можно было дробить скалы.

- И на какое время ректор нас здесь запер?

- На месяц! Вернее, если быть точной, осталось всего 29 дней изоляции! А это 4 недели и 1 день!