Выпускница для боевого дракона

Вы здесь никто!

У меня подкосились ноги. Чуть меньше чем через трое суток мы должны прийти на выпускной бал. Если опоздать или не явиться, то диплом мага не получишь больше никогда! Будешь, нууу, кем-то другим. То есть, по меркам магического сообщества, Никем!

У меня вырвался то ли вздох, то ли всхлип. Спина Артона окаменела. Напряглась. Он замер на месте, отчего и мне, и Твили, пришлось резко затормозить.

- Мы здесь заперты на месяц?!

Даже без заклинаний этим голосом можно было бы убить парочку несчастных. Ламбаэрта вздрогнула от вопроса, как от удара и пришла в своё обычное состояние сварливой старой девы.

- Таковы правила, уважаемый! Не я их установила, и не мне за это отвечать! Не нравится – хоть раз смиритесь с обстоятельствами, а не ломитесь, как все вояки на амбразуру. Иногда, знаете ли, надо и ждать. Принимать, так сказать, окружающую действительность. Не всё же кулаками махать, иногда, хоть и под воздействием обстоятельств, надо и к прекрасному приобщаться.

Ламбаэрта снова скрючилась, как в обычной жизни. Смотрела с ненавистью и злостью. Кривила губы и презрительно качала головой из стороны в сторону.

- Ведите нас в свой кабинет, сейчас же. Там разберёмся. И, просто совет: не давайте мне советов!

Твили вздрогнула, ещё сильнее сморщилась, вздёрнула голову, и, едва не запутавшись в полах длинного многослойного платья болотного цвета, понеслась по коридору. Свернула на лестницу и выскочила, словно ошпаренная, в левый поворот на первом этаже.

Ламбаэрта неслась так, словно за ней гнались все чудища Темнолесья. Она с грохотом распахнула дверь своего кабинета и уселась за заваленный бумагами стол. Нас она пригласить не соизволила. Но по тому бешенству, которое полыхало в глазах Ара, его это не смутило.

Он навис над Ламбаэртой, как неминуемое возмездие, и мне не осталось ничего, кроме как войти следом. Я аккуратно притворила дверь и осталась у входа, чтобы даже случайно не привлечь к себе внимание.

- Дайте положение о выполнении курсовой работы. – Потребовал Артон.

- На каком основании? Я подчиняюсь только Магическому Совету академии и ректору. Вы начальник только над своими дуболомами!

Такое обращение задело Артона не на шутку. Он стал как-то выше, прямее, весомее. Теперь его голос отливал металлом и доносился, словно прямо с небес. Он чеканил каждое слово, обращённое к Ламбаэрте, словно высекая его из камня.

- Вы забываетесь, госпожа Твили! Я тут не погулять вышел. Я член Магического Совета, если вы ещё об этом помните. – Он так красноречиво посмотрел на Ламбаэрту, что её морщинистое лицо пошло пятнами. Она стала похожа на лупоглазую экзотическую лягушку. Моргала и хватала ртом воздух. – Поэтому, будьте так любезны, предоставьте требуемые документы. Или это затруднительно сделать из-за установленного здесь порядка?

Артон с таким красноречивым взглядом обвёл окружающую обстановку, что та, будь она в силах, вытянулась бы в струнку и отряхнулась. Не сомневаюсь, что он мог бы высечь искры даже из ветоши.

Зашипев что-то нечленораздельное, Ламбаэрта начала копошиться в куче бумаг. Казалось, что курица ищет в земле зёрна. Было ощущение, что от небрежно сваленных листков поднималась пыль.

Судя по тому, что Артон выпрямился и немного отстранился от стола Твили, такое впечатление было не только у меня. Но Ар не отступал. Ждал нужные документы с терпением каменной статуи.

Твили переворошила одну стопку, сдвинула её к краю стола, едва не опрокинув на ноги Ара. Тот даже бровью не повёл. Ламбаэрта фыркнула и впилась скрюченными пальцами в следующую пачку растрёпанных листков. Копалась долго, а потом выудила откуда-то из глубины, пачку бумаг.

- Можете сколько угодно любоваться! Ничего нового не увидите! Всё согласно положению, уставу, трём приказам и 17 методическим рекомендациям. Я в оранжерее работаю дольше, чем вы живёте на этом свете, господин Ар. Читайте матчасть. Изучайте, так сказать!

Она злобно зыркнула на ближайший стул с высокой спинкой, словно желая его испепелить. Но Артона это не смутило, и он занял место за столом у окна и впился взглядом в документ.

Я смотрела на него во все глаза. Мне не нравилось высокомерие Ламбаэрты. Но если не кривить душой, я тоже считала боевиков недалёкими. Не то, что тупицами, но не способными на что-то сложное, интеллектуальное. За умом надо было обращаться к артефакторам и искусствотворцам.

Но Артон Ар не просто так был деканом с непререкаемым авторитетом. Он впился в документ хваткой дракона. Прочитывал каждое слово так, словно проверял драгоценные камни на подлинность. Не отрываясь от документа, он задавал Ламбаэрте вопросы.

- Оранжерея закрыта на 35 суток. Сколько из них уже прошло?

- Полных 6, начались седьмые.

- Что считается происшествием первой категории? Предоставьте, пожалуйста, утверждённый список.

Ламбаэрта пришла в движение. Начала перекладывать документы из папки в папку, шевеля похожими на паучьи лапки пальцами. Долго копошилась, пока не вынула единственный листок. Даже от дверей я видела, что там всего несколько строчек.

На лице хозяйки оранжереи, как называли госпожу Твили, отразилась кровожадная радость. Она вскочила на ноги и, едва не свалив стопку бумаг на краю стола, рванула к Ару. Сунула ему документ с таким видом, словно он принимал пакт о капитуляции.

Артон скользнул взглядом по листку и резко вскинул голову.

- Только один?

- Именно! – Ламбаэрта чуть не заплясала от удовольствия. – Смерть или состояние близкое к смерти.

- И никакой связи с внешним миром?

- Совершенно точно! Она строжайше запрещена, и к тому же, совершенно невозможна из-за свойств купола.

- И что же? Никто и никогда не покидал оранжерею во время проведения курсового проекта?

- Именно! – Ламбаэрта ликовала. Она потрясла в воздухе поднятыми руками. И ехидно посмотрела на Ара. – Правда, говорят, ещё до того, как я поступила в академию однажды кто-то смог и выбраться, и остаться живым. Но на моей памяти такого не случалось. Давайте-ка я вам, как уважаемому декану боевого факультета, найду коморку для проживания и пойду к студентам. А вам останется просидеть тут тихонечко 29 дней.