Выскочка - 2

Глава 2. "Придирки"

Шли дни, а их отношения оставались натянутыми. Лера так и не простила Андрея за его грубость, а он не очень раскаивался. Она не делила с ним постель, ютясь на диванчике в гостевой комнате, и молила Бога, в которого не верила, только об одном - не оказаться беременной после той ночи в день ее возвращения.

Андрей жутко злился в ответ на ее упорство. Он считал, что имеет полное право обладать ею, и ее отказ делить супружеское ложе доводил его до бешенства. Частые поездки Леры в город к Александру Даниловичу, с которым она вела дела, теперь стали камнем преткновения, и не было дня, чтобы в их номере не сотрясались стены от скандалов.

— Я спалю твою машину к чертовой матери! — орал Андрей ей в лицо, когда она в очередной раз собралась везти картины в Краснодар на выставку.

— Только попробуй ее тронуть! — громко кричала Лера в ответ. — И тогда я спалю твою гостиницу!

— Где же ты будешь жить, если гостиница сгорит?!

— В машине! Или в мастерской! Все спокойнее, чем здесь!

— Значит, теперь тебя не устраивает моя гостиница?! Можешь вернуться к сестричке! Там точно будет спокойнее с ее собутыльниками!

— Вот возьму, и не приеду вечером!

— Только попробуй!

«Господи, и где были мои глаза, когда я соглашалась на этот брак?» — демонстративно хлопая дверью, сокрушалась Лера.

В художественной лавке в этот вечер она задержалась, слишком многое надо было успеть приготовить к выставке. Когда полотна были упакованы, часы показывали без четверти девять. Она вспомнила про мужа, и испуганно бросилась искать сотовый телефон в сумочке. Заработавшись, она забыла позвонить ему, чтобы предупредить о задержке.

Именно в этот момент музыка ветра на входе жалобно звякнула и дверь распахнулась. Андрей стоял на пороге. Он без предупреждения приехал за ней лично. От него веяло такой враждебностью, что одного взгляда в его сторону было достаточно, чтобы понять - сейчас он готов выполнить свои угрозы. Он не только спалит ее машину, но и разнесет в мастерской все в пух и прах.

Желая сохранить мастерскую в целости, Лера заискивающе улыбнулась и бросилась оправдываться. Но муж так кричал и возмущался, что не выдержал даже Александр Данилович.

— Лерочка, прошу тебя, возвращайся впредь вовремя, — отозвав ее в сторону, виновато пробормотал мастер. — Иначе твой супруг распугает всех наших клиентов.

— Это не супруг. Это исчадие ада, — горько пробормотала она и постаралась как можно скорее выйти из мастерской.

Ей было стыдно перед художником, и в машине она попыталась объяснить это Андрею. Но разве мужу можно что-то доказать? Они ссорились снова и снова, каждый раз находя для этого совсем не значимую причину, и так крепко разругались, что на утро Лера уехала в Краснодар, даже не попрощавшись. А когда через день она вернулась, он даже не потрудился ответить на ее приветствие. Зато в обед он шумно вошел в их номер и огорошил ее требованием немедленно собраться и ехать вместе с ним на морскую рыбалку, где его ожидали партнеры по бизнесу.

— Сейчас же собирайся! — даже не смотря в ее сторону, бросил он. — И попробуй только показывать свои выкрутасы перед моими партнерами!

Лера, стараясь держать себя в руках, в очередной раз проглотила язык и с достоинством составила ему компанию. Пока Андрей с видом хозяина жизни рассказывал про доступность и выгодность вложений, она, потупив взгляд, скромно сидела рядом. Ее платье с открытой спиной из мокрого шелка цвета морской волны так выгодно оттеняло длинные платиновые волосы и зеленые глаза, что у партнеров мужа едва ли не текли слюни. Ее пожирали глазами, и это ей льстило.

На этот раз муж остался доволен. К концу вечера, когда они вдвоем остались на палубе, он даже слегка приобнял ее за талию. Но морская рыба, которую ловили и готовили прямо на яхте, вызвала у нее тошноту. Уже в гостинице пришлось вызвать врача, и остаток вечера Лера пролежала в постели, давясь солоноватым раствором, который ей прописали пить маленькими глотками, и проклинала повара, который, по ее словам, совершенно не умел готовить.

Андрей, бегая вокруг с влажным полотенцем, заверял ее, что повар, готовивший на яхте, был мастером своего дела, а если Лера не умеет правильно есть рыбу, то это ее собственная проблема, и не стоит с больной головы валить на здоровую.

Следующий день она провела в номере в обнимку с раковиной, продолжая клясть Андрея и повара, и лишь к ужину смогла выйти на свежий воздух. Вечер выдался теплым и спокойным, и Лера, еще слабая после пережитого отравления, с удовольствием валялась на белоснежном лежаке до самого заката, пока Андрей не пришел за ней.

Он сбросил с себя вещи и окунулся в прохладную воду, даже не перекинувшись с ней словом. Лера продолжала сидеть на лежаке, пряча глаза под черными солнечными очками, и не переставала удивляться, как можно не разговаривать друг с другом, и в то же время продолжать поддерживать тесную связь. Ведь ясно без слов, что они вместе побредут в свой номер, не обмолвившись ни единой фразой. А если кто-то из них откроет рот, то это будет очередное обвинение.

— Андрей, — первой нарушила молчание она, когда муж выбрался из воды и начал обтираться полотенцем. — Завтра утром у меня есть кое-какие дела в мастерской. А затем я поеду к Эле. Пожалуйста, хотя бы там не устраивай цирк, хорошо?

— Поезжай. Только никакого шампанского! — пропустил мимо ушей ее колкость он.

- Я буду за рулем, — обиженно сдвинула брови Лера. Но решила на этот раз не продолжать ненужный спор.

— Завтра обещают дожди. Дорога будет не в лучшем состоянии. Я отвезу тебя сам.

— Ну, уж нет! Не хватало мне еще в дороге слушать твои упреки! — взбунтовалась она.