Вырванные из мира

Глава 5 Решение

«Попробуй» – означает «поддайся соблазну». Не ради спасения своей жизни, так ради любопытства, ради знания, ради поиска решения, ради утверждения своего «я». Если Флинн собирался ради всего это рискнуть миром, не слишком-то он от своих друзей отличался…

Никто не должен добраться до Ковчега. Никто.

- Вы пришли слишком рано, - заметил Флинн со спокойствием, которому сам удивился. – Пока не наступил Конец света, Ковчегу неоткуда взять энергию для активации.

- Мы знаем, - кивнул Хадиуль. - Однако кое на что Ковчег способен и сейчас. У него есть разные режимы и собственные резервные источники энергии, которых хватит на первоначальный импульс. Потом он начнет перерабатывать саму планету, разбирать ее, превращая в сырье. Этот процесс будет поддерживать сам себя.

«Можно не дожидаться Конца света, а устроить его самим, в ближайшее время», - интерпретировал Флинн слова Хадиуля. Интересно, пробовал ли кто-нибудь раньше запустить Ковчег, или же Филибер с Хадиулем – первые? Если кто-то и пробовал, то, очевидно, терпел неудачу, раз мир все еще существует…

«Я обязан их остановить, - еще раз сказал себе Флинн. – Я не вправе позволить им добраться до Ковчега и активировать его. Я не могу допустить, чтобы они играли судьбой мира, и неважно, какого мира. Их жизни не стоят этого и близко. Не сомневайся! Пожертвуй ими! Убей друзей! Сохрани тайну!»

Вот оно – его новое предназначение.

Флинн сглотнул, по пересохшему горлу обдирающей волной прошел спазм. С трудом разлепив губы, он спросил:

- А вы сами? Что тогда станет с вами?

- Мы дождемся финальной фазы, - объяснил Хадиуль. - Наши сознания сохранятся в Ковчеге.

Рот Флинна сложился в безотчетной скептической усмешке. Он обернулся к Хадиулю, разглядывая его бледное лицо, белые волосы, выбившиеся из-под капюшона, глаза.

- Это вам тоже обещал ваш Небесный Властитель?

Ветер усилился, гоня по долине клочки тумана. Выл и ревел, бросал в лицо пригоршни прилетавшего откуда-то издалека колкого снега. Небо потемнело, обещая грозу. Флинн поежился, ощутил растущий внутри него замораживающий холод. Он стянул пришитые к рукавам куртки варежки, скинул с плеча мешок и опустил его на землю. Присев на корточки, Флинн распутал завязки, засунул внутрь руку и нащупал гаситель. Трубка, расширяющаяся на конце. Безобидная на вид штука, без труда прошивающая магическую защиту. На что это похоже, когда в тебя попадает заряд гасящего Излучения? На огонь, пожирающий изнутри и расплавляющий кости? Так странно – Флинн рассуждал с отстраненным любопытством, будто о чем-то умозрительном, нисколько не относящемся к тому, что он собрался сделать. Замораживающий холод внутри обернулся ледяным спокойствием и решимостью. Он прикрыл глаза, испытывая предвосхищение того, как все случится.

- Каково тебе увидеть, Хадиуль, что все ваши труды пущены на ветер? – скажет Флинн, бесстрастно усмехаясь. - Вы сами меня позвали. Это ведь глаз надоумил вас, не так ли? И потому вы решили, что я помогу вам попасть внутрь. Но, готов на что угодно спорить, этот глаз, напротив, считал, что я должен буду убить вас, чтобы остановить. Его создателей вовсе не устраивало то, что вы собрались предпринять!

- Ты даже не понял, что такое Ковчег! – закричит Хадиуль. – Это наш единственный путь к спасению!

- Я понял достаточно, - возразит Флинн. – Он обман. Если задействовать его преждевременно, это приведет к гибели мира – нашего мира и любого, который мог бы из него получиться в будущем. Недопустимое средство решения проблемы – вашей сугубо личной проблемы. Ковчег предназначен не для этого.

Флинн направит гаситель на друга. Бледное лицо Хадиуля сначала одеревенеет, а затем исказится от потрясения. Вокруг раструба затрепещет воздух, выстрел выбросит фиолетовый луч. В последний момент Хадиуль попытается установить бесполезную защиту. А после повалится на землю, корчась и дергаясь в конвульсиях… От отдачи Флинн сам едва не упадет, испытав приступ спазматической боли. Посмотрит на уровень заряда в накопителях и подумает, что гаситель – расточительная штука... Тело Хадиуля начнет сотрясаться. Ноги и руки хаотично задергаются, словно в безумном танце. Губы разомкнутся, раскрываясь – он попытается вдохнуть, но легкие откажутся впускать в себя воздух…

Предвидение - воспоминание о том, что еще не случилось.

Ложное. Хадиуль поймет, что задумал Флинн, а у гасителя слишком маленький радиус действия – нужно палить почти в упор. Хадиуль не даст выстрелить первым – вскинет руку, ударит разрядом по направленному на него оружию или по самому Флинну. Или просто резко шагнет навстречу, саданув локтем по лицу.

Загрохотал гром, от которого содрогнулась земля. Флинн содрогнулся вместе с ней. Небо раскололось. Даже сквозь сомкнутые веки он ощутил ослепительные вспышки молний, озарившие блеклый день. Он открыл глаза и встретил взгляд Хадиуля. Тот все понял. Лицо напряглось, отражая смесь отчаянного неверия, шока, ужаса – все сразу. Губы дернулись и беззвучно зашевелились. Флинн ничего не услышал, но прочитал:

- Флинн… Я же твой друг! Я был твоим другом с нашей первой встречи!

Хадиуль продолжал смотреть на него, не в состоянии поверить.

- Друг, - мучительно выдохнул Флинн.

Смятение и боль пробили брешь в окутавшем его ледяном спокойствии, сжав и раздавив душу. Он сглотнул, пытаясь удержаться от всхлипа.

– Мне… очень жаль. Но я не могу, не могу позволить вам сделать выбор, который уничтожит мир.

Еще до того, как Флинн произнес эти слова, он коснулся мозга Хадиуля, просочился, крепко прихватил, сдавил, не позволяя вырваться. Тот трепыхался, словно пойманный мотылек в сомкнутом кулаке. Бился изо всех сил, вот только ничего не мог поделать.

Затем бледный фиолетовый огонь сорвался с конца направленного на Хадиуля гасителя. Друг бросил на Флинна последний ошарашенный взгляд и повалился навзничь в вязкую блестящую гладь озера. Руку Флинна от кисти до плеча пронзила жгучая боль, пальцы разжались, выпуская оружие. Прежде чем раздался взрыв, Флинн резко отпрянул, однако несколько мелких жалящих брызг все же достигли его, прожигая в куртке и теле шипящие дыры.