Вырежьте мне сердце

Глава 9

(Лида)

После того, как Ярослав уходит, я отхожу от шока. Сажусь на кровать, обнимаю себя руками и начинаю тихо плакать. Нет, он не сказать, чтобы напугал меня, я все равно уверена, что он всерьез не поднимет на меня руку, не причинит физический вред. А шлепки по заднице это так, дурость его.

Пугает меня совершенно другое. Я себя пугаю.

Он прижал меня своим телом, задрал футболку, отшлепал, а я? Я лежала и в шоке от такого близкого контакта думала совершенно не о том, что он меня наказывает за длинный язык. А о том, что он дышит рядом, трогает, шепчет в ухо, что аж мурашки по коже разбегаются. Как такое возможно? Может, все дело в том, что мне исполнилось восемнадцать и мое тело открывает для себя новые ощущения? Да, точно дело в этом. Нужно проверить на Вадике. Все же он прав, нам нужно попробовать включить в наши отношения поцелуи. Ведь я этого только что так сильно хотела, как и говорила мне Соня. Вот прям очень. Аж внутренности сжались.

После занятий иду на тренировку. Высматриваю Вадика, но его нигде нет. Странно, что он меня не дождался. В бассейне его тоже нет. Ладно, позже.

Полностью сосредотачиваюсь на командах тренера и на собственном теле.

— Разминка, четыресто вольным, в спокойном темпе. Поехали.

Вода принимает меня в свои объятия, мышцы еще деревянные, но тело начинает постепенно привыкать, разогревается.

— Ногами работаем!

К концу четырехсотки тело наполняется энергией и готово работать. Однако в голове все равно произошедшее вчера потрясение. Да, для меня это потрясение. Потому, что это был Ярослав. Может, я себя и накрутила, но мне показалось, что в нем не было столько злости, сколько он хотел продемонстрировать. Да нет, глупости. Разговоры всегда были только о дружбе. И даже ее мы профукали. Он профукал.

Встаю возле тумбочки и жду команду.

— Светлова, сотка вольным, на время. Пошла!

Свисток, и снова я в воде. Гребок, второй, третий… Как-то странно тянет руку.

— Работай! Выше локоть, что ты как мельница! Вкладывайся!

Касаюсь бортика и снимаю очки.

— На табло! — рявкает Олег Викторович. — В полторы ноги плыла?

Смотрю на время и ударяю ладонью по воде. Не добрала всего сорок сотых. Полгребка!

— Минута на отдых и еще раз, если не хочешь, чтобы я тебя вычеркнул из списка.

Собираюсь с силами. Мыслями все еще не могу. А что, если я права? Что если он тоже что-то почувствовал? Как дура улыбаюсь. Соберись, Лида! Просто докажи всем, что ты лучшая. И ему в том числе. Ты не какая-то там рыбешка, фугу, амфибия и кто там еще? Ты золотая рыбка!

Свисток. Прыжок.

Выкладываюсь на максимум. Пытаюсь, по крайней мере.

— Тащи! Давай-давай! — подгоняет меня тренер, переходя на ор. — Прибавь! Еще! Жми!

Бортик.

Пытаюсь отдышаться, а на результат даже смотреть боюсь. Стягиваю очки. Олег Викторович кивает.

— Молодец. Покажешь такой же результат на соревнованиях.

Довольная собой иду в душ. Следом за мной заходит Соня. Она тоже занимается, но у нее разряд ниже. Да и не горит она этим, так, скорее для себя и для поддержания формы ходит.

— Вот он тебя гоняет. Но ты молодец. В легкую сотку сделала.

— Спасибо.

— Ли? А что это у тебя? — замечает она красное пятно, на моей половинке.

— Ярослав наказал.

Но это не от шлепка, Яр сделал это совсем не больно, больше для демонстрации. Это я уже сама потом, когда брыкалась, об стол задела.

— Наказал? — вскидывает брови. — Он шлепнул тебя по заднице?

— Да, разозлился, что я его назвала козлом, — улыбаюсь.

— Тааак. И ты прям снова уверена, что он это со злости сделал? Хотя можешь не отвечать, я и так все вижу. Ты поэтому сегодня сотку, как на крыльях сделала?

— Слушай, Сонь, а что, если я хочу, чтобы парень меня поцеловал? Ну, Вадик, например.

— Вадик. Угу, — как-то странно смотрит на меня.

— Я же не могу просто сказать ему об этом.

— Тогда просто продолжай делать то, что делала.

Задумываюсь.

— Ладно, Лидусь, я побежала, тороплюсь.

— Давай, пока!

Выхожу из разлевалки и сталкиваюсь в холле с Вадиком. О, вот он-то мне и нужен! Ныряю в его объятия.

Вадим радостно обнимает меня в ответ, его руки холодные, в отличии от рук Яра. Они не сжимают меня как тиски, от которых перехватывает дух. Не заставляют сердце колотиться так, будто оно пытается вырваться из груди. Это просто... объятия.

Пытаюсь сообразить, что нужно сделать, чтобы было такое же напряжение, как с Ярославом. Но что-то оно никак не возникает. Не просить, же его меня отшлепать?

Я жду хоть какой-нибудь искры. Хоть малейшего намека на то безумие, которое творилось тогда с Ярославом. Я прижимаюсь к Вадику ближе, пытаюсь представить, что это его руки были такими же требовательными, напористыми, горячими, дикими.

И… ничего.

Может, просто напомнить ему о его предложении? Пусть Вадик сам пробуждает во мне это желание? Да, так и сделаю.

— Вадь, я тут подумала и решила, что ты прав. Давай попробуем сблизиться?

— Давно пора, — радуется Вадик и тянется к моим губам.

Вот! Сейчас это случится! Он меня поцелует и между нами что-нибудь вспыхнет. Вспыхнет ведь? Но пока что-то даже не то, чтобы вспыхивало, даже не теплеет. Он проводит носом по моей щеке, а мне не особо-то и приятно. Ладно, нужен поцелуй в губы! Вадик приближается своими губами к моим, и…

— Лида! — окликает меня папа Андрей.

Вот, черт! Что-то он сегодня раньше обычного за мной заехал. Поэтому отскакиваю от Вадика и, попрощавшись, тороплюсь к папе.

— Привет!

— Лидусь, времени в обрез, поехали, дома все объясню.

Возле дома замечаю машину Ромы, поэтому иду на кухню, чтобы поздороваться. Но услышав голос Ярослава, застываю в дверях.

— Да раздражает меня эта Лида потому что. Бесит неимоверно, — со злостью произносит Яр.

Раздражаю? Ну да, конечно, как я могла подумать, что было что-то иное, кроме раздражения и злости в мою сторону? Отчего-то обидно и больно это слышать.