Взгляд Василиска

Глава 14

В. З.

21 июня 2002 год.

9. 45

Стройные ряды стульев, обиты красным бархатом. Почти двухметровые хрустальные люстры, свисают с потолка. Вдоль резных колоннад натянуты огромные афиши, на которых яркими буквами красуются надписи - «Мелодии и краски лета 2002», «Главное танцевальное шоу страны», «Самый драматичный турнир года» и прочее в таком же духе.

Сердца многих пар стучат в унисон, стоит им взглянуть на основного виновника торжества – его величество паркет, манящий своей таинственно мерцающей гладкой поверхностью.

И я тоже не могу оторвать от него глаз.

Только избранные, те кто решил связать свою жизнь с танцами имеют право коснуться его.

Я хочу этого, но почему-то чувствую себя обманщицей, которой не должно здесь быть.

Вдох. Выдох.

Одна или две пары обычно удостаиваются чести представлять свою школу, свой город.

Я та, кого выбрали.

Я могу это сделать.

Я должна это сделать.

Запах помещения постепенно уступает место запахам людской толпы все еще стекающейся тонкими говорливыми ручейками в этот большой выставочный зал.

Вновь прибывшие восхищаются оформлением, бывалые сравнивают с чемпионатами Европы и хваленным Блэкпулом.

Меня тоже все еще переполняет невиданный восторг, на время маскирующий привычное в таких случаях адское волнение.

В отличии от меня по лицу Алекса мало что можно прочитать. Он кажется собранным и спокойным, как всегда. И только очень внимательные, и хорошо изучившие его, могут отметить тонкие морщинки у переносицы и напряженно белеющие костяшки, когда он сжимает ладонь.

Я знаю, что он тоже взволнован.

Прошлые две недели кажется мы работали на пределе своих возможностей, проводя по 10 - 14 часов в зале. Почти каждый день выползая оттуда обессиленными с наступлением темноты. Мои ноги гудели от каблуков, его руки от поддержек, а наши головы от впихиваемых в нас наставлений. Светка кого только не приводила к нам – лучших из имеющихся в доступе тренеров и каждый, каждый старался наполнить нас своим многолетним опытом. Поэтому разбираться с какими-то там чувствами и подозрениями не было ни времени, ни сил.

Чем ближе надвигался этот день, тем дальше и глубже я запихивала мучавшие меня сомнения.

10. 00

Участники, зрители, организационный комитет, все на местах и ведущий громким голосом начинает открытие чемпионата.

Сердце с замиранием вслушивается, когда будет объявлена проходка пар и именно наша категория.

- Ты очень красивая, - шепчет мама, еще раз поправив элементы моего наряда. Она так счастлива, что прощает мне выбор именно белого платья.

- У меня было почти такое же, в мои первые главные соревнования… правда, надеюсь на паркете ты не потеряешься, - тут же обрезает она тонкую нить воспоминаний, так как не любит их.

Тем ценнее долетевшая до меня крупица ее прошлого.

Вообще-то это она очень красивая. На ней элегантный брючный костюм из легкой летней ткани, ее светлые волосы собраны в невысокую, но аккуратную прическу. Она похожа на английскую королеву. И этот день для нее особенный.

- Твой звездный час, дорогая – говорит она.

Мой звездный час – говорит ее сияющее лицо и нетерпеливый, даже жадный блеск в глазах.

Почему-то он острым осколком колет мое слишком чувствительное сердце.

Я не должна разочаровать ее.

Перевожу взгляд на вытянутый как струна силуэт моего партнера.

Александр Смолов.

Сегодня даже ему не до привычной расслабленности.

Пытливо, как заядлый фотограф, фиксирую мелкие детали. Черный костюм и прическа Алекса безупречны, бабочка и пуговицы на рубашке и ложном фраке пришиты хорошо, туфли начищены и, уверенна, подошва проверена им не раз. Мне бы укутаться в его надежность и выдохнуть внутренний тремор.

Концентрируюсь на дыхании и представляю нашу встречу с паркетом.

Сейчас будет приветственный парад участников и показательное выступление для мотивации малышни, которые соревнуются сегодня.

Наша очередь наступит послезавтра, но все знают, что судьи и зрители выбирают себе фаворитов именно тогда, когда увидят их в первый раз.

Поэтому нашептываю про себя, череду элементов нашего первого танца.

- Выброси все из головы, детка. Просто помни - твое тело знает, что делать, - издают звук ожившие губы Алекса.

- Как заводная шкатулка?

- Можно и так сказать, - он слегка улыбается. Впервые за сегодняшний день.

- Мне не нравятся сравнения с вещами. Мог бы хоть сегодня удержаться, чтобы не раздражать. Это что ли твоя поддержка?

- На поле боя предпочтителен автомат, а не теория его использования.

Не успеваю поспорить.

Заканчивается проход первой молодежной категории и объявляют нашу.

Замыкают предыдущую колону Катя с Тимом и наши глаза на пару секунд встречаются, когда мы выходим на паркет. Ее улыбка было дергается, но тут же превращается в удивленный оскал, когда она понимает, что на этом паркете в этом чемпионате мы с ней больше не встретимся.

Звучит музыка и пары нашей группы одна за другой обходят зал. На первый взгляд это нескончаемый поток участников. Но быстро вычленяю знакомые лица среди незнакомых и оцениваю потенциальных соперников. В этом у меня преимущество перед Смоловым, он то тут никого не знает.

Когда мы подходим к ложе где сидят организаторы и возможные судьи мое сердце пропускает глухой удар, и с трудом удается удержать на лице обязательную улыбку.

Ловлю самодовольный неприятный взгляд.

Гайдукян старший.

Он смотрит так пристально, так внимательно.

Точно, узнал меня.

Надеюсь его не выбрали главным судьей.

По лопатке стекает капля пота, а ладонь в руках Алекса невольно дергается. Его пальцы сжимают мои чуть крепче, призывая успокоиться. Звучит наш номер, мы грациозно вращаемся, наши лица ни на мгновение не теряют уверенной улыбки.

Уже за пределами паркета, я нервно и часто дышу.

- В чем дело, Ника?