Взгляд Идущего на Смерть

Часть 1: Путь. Глава 2: Империя Рокхольдов.

«Лайки помогают мне понять, что история вам интересна. Спасибо за вашу поддержку!».

Тёмный лес. Ночь.

Мрак, густой и непроглядный, обволакивал деревья, будто сама тьма поднялась из недр земли, чтобы поглотить мир. Над лесом багровым заревом полыхала деревня. Огонь лизал почерневшие стены, вздымал к небу клубы дыма, а в его зловещем свете метались тени — люди в тяжёлых доспехах с пурпурными гербами Моссатии, гнавшие перед собой троллей и зверолюдей. Стоны. Лязг железа. Хруст костей под сапогами.

Среди этого ада бежала эльфийка с ребёнком. Измождённое тело, разорванные одежды, глаза, полные ужаса. Она рухнула, обессиленная. Ребёнок остался на земле, и над ним уже взметнулось копьё военачальника Лоя.

В тот миг из тьмы раздался свист — тонкий, смертоносный, как шёпот самой смерти. Лой замер. Один солдат рухнул, затем второй, третий — чёрные стрелы вонзались в горло, в глаза, в щели доспехов. Крики, топот, мельтешение факелов… и вдруг — тишина.

На фоне пылающих домов, сквозь дым и пепел, возник Он.

Высокий, словно тень, отброшенная самим роком. Чёрные доспехи, впитавшие свет костров. Широкополая шляпа, скрывающая лицо. И только глаза — два угля, горящие холодным, нечеловеческим гневом.

Командир, ещё недавно храбрый в расправах над беззащитными, задрожал. Ноги налились свинцом.

— Почему я дрожу? — мелькнуло в его голове. — Почему не могу сдвинуться?

Дарел наклонился вперёд, будто готовясь прыгнуть. Его меч блеснул. Командир понял: перед ним сама смерть. Он взвизгнул, обращаясь к солдатам:

— Атакуйте его!

Но едва Император двинулся, он уже оказался за спинами трёх воинов. Командир забыл о ребёнке у ног, выкрикивал всё громче:

— Атакуйте!

И в тот же миг головы солдат слетели с плеч. Чёрный силуэт стоял неподвижно. Командир думал только об одном: «Что за монстр явился за мной?»

Солдаты замерли. Один из них прохрипел сквозь шлем:

— Император… Дарел…

И тогда началось бегство.

— Стойте, псы! — орал военачальник, пытаясь остановить армию. В отчаянии он опустил копьё к ребёнку. — Ещё шаг — и я его убью!

Но, взглянув вниз, увидел: ребёнка уже нет. Обернувшись, заметил мужчину с длинными светлыми волосами и заострёнными ушами.

— Не этого ли ищешь? — прошептал генерал Эш, держа малыша на руках.

«Что придумать? Как выжить?» — лихорадочно думал военачальник.

И тут Дарел метнулся вперёд быстрее человеческого взгляда. Удар ноги обрушился на командира с силой циклопа. Тот кувыркнулся, врезался в дерево, рухнул, переломанный и беспомощный.

— Что за чудовище ты… — прохрипел он.

Дарел смотрел на него сверху вниз.

— Кто я? Вспомни тёмного эльфа.

— Плаксу Гаральда? — умирающий засмеялся. — Мне нужно было убить её прямо перед тобой!

Смех прорезал тишину.

— Я простил тебя, — ответил Дарел стальным голосом.

— Что? — командир не верил.

— Ты всё тот же плакса Гаральд, который не смог защитить мать, сестру, брата…

— Умрёшь сейчас — не за это.

Меч блеснул. Голова взлетела в воздух. Последней мыслью командира было: «Был ли я хорошим отцом?»

Дарел стоял несколько секунд, затем склонил голову, отдавая честь. Лезвие лёгким движением вернулось в ножны.

Освобождённые эльфы и тролли кричали его имя. Но Дарел не смотрел на них. Подойдя к эльфийке, он опустился на колено, поднял её дрожащую руку.

— Больше никто из вас не пострадает.

Его голос был тих, но в нём звенела сталь. Эльфийка рыдала. Дарел вытер её слёзы.

— Простите, — прошептал он. — Что не пришёл раньше.

А вокруг, в пламени и крови, солдаты Моссатии кричали:

— Он здесь! Это Император! Спасайтесь!

Но спасения не было.

Ибо Дарел пришёл.

Тьма сгущалась над землёй, будто сама смерть раскинула крылья. Генерал Эш и его помощник Корг, волкоподобный воитель с горящими в темноте глазами, вели за собой отряд лютых зверолюдей. Они шли по полю, усеянному трупами, и добивали тех, кто ещё шевелился. Мечи вздымались, и вскоре последние крики солдат Моссатии угасли в ночи.

Наступила тишина.

Лишь ветер шептал что-то в кровавой траве.

Конец династии Моссатов.

Падение столицы

Через день Император Дарел двинулся к последнему оплоту Моссатии — её столице, городу, веками считавшемуся неприступной твердыней. Но теперь его стены дрожали.

Солдаты Моссатии, обманутые надеждой на милость, открыли ворота сами. Они пали на колени, умоляя о пощаде. Но милосердие не пришло вместе с ними.

Три дня. Три ночи.

Город горел.

Первым в ворота вошёл Грох, тролль-воевода, чьи двуручные мечи он держал, словно детские игрушки. Его орда хлынула в переулки, и началась резня. Мужчины падали под ударами, тела рвались на куски. Кровь текла по каменным мостовым, а над городом раздавался вопль — тяжёлый, как гром.

Дарел шёл медленно, не торопясь. Его шаги тонули в криках, в треске огня. В узком переулке он увидел мальчика, заслонившего собой девочку.

— Защищаешь сестру? — спросил он.

Мальчик сжал в руках ржавый нож. — Подойдёшь — убью!

Девочка спряталась за его спиной.

— Я боюсь… — прошептала она.