Вызывали? Теперь не плачем!

Глава 9

Пока сидели в управлении, на небо набежали низкие, темные тучки, брызгающие вниз микроскопическими, но обильными капельками.

Лаза с удивлением подняла голову вверх. В Шаарсхаде тоже бывали тучи: багровые, клубящиеся. А вот дождя не было. Вместо него по утрам приходила сырая мгла, затягивающая мир и напитывающая его влагой. После такой пустоши походили на болото.

Эти капли были ненамного приятнее, тут же залепив лицо мокрой пленкой. Лаза стала, отфыркиваясь и вытирая лицо руками. Маг с насмешкой следил за ней, а после как-то скривился и констатировал:

— Надо тебе одежду подобрать, в таком виде ты привлекаешь слишком много внимания.

Лаза огляделась и нахмурилась, не очень понимая, чем магу не нравится ее вид. Корсет высоко поднимал грудь, уходя за спину двумя тонкими ремнями, сходящимися на позвоночнике в один, чтобы крыльям ничего не мешало. Лоскутная кожаная юбка открывала взгляду ровные ноги, пусть и затянутые в плотные утан, короткие штанишки. Сандалии не скрывали длинных пальчиков с блестящими перламутром ноготками.

— Что не так? — обиженно уточнила Лаза, не найдя в своем виде никакого изъяна. Она утром даже пятна от земли вывела эфиром, представ пред магом во всей красе.

— У нас так не ходят, — коротко бросил маг и пошел. Просто пошел, бессовестно игнорируя смертельную обиду, нанесенную девушке!

«Не ходят! И что! Вижу я, как ваши клуши ходят! — бурчала Лаза, плетясь следом и заодно разглядывая упомянутых клуш. Темные, мрачные, закутанные в длинные бесформенные юбки, рубашки, безрукавки и платки. Не женщины, а луковицы. Также без слез не взглянешь. И он хочет, чтобы Лаза походила вот на это! А как сражаться? Как его защищать?! — Тебе же лучше. Быстрее копыта отбросит!»

Подписанный документ о регистрации сделал ее более уверенной в своем будущем, но вот о легализации никто слова пока не сказал, и это серьезно нервировало. Что, если настолько неприятный своим же коллегам маг решит окочуриться еще до того, как ей выдадут гражданство? Лаза надеялась, что на мага нападут. Мечтала, что одно из заклинаний достанет его, но прекрасно поминала, что не станет смотреть, как мага убивают... по-настоящему убивают, а не швыряют какой-то мелочью из-за угла. Пока нельзя. Может, он поэтому ее не легализовал?!

— Маг! — позвала Лаза, догоняя его бегом. Задумавшись, она серьезно отстала.

— М? — даже не притормозил тот.

— Ты обещал мне гражданство!

Джевин тяжело вздохнул, стирая с лица ручьями бежавшую воду. Посмотрел на небо, будто надеялся рассмотреть в тучах просвет, но только остановиться пришлось и ждать, пока он глаза прочистит. Маг не торопился. Наконец понял, что демоница отставать не собирается, сверля его полным подозрения взглядом, и пошел дальше, нехотя признаваясь:

— Легализовать можно только демона, принесшего неоспоримую пользу нашему обществу.

Лаза стала, молча разевая рот. В голове калейдоскопом мелькали вчерашний вечер и ночь, а также возможные добрые деяния. Джевин ждать не стал, пришлось опять догонять.

— Маг! Ты должен был сказать, что я помогла тебе с упырями! Ну а что, общественно же полезное дело, так?!

— Угу, только сделал его я.

— Чего?

Лаза забежала вперед, заглядывая магу в лицо.

— Да если бы не я!

— Но не ты, — отрезал маг.

— Ты! Ты специально, да? — зашипела Лаза и едва не сбила с ног огромного детину. Тот буркнул что-то неприветливое, но тут же переменил мнение и с глупой улыбкой облапил попавшее в руки.

— Руки! — рявкнула Лаза и без того доведенная до белого каления магом, и шарахнула по детине непереработанным эфиром.

Детина замычал и медленно осел на камни, а вот маг зашипел:

— Лаза! — и, ухватив ее за локоть, поволок дальше по улице, оглядываясь, словно воришка. К счастью, прохожие куда-то подевались, пережидая непогоду.

— Что? Ты специально! Чтобы я не думала нарушить договор, да?

— У нас нельзя вот так бить ни в чем не повинных людей магией!

— Отвечай! — не желала отвлекаться демоница.

— Да, — рыкнул маг и стал, повернулся к ней лицом, глядя прямо в глаза. Делать это было неудобно. Дождь усилился и заливал лицо уже ровным потоком, повисающим на ресницах и забивающим нос. Но ни маг, ни Лаза глаз не отводили. Стояли, набычившись, и равно друг друга ненавидели. — Если я устрою тебя в этом мире, у тебя пропадет необходимость смотреть за моей жизнью. А мне сейчас одному не справиться. Еще одного демона я в ближайший год вызвать не могу, потратил на тебя попытку!

— А мне какое дело до твоих проблем? Ты слово дал!

— И я его сдержу, когда закончится это дело.

— Когда тебя убьют? Я не хочу возвращаться!

И они опять замолчали, с ненавистью таращась друг на друга.

— Давай так, — наконец с тяжелым вздохом сдался маг. — Ты слышала наш разговор. Примерно понимаешь, во что я влез. Дома я расскажу тебе подробнее, но суть остается той же: меня хотят убить. Поэтому предлагаю: ты честно исполняешь свою роль. Без попыток подставить защищаешь мою жизнь, а я... составлю завещание. Прямо сейчас зайдем к нотариусу. Если я умру, то тебя легализуют. Воля покойного — закон. Если же выживу, идем в управление сразу после рассмотрения дела Райнара Келота, и оформляем все бумаги.

Лаза задумалась. Предложение звучало разумно. Если бы не одно но. Кто бы ни был этот Райнар Калот, мага он, похоже, в живых видеть не желал, а что будет с тем, кто станет на его пути? Однако выбора не было.

— А как же общественно полезное дело? — уточнила Лаза нехотя.

— Я упомяну про упырей, — улыбнулся маг хитро.

— Ну ты и... — мотая головой, восхитилась Лаза хитрому человеку. — Ладно, договорились. Но ты снимаешь с меня все запреты, кроме тех, которые обусловлены вашим законом! И... я не хочу одеваться, как ваши женщины!

— Договорились, можешь оборачиваться, но в доме магией не пользуйся, я правду говорил, домовые этого не любят, — хохотнул маг и вновь пошел по тротуару. Дождь, словно ждал их примирения, прекратился. Только иногда с неба падали еще крупные, будто заблудившиеся капли. — А одежду я тебе не предлагаю... эм, такую. Просто подберем что-нибудь... поскромнее.