Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта

Глава 36

Вздрагиваю от неожиданности, а пальцы становятся ледяными от страха. Глупо сомневаться в Вальгерде: он уже не раз показал себя, как чрезвычайно умелый воин, независимо от того, есть у него магия или нет. Да и не продержался бы он долго в ищейках.

Кстати, я никогда не задумывалась, сколько он уже ищейка. Понятно, что больше двух лет. Но намного ли?

Заставляю себя успокоиться, проверяю часы, которые показывают, что время движется к полуночи. Закрываю крышечку и прижимаю к себе. Какое счастье, что я не потеряла их, когда падала и когда нас вынесло в эту гиблую местность.

Пытаюсь отвлечься посторонними мыслями и почти преуспеваю в этом, как слышу скрип ступенек. С трудом дотягиваюсь до кочерги и вооружаюсь ей, как будто это меня спасет с учетом того, что я еще и передвигаюсь с трудом.

Шаг… Скрип… Еще шаг… Кто-то скребется в дверь, заставляя мое сердце сделать кульбит. Но почти сразу следом за этим дверь распахивается, и на пороге возникает Вальгерд.

Я выдыхаю и опускаю кочергу, а у самой аж голова кругом идет. Но успеваю заметить, что мой куратор уже без рубашки, хотя нет ни малейшего признака того, что он замерз. Напротив, Вальгерд выглядит в этом домике, вот такой немного «диковатый», очень даже органично, если не обращать внимания не то, что он так и не снял перчатки.

— Напомни, как вернемся, чтобы я тебя научил использовать подручные предметы, — между прочим говорит Вальгерд, стряхивая с волос при входе капли влаги.

Тоже мне нашел самое главное! Нам бы вообще выбраться.

— Могу тебе сказать, что мы счастливчики: воду нормальную я нашел, да и ужин у нас будет, хоть и небогатый, — продолжает он, опуская своеобразную авоську из рубашки на стол.

На ней лежат грибы. К сожалению, в полумраке и с такого расстояния я не могу рассмотреть, что там, но охотно доверяю Вальгерду. Он берет котелок и снова покидает домик, чтобы довольно быстро вернуться, но уже с водой.

Первый котелок Вальгерд тратит целиком на то, чтобы помыть хотя бы ту немногочисленную посуду, которая нашлась в домике. Потому ему приходится сходить еще раз. Частично он наливает воду мне в старую потрескавшуюся кружку, чтобы я хотя бы смочила рот.

Вальгерд подходит к камину, подбрасывает пару поленьев и ловко подвешивает над огнем котелок, наполненный водой. То, что он остался в одних только кожаных штанах, меня смущает, но я не могу заставить себя отвести взгляд... Несмотря на внушительную фигуру, Вальгерд двигается с изящной грацией, а отсветы пламени подчеркивает рельеф его мускулистого торса.

Поставив свечу на стол, Вальгерд очищает его от пыли и грязи и расставляет необходимую посуду. Достав из корзины свежие грибы, принимается их тщательно мыть и нарезать небольшими кусочками.

Пламя свечи отбрасывает замысловатые тени, в то время как его рука уверенно направляет нож и ловко разделывает грибы. Четко, уверенно, с равномерным стуком при каждом срезе.

Затем Вальгерд берет в руки корень пастернака, так же методично его моет и нарезает его небольшими кусочками, аккуратно перекладывая в миску. Его умелые движения завораживают меня. Я не могу отвести взгляда от широких плеч Вальгерда и перекатывающихся под кожей упругих мышц.

Он сосредоточен на работе и, кажется, совсем не замечает, как я украдкой рассматриваю его. В груди зарождается странное чувство, которое мешает дыханию и сердцебиению. И никак… ну совсем никак не дает мне оторваться от созерцания уверенных движений Вальгерда.

Когда грибы и пастернак готовы, он бросает их в закипевший котелок, а затем высыпает горсть крупы, пару щепоток соли и горсть сушеных трав, которые нашел в домике. Воздух наполняют ароматы нежного чабреца и узнаваемый запах лесных грибов, от которого у меня выделяется слюна.

Я замечаю, как капельки пота блестят на коже Вальгерда, когда он склоняется над огнем, помешивая содержимое котелка. И от этого во мне словно что-то замирает, напряженно затаивается, словно ожидая чего-то. То, что я сижу обнаженная, прикрытая только плащом, лишь усугубляет ощущения.

Внезапно Вальгерд усмехается и резко оборачивается, перехватывая мой взгляд.

Меня словно окатывает огненной волной, щеки мгновенно вспыхивают, а я… Вроде и хочу отвести глаза, но не могу. Я словно тону в шоколадном мареве, меня словно окутывает домашним теплом и уютом.

Чувственные губы Вальгерда немного растягиваются в улыбке, а он сам отворачивается, чтобы помешать суп деревянной ложкой.

— На ужин у нас грибной суп, — произносит он очевидное. — А на завтрак нас ждет пара яиц. Нам потребуется энергия и… твоя здоровая нога. Давай я пока посмотрю, что там случилось.

Еще до того, как я успеваю кивнуть, Вальгерд оказывается передо мной на коленях и очень осторожно берет травмированную ногу.

Он мягко проводит шершавыми пальцами, заключенными в кожу перчаток, по лодыжке, изучая степень повреждения. Его прикосновения удивительно нежные и аккуратные для столь крупного и сильного мужчины.

— Похоже на небольшой вывих, — задумчиво выдает Вальгерд. — Но ничего серьезного. Потерпи, я немного разомну и зафиксирую сустав.

Вальгерд начинает аккуратно массировать лодыжку, нащупывая напряженные мышцы. Его сильные и очень умелые руки творят чудеса, постепенно снимая боль и возвращая подвижность. Я чувствую, как напряжение отступает.