Вырванные из мира

Глава 2 Разговор с Хадиулем

Хадиуль помог ему одеться, и они вдвоем спустились в общий зал.

Хозяин, человек услужливый и расторопный по части денег, лично принес к столу бутыль вина, серебряные кубки и баранье рагу. Хадиуль небрежно кивнул, взял кубок, задумчиво крутя его в пальцах.

- Как ты нашел меня? – спросил Флинн.

- У меня особый нюх. - Хадиуль красноречиво втянул ноздрями воздух и улыбнулся - чуть криво, резче обозначив морщины в углах глаз и рта. – Это было крайне непросто, Флинн, и заняло уйму времени…

Не хочет говорить. Или не может.

Флинн еще раз всмотрелся в лицо друга. Что-то в этих светлых глазах, чего не должное быть…. Хадиуль – или незнакомец, который носит его тело, будто одежду? Отчего в голову Флинна пришла такая мысль? Оттого ли, что в глубине себя он знал, что сам был таким?

- А ты – это снова ты… - заметил Хадиуль. - Ты всегда слишком много думал. Сопоставлял, связывал факты, старался выстроить из них цельную картину…

- Я был уверен, что ты… вы все сгинули там, у озера, - прошептал Флинн, рот его скривился от страдания.

- Я то же самое считал про тебя…Ты знаешь, что-нибудь про остальных?

Флинну показалось, что Хадиуль задал вопрос просто так – не потому, что его интересовал ответ.

- Нет. – Флинн сглотнул. - Я не помню! Хлотар, Лиарди, Браенна – мы были вместе. Вместе сражались с заявившимися на озеро Воспринимающими. Они напали на нас. Но я не знаю, что случилось после!

Болезненный спазм сжал его горло, дыхание перехватило, мозг затопило отчаяние. Флинн ощутил удушье, и перед глазами все расплылось. Наверное, это были слезы. Пусть он не помнил, но знал, что ничего хорошего не произошло. «Зачем? Зачем я остался жить?» - пришла к нему в голову мысль. Эта мысль подразумевала нечто большее: у нее была подоплека, коренившаяся в беспамятной пустоте, съевшей его «я». Оттуда же произрастала и его недоверчивость, подозрительность по отношению к появившемуся спустя годы товарищу.

Хадиуль уронил голову, отставил кубок и тихо выдохнул, потом положил ладонь на руку Флинна – с печалью и сопереживанием, посмотрел в глаза.

Глаза…Черные зрачки, окруженные прозрачной радужкой – будто высверленные сквозные дыры, из которых выглядывал кто-то другой. А, может, это, действительно, не Хадиуль сидит напротив, а непрошенный призрак давно умершего друга… Флинн помнил взрывы, которые погребли пещеру под громадным завалом. Если кто-то сумел выбраться, почему тогда… Или, может, эта встреча нереальна и существует лишь в его воображении?

- Там, у лагеря, - медленно произнес Флинн, когда тиски, сдавившие горло, чуть разжались, и воздух опять стал доходить до легких. – Ты помнишь, что тогда произошло? Помнишь, что часть котловины вместе с пещерой завалило? Ты… ты успел переместиться?

- Какая сейчас разница, что я помню! – отмахнулся от расспросов Хадиуль. – Ты… имеешь представление, когда мы с тобой виделись последний раз? Сколько с тех пор прошло лет? Двенадцать, Флинн!

Двенадцать! Флинн вздрогнул. Цифра казалась немыслимой. Неужели его беспамятное существование тянулось столь долго?

- Нет! – недоверчиво выдохнул Флинн. – Это невозможно!

Хадиуль посмотрел на него с жалостью и печально сказал:

- Я не обманываю, Флинн. Какая мне от этого выгода? Про пещеру я помню – немного и смутно. Если так хочешь, я попробую рассказать, но позже. Поверь – это не главное.

- Тебе что-то от меня нужно.

- Да, - не стал отрицать Хадиуль.

Флинн понимающе кивнул, продолжая вглядываться в лицо Хадиуля, в его жесты.

«Так зачем я тебе понадобился?» - добавил Флинн мысленно.

– Знаешь, как бывает… - Хадиуль сощурил глаза, и в уголках их снова образовались морщинки. - Ты стараешься, строишь планы, лезешь из кожи вон, но что-то обязательно идет наперекосяк. Такова жизнь. Надо всегда учитывать подобную возможность.

- Быть готовым?

Хадиуль усмехнулся:

- С миром нужно разбираться, не откладывая, пока для тебя не стало слишком поздно - не под самый конец, когда вот-вот загнешься. Чувствовать, что проигрываешь, но кроме бессильной злобы не иметь ничего на этот случай - жалкое, унизительное ощущение…

«Ты вообще не любишь проигрывать, Хадиуль! Да, конечно, никто не любит. Так что же, как трактовать твои слова – ты решил выиграть у смерти?»

Флинн не понимал, к чему конкретно клонит Хадиуль. Пытался прикинуть так и этак, осознавая, что уже очень давно не мыслил столь ясно.

- Ты надеешься избежать смерти? – осторожно поинтересовался Флинн. – Или же разобраться с миром по своему вкусу?

Хадиуль жестко усмехнулся, допил вино и, поставив кубок, чуть отодвинулся. Пальцы глухо застучали по накрытому скатертью краешку стола. Зрачки по-прежнему казались Флинну высверленными дырами.

- Весь наш мир – ничто, Флинн! Он обречен на гибель. В любом случае.

Слова отозвались в ушах Флинна гулкой пустотой, заставив его снова вздрогнуть. По спине пробежал холод, запуская под кожу стылые пальцы. Флинн подался вперед, как ранее Хадиуль, и напряженно спросил:

- Откуда ты это взял?

- Я много чего узнал, - мрачно ответил Хадиуль. - Хотя не столь много, как мне бы хотелось, и совсем не то, что бы мне хотелось узнать. Новый Конец света неизбежен. Он наступит - не прямо сейчас, но в обозримом будущем. Мы вполне можем до него дожить. Это важная вещь, Флинн. Важнее, чем всё прочее. Суть в том, что НАШ мир не спасти. О! – в восклицании Хадиуля Флинн уловил обиду и озлобленность. – У Древних, действительно, был план. Они постарались создать впечатление, что всё тщательно продумали еще сотню поколений назад. Всё предусмотрели. И мы ведь послушно явились на зов! Прилетели, как мухи к хищному цветку, привлеченные сладким ароматом, и увязли… Но ИХ план – он не предназначен для спасения НАШЕГО мира. Они думали о спасении СВОЕГО! Однако кое-что они не учли. Не учли, что некоторые из нас сумеют узнать всю правду.

«И не пожелают играть по навязанным правилам», - мысленно закончил Флинн.