Выжить любой ценой

Выжить любой ценой

Давид всматривался в схему станции, внимательно прокладывая свой маршрут. Иногда он отрывал взгляд от монитора, вслушиваясь в звуки, эхом отражающиеся от железных стен. Они похожи на стоны, крики или даже плач. Но не принадлежали людям. А от их сходства с человеческими голосами пробивало в озноб. Бывало, что до Давида долетали и отдельные слова, просящиеся о помощи. В эти моменты он замирал на месте — может быть, кто-то сумел выжить?

Эта мысль закрадывалась в его голову, и перед мысленным взором пролетали лица тех, кто прибыл на станцию всего несколько месяцев назад. Двенадцать человек работников, которые должны обслуживать станцию на протяжении смены, пока не прилетит новый челнок с такими же работягами, как они. После чего смена закончится, и можно будет отправиться домой. Вахта на станции, размещённой на планете «Урбан-1», занималась добычей и переработкой опасного для человеческой жизни минерала. Поэтому практически всю работу на себя брали механизмы и простейшие манипуляторы. Никаких роботов, андроидов и прочего высокотехнологического железа. Было только три заготовки для людей, так они называли эмбрионы клонов, предназначенных на случай гибели одного из членов экипажа. Корпорации не могли допустить, чтобы работа на станции остановилась, а штат вахтовиков укомплектован по минимуму. И если с кем-то случится несчастный случай, то работа может приостановиться, что повлечёт траты. Поэтому было предусмотрено клонирование сотрудника. Мера кардинальная и весьма специфическая, требующая подписи каждого из работников, разрешающих их клонирование в случае гибели. Но за семь вахт, которые провёл на планете «Урбан-1» Давид, ещё ни разу не приходилось прибегать к использованию клонов.

Станция являлась одной из сотен добывающих платформ, созданных корпорациями в рамках программы развития и колонизации космоса. Весь экипаж смены представлял собой механиков, инженеров, одного медика и одного повара. Сам Давид был руководителем смены, поэтому, когда начались первые неполадки, он в первую очередь должен был во всём разобраться сам.

Коридоры станции вновь прорезал чей-то стон, более похожий на детский плач. Все одиннадцать вахтовиков пропали. Давид не обнаружил даже их тел, поэтому не мог запустить протокол клонирования. Да и заготовок всего три, кого ему выбирать?

Давид посмотрел в сторону капсул клонирования, в каждой из них находился эмбрион, плавающий в густой, мутной жидкости. Чтобы оживить их, он должен предоставить программе тело погибшего вахтовика. Этого требовали правила, без соблюдения которых программа попросту не запустит процесс. Тело или часть тела, погибшего необходимо доставить в медицинский модуль для полного свидетельства гибели. После этого программа запустится самостоятельно.

Но был и ещё один способ покинуть станцию. Спасательный челнок на случай крупной аварии. Находился он в самой верхней части, вмещал весь экипаж и мог доставить людей в открытый космос, откуда отправлялся в сторону Земли, посылая сигнал бедствия. До него и нужно добраться Давиду, но пройти этот путь будет не так просто.

Отодвинувшись от монитора, Давид примерно представлял свой путь, который нужно пройти в обход главного распределительного зала, где находилось нечто ужасное, способное поглотить человека без остатка. Но даже те пути, которые он просмотрел, могли оказаться ловушкой. Эта сущность, словно распространялась по всей станции, занимая помещения своим бескостным телом. Оно проникало через системы вентиляции и коридоры, распространялось повсюду и словно росло.

Давид выглянул в коридор. Эхо работающих в привычном ритме механизмов сливалось со стонами.

— Это не они стонут, — прошептал Давид, сжимая кулаки. — Они все мертвы. Все мертвы.

***

Из вещей, которые он мог бы использовать в качестве оружия, Давид нашёл только лишь несколько ножей на кухне. Можно было применить более тяжёлые вещи, такие, что использовались в цехах переработки, но туда вход закрыт. Существо заполнило эти помещения в первую очередь. По сути, оно заняло собой треть станции, возможно, на данный момент уже и больше. Оно искало себе жертв, распространяя длинные отростки, на каждом из которых продольная пасть. Отростки эти толстенные, жирные, покрытые слизью, тянулись и извивались везде, где только могли пробраться. А когда хватали свою жертву, то тут же пытались засосать в себя. Мощные мышцы в несколько толчков поглощали человека. Давид видел, как это происходит. Тело механика исчезло за считанные секунды. Крепкий мужчина пытался ухватиться за поручни, но долго не продержался.

Давид, сжимая нож в руке, вышел в коридор. Покинутая им комната казалась единственным спасительным местом. Он мог бы забаррикадироваться и остаться там, но сколько времени тогда продержится без еды и воды? Их трёхмесячная смена уже почти закончилась, а новые запасы еды и воды придут с новыми вахтовиками. Единственный способ выжить — добраться до спасательного челнока и покинуть станцию.

Шагая медленно, осторожно, он поглядывал на вентиляционную шахту, в которой постоянно что-то гремело и шаркало. Держаться бы от неё подальше. Монстру совершенно без разницы, каким образом хватать жертву и проталкивать через свои отростки в основную часть организма. Их штатный повар погиб именно такой, ужасной смертью. Отросток схватил его, вывалившись из вентиляционной шахты. Его пасть обхватила голову мужчине и, подняв вверх, потащила в вентиляцию. Видео, на котором осталась запись гибели повара, повергало в настоящий ужас. Мужчина был крупным, поэтому не мог так просто поместиться в вентиляцию. Он упирался руками, бил отросток кулаками, размахивал ногами, но не мог оказать должного сопротивления. И самое ужасное, не было слышно его голоса, поскольку крик оставался внутри отростка. Когда его ключицы начали ломаться, протискиваемые в отверстие вентиляции, Давид отвернулся в сторону, а когда нашёл в себе силы вновь продолжить просмотр, то увидел только ноги, медленно исчезающие в темноте отверстия шахты.