Взбалмошная принцесса и министр, который все знал

День второй

Кап, кап, кап.

— Ещё чуть-чуть…

Кап, кап, кап.

— Пять минут…

Выпорю прислугу. Что за странный способ будить меня водой? И этот раздражающий звук.

Кап, кап, кап…

А почему так гудят ноги и ломит тело?

О-о-о… Болят даже волосы.

Воспоминания нахлынули все и разом. Я вскочила с кровати. Это была первая ошибка. Ноги поскользнулись в луже на полу, и я полетела. К моему счастью, комната слишком мала, чтобы тело успело разогнаться. Бочка с водой помогла затормозить.

Второй ошибкой стало то, что я резко выпрямилась. С моей груди свалился корсет, который совершенно неожиданным для меня способом развязался.

Третьей ошибкой было ответить «да», когда в дверь постучали. Бочка была мокрой, руки скользили по ободку. Не удержавшись, я упала и больно ударилась пятой точкой.

— Что вы делаете на полу?

Привыкшая к приказам, я, опираясь на одну руку, а второй скрывая нагую грудь, потребовала ответа:

— Почему пол скользкий?

— О-о-о, — воскликнула хозяйка дома, в руках которой были какие-то тряпки. — Прошу прощения! Крыша протекает, а ночью был дождь. К вечеру это недоразумение будет исправлено.

Не знаю, что было неожиданнее — моя забывчивость касаемо временного пристанища или её готовность услужить. Я посмотрела на женщину, удивившись тем изменениям, которые в ней произошли. Сальные пакли теперь были уложены в подобие причёски. Платье, определённо не новое, но чистое, было подвязано почти белым передником. Толстую шею украшало жемчужное ожерелье, а на пальцах красовалось медное кольцо. Пугающее преображение всего за одну ночь.

Может, вчера у неё просто был плохой день? Впрочем, как и у меня.

— Сколько я проспала? — задала очередной вопрос.

— Шесть часов. Завтрак ждёт Вас внизу, а это, — она указала на тряпки, — платье. Нашла среди старой одежды. Вода нагрета, но если нужно погорячее — сообщите.

Я распустила волосы, тем самым полностью прикрыв наготу, и окунула руку в бочку. Вода действительно была прекрасной температуры, но у меня, к сожалению, совершенно не было времени насладиться ею. И снова вспомнила, что презирала простолюдинов за отсутствие постоянного ухода за собой.

Сегодня меня ждал поиск работы. Арчи сообщил, что назначил три встречи, на первую из которых я уже опаздывала. Времени помыться у меня нет.

— Простите, а вы не скажете, как я могу к Вам обращаться?

Как-то поздно вспомнила я о приличиях.

— Меня зовут Ирис, — сообщила женщина, широко улыбаясь.

Её рот был лишён примерно половины зубов, что заставило меня поёжиться. Похоже, дядя был прав. Я действительно самый мелочный человек на свете.

— Ирис, — решила я перенести самобичевание на вечер, — вы не поможете мне одеться и собрать волосы?

— Буду рада помочь, — ответила она, продолжая широко улыбаться.

Определённо за те шесть часов, что я проспала, изменилось всё.

Платье каким-то чудом оказалось моего размера. Оно состояло из корсета — не такого, как заморские, что привозят каждую неделю, а попроще. Вместо завязок на спине вдоль позвоночника до талии были пришиты страшные заклёпки. Сама ткань была намного грубее привычных мне, но и не такая жёсткая, чтобы взвыть от боли. Грудь удерживала, но талию не стягивала. К счастью, моя фигура в этом не нуждалась.

Поверх корсета мне предоставили узкую, коричневого цвета, длинную тунику без рукавов. Следом шла туника с длинными узкими рукавами, по всей длине которых были пришиты заклёпки. Простые, но довольно милые.

Юбок было всего две. Нижняя — выцветшего бледно-серого цвета. Верхняя — в тон тунике, грязно-коричневого. Волосы Ирис помогла собрать в тугой узел и закрепила их шпилькой.

— У вас очень красивые волосы, — похвалила женщина.

Внутри разлилась приятная теплота. А может, она и не такая противная, как показалось вначале? Не зря же утверждают, что первое впечатление обманчиво.

Я покинула своё временное убежище, не помывшись и не позавтракав. На простые человеческие потребности не осталось времени.

Новый день встретил меня своим самым мрачным настроением. На дорогах образовались огромные лужи, которые невозможно было ни обойти, ни объехать. Повозка со свежескошенной травой застряла прямо в одной из таких луж. А по колесу легко было определить, что глубина ямы выходит за рамки ожидаемого.

Засмотревшись на убогость дорог в столице моей страны и размышляя о том, что же тогда происходит в отдалённых уголках, я сама чуть не влетела в одну такую яму. Чья-то цепкая рука удержала меня от падения.

— Слышь, барышня, под ноги смотреть не учили? Не на прогулку поди вышла.

Он удерживал меня за талию, не сводя ярко-зелёных глаз, поблёскивающих от раздражения. Я попыталась отделаться от грубых рук горбатого мужчины с длинными рыжими волосами и такой же рыжей бородой.

— Отпустите, — возмутилась я, морща носик от запаха пота и алкоголя. Этот мужлан не только не моется, так ещё и утро начинает с кружки пива. — Что Вы себе позволяете?