Выше Волн

Пролог

Солнечный свет проникал сквозь окна. Пахло мамиными лавандовыми духами. На ковре сидел брат и увлеченно выстраивал в ряд игрушечные кубики. Чуть дальше, у стола стоял отец. Он тихо насвистывал джазовую мелодию. Мама сидела в кресле и тихонько покачивалась.

Я сделала шаг вперед, желая окликнуть их, но половицы под ногами отозвались скрежетом. Золотистый свет погас. Комнату залил бледный полумрак. Запах лаванды сменился запахом гари.

Отец перестал насвистывать. Издалека послышался визг автомобильных тормозов. Отец медленно повернулся и протянул ко мне руку. Я побежала, чтобы схватить ее, но обломок крыши рухнул прямо на него.

Я взвизгнула и, глаза мои прослезились. Мама вскочила с кресла и ползком приближалась ко мне. В последний момент она отлетела под действием неизвестной силы и осталась под обломками стен.

Брат перестал строить. Он начал громко плакать обнимая самого себя. Я бросилась к нему. В пустоте раздался душераздирающий плач брата и мои тихие всхлипы.

Глаза распахнулись. Я резко вскочила на кровати, вдыхая холодный воздух. Сердце сильно колотилось, в ушах все еще стоял визг тормозов. В помещении висел сырой воздух.

Я медленно опустила ноги на пол вздрогнув от холода, и крепко зажмурилась, обхватив голову руками. Пальцы дрожали, из глаз по щекам спускались капли соленой воды.

В глазах все еще темнело. Я обвела взглядом комнату. “Как же я докатилась до такого? Тусклая комната обставлена хуже чем была моя комната в детстве”. В комнате стояли две одноместные кровати, большой шкаф уже давно отслуживший свой век, стол на котором я делаю чертежи и привожу себя в порядок.

Из помутневших окон на пол рядом с моей кроватью падали лучи солнца, рисуя светлый квадрат. На подоконнике стоял мой кактус. Это растение легко растить. Он не нуждается в уходе, ему нужно только солнце и изредкий полив.

Я медленно встала с кровати. Подошла к зеркалу висящему на дверце шкафа: под глазами залегли складки. Я машинально протянула длинные пальцы к волосам каштанового цвета, которые доходили мне до пояса, их подчеркивали карие глаза, а худое тело покрывали ночные шорты и майка. Я взялась за ручку шкафа и потянула открыв его, долго не думая вытащила джинсы и серый свитер.

Быстро одевшись и собрав волосы в пучок, скользнула взглядом по рабочему столу, отодвинула чертежи с инструментами чтобы найти косметичку. Ее нигде не было. Наклонилась посмотрела под стол. И да, она нечаянно упала на пол, наверное тогда когда я вчера проверяла чертежи. Открыв косметичку, я достала тушь и прошлась по ресничкам, подрумянила щечки и прошлась блеском по губам.

Открыв выдвижной ящик стола, я достала браслет и надела на руку. Он состоял из множества бусин лазурита. Зеленовато-синий перелив бусинок привлекал узорами которые они рисуют. Этот подарок я получила от родителей незадолго до их смерти.

Я повернулась к противоположному углу комнаты где за ширмой стояла вторая кровать. Брат молча сидел на кровати. Он едва заметно раскачивался из стороны в сторону. Его взгляд был прикован к ровно разложенным карандашам на полу, которые он взял с моего стола.

Я тихонько подошла к нему (нельзя делать резких движений и издавать громкие звуки). У него такие же карие глаза и каштановые волосы как и у меня. Но в отличие от меня он не смотрит людям в глаза. Даже сейчас когда перед ним Я.

— Доброе утро, Дима — тихо произнесла я. Потом села рядом с ним на корточки.

Брат не повернул головы.

— Сегодня вторник, — продолжила я — Сейчас я заварю чай. Потом я уйду на учёбу, а ты останешься дома. В полдень за тобой придет сиделка. Всё по плану.

Поднявшись на ноги я прошла в кухню. Размер ее был маленьким. Там стояли только холодильник, напольный шкаф и раковина. Содержимое холодильника было скудным: половинка лимона, пачка сливочного масла и почти закончившаяся упаковка печенья.

Я налила ему чая, положила на тарелку два печенья и поставила на столик рядом с кроватью. Брат едва заметно кивнул, и потянулся к стакану.

Немного удрученно я вернулась к столу, аккуратно свернула чертежи с проектной работой, сложила их в тубус. Взяла инженерный калькулятор, учебники и сложила их в маленький кожаный рюкзак.

Закрыв дверь на ключ и спустившись по ступенькам, я открыла дверь подъезда, и свежий воздух дал мне в лицо. Утренняя погода была чудесна.

В небе порхали птицы, насвистывая мелодии. Пройдя пару шагов я вдруг остановилась, услышав свое имя.

— Настя, деточка подойди.— на скамейке под деревом сидели две бабушки.

Одеты они были в юбки, головы прикрыты платками а на ногах ботинки.

— Да, бабушки, что случилось? И еще я Анастасия. — не люблю краткое имя.

— Можешь сбегать в магазин, купить мне хлебушку? — спросила баба Дина.

— Ну… Мне на занятия надо… Эх, ладно. — пришлось согласиться.

— Ну и хорошо, деточка. А тебе, Лида, хлеба не надо?

— Нет, не надо. — немного уныло ответила баба Лида.

— Тогда я быстро, бабушки.

Быстро положив сумку и тубус рядом с бабой Лидой и бабой Диной, я побежала в магазин.

Быстро пробежав квартал я зашла в маленький продуктовый магазин который держала одна иностранная семья.

Он был обставлен очень тесно, но на удивление было много покупателей. Протиснувшись через клиентов я дошла до отдела выпечки среди которых стояла полка с хлебом.

А какой им нужен хлеб? Дырявая голова! Я забыла спросить. Прикинув мозгами я решила взять буханку серого. Помчалась к кассе и быстро оплатив побежала обратно. По дороге я нечаянно споткнулась.

Слава богу, ничего страшного не случилось, а буханка осталась цела. Я встала отряхнула с себя пыль и побежала обратно.

Подбежав к скамейке, я выдохнула. Бабушки все так же сидели на своих местах. Мой кожаный рюкзак и тубус стояли на асфальте, прислоненные к деревянной ножке скамьи.

— Вот, держите. Взяла буханку серого, надеюсь, такой подойдет? — я протянула хлеб, стараясь выровнять сбившееся дыхание.