Выжить в приличных условиях

Глава 7

В тот день я поздно легла. Сначала писала письмо бабушке. После пару часов втолковывала Руху список его обязанностей, которые заключались – быть рядом, но не близко. С одной стороны я хотела его контролировать, с другой, растревоженная прошлым, боялась приближать. Рух терпеливо внимал мне, уточняя границы дозволенного. Феи же, поделив выделенный сахар, занялись сортировкой перьев в банке, оставив в ней только самые маленькие и нежные.

Отправив Руха спать, я сгребла оставшиеся перья и завернула их в платок, устроив что-то вроде подстилки для раненой феи. Пока будем восстанавливать крылышко, ему не стоит соприкасаться с пылью и пухом. Феи наблюдали за мной с большим интересом, заметив, как я достала из сумки набор для рунописи, и вовсе подошли ближе. В небольшом колпачке я растворила цветочный сахар в одной капле воды. Взяв тонкую бумагу, надорвала ее край и, демонстрируя феям свое умение, сложила порванные части и начертила на них руну восстановления. Белое полотно впитало руну и разрыв пропал.

- Попробуем на крыле? – предложила я раненой фее. Та, осмотрев бумагу, пару раз подергала восстановленное место и осторожно взобралась на платок. Улеглась, позволяя соратнице выправить поврежденное крылышко, чему я была очень рада. Как бы осторожно я их ни касалась, все же тонкое кружево света с трудом выдерживало прикосновение человеческих пальцев. Перепроверив, что все сложено идеально, я обмакнула стек в раствор и вывела руну. Все повторилось, как и с бумагой, влага впиталась в крылышко, и разлом затянулся.

- И теперь с другой стороны, чтобы закрепить результат, – предупредила я свои намерения.

Усевшись, фея осторожно подняла крылышко, оно пока еще не сияло, но двигалось вполне плавно. Заметив это, малышка уже спокойней перелегла, позволяя выписать знакомую ей руну с другой стороны крыла. На этом я решила, что мой день добрых дел закончен. Убрав все в сумку, я переоделась в пижаму и, умывшись, вернулась в комнату, только сейчас осознав, что в комнате слишком светло. Маленькие феи, наевшись сахара и радуясь свободе, источали довольно сильное сияние, начисто лишая меня желания спать.

- Не могу спать при свете, - пожаловалась я, понимая, что, если предложу накрыть чем-нибудь малышек, они могут испугаться и разрушить хрупкое доверие между нами. Но феи отреагировали на мое заявление довольно спокойно. Та, что могла летать спланировала к стулу и, подхватив мою юбку, утянула ее на стол, укрывая платок и банку. Сразу стало темно, и я, размышляя, как в такой крохе скрывались такие силы, рухнула в кровать, крепко уснув.

Но, видимо, растревоженные воспоминания о прошлой жизни отразились в моем сновидении. Огромный огр, с ненавистью смотря на меня, приказал Руху высечь меня особой плетью, заявляя, что от этого в моем теле сформируется основа магического кристалла. Рух развернулся ко мне. Я ожидала, что он, как и в прошлом, возьмет кнут, но раб, посмотрев на меня глазами, полными отчаяния, прошептал: «Спаси меня».

От неожиданности я проснулась. Было нестерпимо жарко и тревожно. Ведомая волнением, я подскочила и заглянула за занавеску, где спал Рух. Тонкие запястья и лодыжки. Лицо, несмотря на сон и отдых, полное мучений. Вспомнив его просьбу во сне, подумала о том, что он так же уязвим, как и я. Так же полон страхов и мук, которыми наградило его прошлое. Только его оно уже настигло, а мое… Я меняю его. Теперь не огр, а я отдаю приказы Руху, но смогу ли я все же избежать участи жертвы и прожить свою жизнь в приличных условиях?

Возвращаясь в кровать, я не удержалась и, открыв окно, выглянула на улицу, вдыхая прохладный свежий воздух. Мое внимание привлекла высокая фигура парня, мелькавшая в свете уличных фонарей. В полном одиночестве незнакомец шел по каменной мостовой. Мрачно посматривая по сторонам, он направился в сторону рынка. В черной кожаной одежде он походил на ратана или меслера. Только охотники на чудовищ так одевались, но, кроме кинжала на поясе, другого оружия я у парня не заметила и, решив, что он просто один из городских охранников, вернулась в кровать.

Свежий воздух и возможность урвать еще немного сна быстро сморили меня, и, только когда я вновь проснулась, поняла, какую же глупость совершила. При крылатых созданиях открыла окно, позволяя им улететь. При наличии снятой печати на бутыли, меня в храме без феи по головке не погладят. Повернувшись на спину, я скользнула взглядом по юбке, все еще укрывающую стол, и нахмурилась. Будь я на их месте, точно бы сбежала. После плена и жестокости опасно доверять тем, кто протягивает тебе руку помощи. В прошлом меня так приручила одна парочка. Мужчина бил меня, а его спутница «спасала». Залечивала синяки, гладила по головке и в свою очередь просила сотворить для нее магию, при помощи которой они потом обворовывали других людей. Осознав, что меня используют и моя «благодетельница» сама же приказывает своему подручному избивать меня, я попыталась сбежать. Тогда мне сломали ноги…

Тяжко вздохнув, я уселась, опуская ступни на прохладный пол, но не успела насладиться его прохладой, как поняла, что мою сумку разворошили. Стеки и другой письменный инвентарь для рунописи валялись на полу, а две крылатые вредительницы пытались вскрыть баночку с сахаром.

- А попросить? – строго спросила я.

Видимо, со строгостью я перестаралась. Мало того, что воришки бросили банку, что та покатилась по полу, так и Рух при моем голосе свалился с кровати и, прикрывая голову руками, забился в ближайший угол. Феи с визгом и писком забились под юбку, и я даже дышать перестала, боясь ухудшить ситуацию.

Несколько минут все было тихо. Рухпошевелился первым. Осознав, что его никто не трогает, убрал руки от лица. Феи, поняв, что их никто не наказывает, подняли мою юбку и опустили ее на спинку стула. Расправив на ней складки, виновато застыли на краю стола, а я, осознав, что испугались именно меня, тяжко выдохнула.